Чтение онлайн

Ладно, что сделано, то сделано.

Добытые сокровища мы, под покровом ночи, перевезли в поместье и хранится они будут в медицинской лаборатории, доступ туда всё равно есть только у меня.

Все участники получили премию от тысячи долларов рядовым членам экипажа до трёх тысяч Дукасу, грек тут же потратил и свою долю и долю сыновей на две новые шхуны и товары, на одной из которых ушёл в Нью-Йорк.

Капитаном второй шхуны стал его средний сын, Панайотис. Янис, впечатлившись нашими подводными приключениями остался при мне.

– Милая, ты же говорила со своим отцом обо мне? – спросил я Селию. Девушка подняла голову с моего плеча и ответила:

– Конечно говорила.

– И что он тебе сказал про меня?

– Что дух в тебе очень силён. Намного сильнее, чем весь народ семинолов.

– И всё?

– И что сила этого духа со временем будет гореть всё сильнее и сильнее. Скоро это пламя будет таким, что если я буду с тобой, то сгорю без остатка.

– Не понял, юная леди. Вы меня бросаете? – Девушка посмотрела на меня удивлёнными глазами и жарко поцеловала. Через полчаса мы продолжили этот разговор.

– Нет, конечно. Как я могу тебя бросить? Ты меня спас, дважды. Это пламя сожжёт меня не завтра. И даже когда оно разгорится, я всё равно останусь рядом, греться от этого пламени.

Я поцеловал девушку и встал с постели, чтобы одеться. Завтра с утра мне нужно снова ехать с Сент-Августин, де Ремедиос прислал письмо. Он перекупил нужный нам фрегат и приглашал меня полюбоваться на этого красавца и принять участие в найме части команды. Капитана, первого и второго помощников и еще нескольких ключевых офицеров.

От таких приглашений не отказываются, поэтому завтра Панайотис уходит в свой первый самостоятельный рейс в качестве капитана. На своей новенькой шхуне "Свободная Эллада" он доставит меня на Кубу.

И это значит, что мне надо сейчас дать указания Барри и Тому, отобрать парочку изумрудов поскромнее и вообще подготовиться.

Второй раз за неделю я в море. "Свободная Эллада" оказалась очень ходкой шхуной и мы держим скорость в двенадцать узлов, неплохо, насколько я понимаю. На этой крошке тоже стоят пушки с моим порохом и ядрами. Надеюсь, что и сейчас нам они не понадобятся.

Но видимо, пришло время для испытаний в боевых условиях. На горизонте показались три каких-то корабля и новоиспеченный капитан прильнул к подзорной трубе. Панайотис долго смотрел в неё, а затем передал мне и сказал:

– Похоже, это пираты, мистер Гамильтон. Идут галсами нам наперерез.

– Мы можем от них уйти?

– Я не уверен, сэр. У отца наверняка бы получилось, – парень мрачнел на глазах. Я хлопнул его плечу и сказал:

– Не дрейфь, всё хорошо будет.

На "Свободной Элладе" установлены десять орудий, шесть моих четырнадцатифунтовок, по три с каждого борта и четыре трехфунтовки на повортоных лафетах, по две на корме и носе. Для шхуны вооружение по количеству стволов не достаточное, сейчас редко ставят меньше десяти пушек. Но тут всё дело в качестве этих самых пушек.

А по качеству, дальнобойности, разрушительной силе и скорострельности мои крошки любому фору дадут. Не прям любому конечно, пушки втрое большего калибра или выше и стреляют дальше и делают больнее. Но их у пиратов просто не может быть. Так что я относительно спокоен.

Чего нельзя сказать о юном капитане и его команде. Панайотис шевелит губами, наверняка молится. На лицах команды примерно одно и то же выражение: страх смешанный с паникой. В общем, моральный дух моих греков на недопустимо низком уровне.

– Значит так, парень, – подчеркнуто спокойно говорю я сыну Дукаса, – мне не важно каким бортом ты к ним встанешь, хоть левым хоть правым. Главное, чтобы, когда до этих любителей отнять и поделить осталось двадцать кабельтовых на них смотрели четырнадцатифунтовки. Понял?

– Да, мистер Гамильтон.

– Вот и хорошо, я пошёл к канонирам, – сказав это, я хлопнул парня по плечу и спустился с капитанского мостика на палубу. Матросы уже открыли пушечные порты и сейчас банили стволы пушек.

Да, это точно пираты. И дело даже не в том, что у них за флаг. Никакого черепа с костями там конечно нет. Вполне цивильный американский флаг. Просто носы кораблей заволокли дымом, прогремели выстрелы и три ядра небольшого калибра врезались в воду по нашему курсу. Нам недвусмысленно говорят о том, что сейчас будет.

Я в эти игры играть не собираюсь. Шхуна повернула, встав к непрошенным гостям правым бортом. Пушки заряжены и канониры ждут моей команды на открытие огня.

– Пли! – скомандовал я и три пушки выплюнули смертоносные подарки по направлению к противнику.

Первый залп ушёл в молоко, перёлет. Три огромных столба воды выросли между головной пиратской шхуной и следующей за ней. С такого расстояния я даже в подзорную трубу не смог разглядеть что происходит на кораблях противника, но даю голову на отсечение, пиратские капитаны сейчас в замешательстве. На нашей шхуне просто не могло быть крупнокалиберных пушек способных так стрелять.

Что же волки позорные, зря вы сегодня вышли на охоту, Эта дичь вам не по зубам.

Обернувшись, я смотрю на моих канониров. Они заканчивали банить пушки и вскоре подкатили их к орудийным портам.

– Заряжай! – Кричу я.

Молодцы матросы, простая воинская работа растворила в себе их страх, действуют слаженно и чётко. Порох, затем моя шрапнель, готово!

– Целься! – первые выстрелы дали перелёт и канониры делают примитивную поправку, попросту уменьшают градус наклона пушек.

– Пли! – еще три ядра отправились в полёт.

А вот это уже хорошо! Мы попали двумя орудиями. Головной корабль врага исчез из виду за завесой из огня, дыма и взлетевших в воздух обломков.

Когда дым рассеялся, мы увидели результат попаданий. Носа у корабля просто не было, мачты снесло взрывом и он начал тонуть. Два других пирата, до этого шедшие кильватерным строем спешно начали разворачиваться. Мои люди отметили попадания дружным и каким-то звериным рёвом.

Нет, господа, поздняк метаться, пока вы будете пытаться сменить курс, мы вас разделаем как бог черепаху.