Чтение онлайн

С минуту после того, как машина остановилась, вывернув с моста в кювет, висела тишина, нарушаемая только шипением под капотом. Никто к пикапу не подходил. Соловей со Светланой тоже не торопились, выжидая, что будет дальше.

Их вытащили из машины четверо русских пограничников с явным желанием наподдать, но увидев испуганно улыбающиеся черные клоунские рожи, пограничники попадали со смеху. От них беглецы узнали, что теперь с той стороны реки - зона отчуждения, и наемники из этой самой зоны никого не выпускают.

Хороший кусок территории оттяпали, паразиты, - подумал Соловей, глядя через засиженное мухами стекло наскоро устроенного погранпоста на противоположный берег реки, - и, судя по всему, без драки. Во всяком случае, кроме пограничников, никаких войск тут не наблюдалось, а Коалиция, по всей видимости, расширять зону больше не собиралась. Пограничники, в свою очередь, тоже никого не пропускали ни в ту, ни в другую сторону. Жители поселка, в основной массе, побросали свои дома с той стороны, и перебежали на эту сторону реки еще до прихода угандийцев.

В помещении, наспех оборудованном под нужды пограничной службы, Соловью сказали, что с тех пор, как пришли угандийцы, из зоны по мосту никто еще не проходил. Молодой капитан с выползающей из воротника по шее татуировкой и куцей крашеной косичкой, сидевший за столом напротив, был, как показалось Роману, за главного. Никакой тревоги на его лице не отображалось, что порадовало Соловья в первую очередь. Капитана интересовали, с точки зрения Романа, совсем незначительные подробности их путешествия. И наоборот, он никак не проявил желания слушать рассказ о приключениях перебежчиков.
– Странный тип.

Рядом с ним сидел невысокий тощий старший лейтенант. Он молчал, время от времени робко трогая капитана за локоть, видимо отмечая что-либо в его вопросах или в ответах Соловья. Светлану допрашивали отдельно.

Зарегистрировав беглецов, отобрав трофейные винтовки и амуницию, их отпустили на все четыре стороны, и теперь они сидели в кафе и наслаждались едой. У Светланы оказалась некоторая сумма наличных денег, которые она каким-то образом не забыла взять при бегстве. Это лишило беглецов некоторых проблем.

– Все же поедем, - сказал Соловей, - делать больше нечего, посмотрим, куда Витька подевался, тут уже не далеко.

Ночевали они в кемпинге, с удовольствием пользуясь всеми благами цивилизации и отходя после пережитых ужасов. Светлана два часа сидела в ванной, и вышла уставшая, будто счищала с себя всю гадость, которую им пришлось пережить. Только испытав все на своей шкуре, они почувствовали, что такое чужой порядок, ощутили, что они потеряли. Соловей поговорил по телефону с женой, успокоив и пообещав обязательно сообщить, как только устроится. Они там, с дочкой, с ума сходили, в новостях показывают счастливых местных жителей, чуть ли не в обнимку с солдатами коалиции, а с Ромкой связаться невозможно, как впрочем, и ни с кем из друзей и знакомых.

Про тот ужас, что творится в городе и в зоне вообще, Соловей рассказывать не стал, но дал понять, что возвращаться пока некуда. Теперь он спал как убитый, впервые за несколько дней позволив себе расслабиться.

Наутро, позавтракав, путешественники, пугая население дырявым пикапом, помчались искать пропавшего Храмова. До его дома оставалось всего около сотни километров, и Соловей радостно крутил баранку, предвкушая встречу с другом. Он не сомневался, что ему удастся его разыскать. Мало ли что случилось, может быть, номер сменил? Погодка тут была гораздо холоднее, пришлось надеть на себя все теплые вещи, какие были. Светка расправила крылья, и что-то напевала, с интересом разглядывая проносящийся мимо пейзаж. Приведя себя в привычное точеное состояние, она воспряла духом, присмотревшись, можно даже было заметить тень пренебрежительно-высокомерной ухмылки. Роман взглянув на выражение ее лица, вспомнил, как она злорадно сажала негров в подпол, прикрываясь свитерком, и, не удержавшись, рассмеялся. Светка отвлеклась от созерцания окрестностей, и повернула голову, моментально сменив поганую ухмылочку на радостно-восторженную улыбку.

– Ты чего?

– Ничего, - уже успокоился Рома, - так, вспомнилось... Ты почему такая злая, а? Когда перестанешь быть вредной?

– Никогда!
– радостно пропела Светлана, - с чего ты взял, вовсе я не вредная, а добрая и отзывчивая.

– Да, да... за семь лет ни разу не поздоровалась.

– Я здоровалась. С твоей. Один раз. Она на меня едва взглянула и мимо прошла, - ответила Светка и пожала плечами, - я и подумала: а не пошли бы вы все лесом.

– Ну а со мной, почему не здоровалась? Я что, не человек? А?

– С тобой?
– Света задумалась, видно вспоминая подробности своих отношений с соседями, - ты знаешь, я к мужчинам вообще имею большие претензии, тебя впрочем, они не касаются. Я же не знала, что ты настоящий.

– Что значит - настоящий?

– Мужчина, естественно. Все, с кем я общалась раньше, ими не были. Все до единого. Ты представляешь? И что я должна думать, как себя вести? Лучше быть такой, как все меня привыкли видеть. Так спокойнее, чем раскрывать душу перед первым встречным, а потом тебя как котенка - носом...

Светлана отвернулась и Роме показалось, что она сейчас заплачет.

– А твой отец?
– спросил Рома, стараясь отвлечь спутницу от неведомых ему печальных мыслей.

– Что мой отец?
– удивленно посмотрела на него Светлана.

– Он был настоящий?

Она задумалась, повернувшись прямо и глядя на несущееся навстречу полотно дороги, ее руки теребили ворот свитера.

– Конечно настоящий, - наконец ответила Светлана и посмотрела на Соловья, как на ненормального, - он же был моряк.

Они еще не знали, что ждет их в поселке, где жил Храмов. Зато Виктор и его спутники все узнали, как говорится, в режиме онлайн.

– Ребята, тут я новости смотрела, там Калинине показывали, каких-то террористов поймали, и что самое интересное, выводили их из твоего дома, Витя.

Было видно, что ночь Марина не спала, копаясь в планшете, и лишь под утро уснула.

– Из какого моего дома?
– удивленно, с вытянувшимся лицом спросил Виктор, - каких еще террористов?

– Иностранных, - ответила Марина, - оказывается, пока мы сюда топали, войска коалиции все-таки высадились! Вы представляете? Объявили занятую территорию зоной отчуждения, там такое творится! А никто ведь не верил.

– К этому все и шло, меньше надо было губами шлепать, -буркнул Палыч хмурясь.

– Это еще не все, - добавила Марина и, взяв стул, уселась рядом, - оттяпали кусок, километров сто побережья и в глубину столько же. Немного до Равска не дошли.

Палыч молчал, опустив глаза к полу, было видно, что эта новость очень его огорчила, и комментировать ее он не хочет.