Чтение онлайн

— А как относится к этому Мусса?

— Идея Великого Муссатанга ему по душе, но, побаиваясь друссов, он более сдержан, чем Ку. Можно добавить, что перед Ку заискивает сам советник короля по безопасности, которому подчиняются армия и полиция.

Ку Разумный внешне оказался довольно приятным человеком, который, в отличие от Муссы Сегодняшнего, живо интересовался историей путешественников и с увлечением стал расспрашивать их обо всех случившихся с ними приключениях, а также о жизни во Франции и Европе. Путешественники разговорились. Ку довольно остроумно комментировал их рассказы. Единственная странность, бросившаяся всем в глаза, — Разумный избегал обращаться к Лале. Расстались все внешне довольные друг другом. Ку, возможно, узнал то, что ему было нужно (убедился, что Лала — друссиянка), а друзья облегченно перевели дома дух, так как до последней минуты опасались ареста. Очень довольным выглядел и Шу, видимо, выполнивший данное ему боба поручение.

Рано утром Су разбудил Раймона, Поля, Лалу и Илу и попросил быстро собраться на «прогулку». Он очень торопился: Шу не знал, что друзья уезжают в горы, и, если бы узнал, то наверняка задержал бы их в «Саду для гостей». Вскоре путешественники в сопровождении двадцати всадников — все баны — и самого Су выехали в сторону границы с Друссией. Часам к десяти утра они расположились на «пикник», как выразился Су. Стали пить чай. После чая все двадцать стражей заснули богатырским сном. «На сутки», — пояснил Су, подсыпавший в чай стражников снотворное. Беглецы забрали всех лошадей и спустились с гор на плато, за которым возвышались другие горы, отделявшие Муссатанг от Друссии. Плато было каменистым, кое-где росли небольшие группы деревьев.

— Это плато называется долиной Смерти, — пояснил Су. — Когда-то долина внушала суеверный ужас: человек, ступивший на ее землю, мог умереть через несколько дней — и никто не знал отчего.

Но умирали не все, а самородного золота в долине было много. Вот люди и рисковали. Потом обнаружили, что убийцы — москиты, разносящие особую, смертельную лихорадку. Сейчас, в это время года, москитов здесь не бывает. Правда, много скорпионов и змей, поэтому спускаться с лошадей на землю не рекомендую…

Пока двигались по плато, Су по просьбе Раймона рассказывал о принятой в Муссатанге системе деления людей на касты.

— В древних книгах, — говорил обан, — я прочел, что касты ввел Мусса Первый. До этого все люди были равны перед законом, а должностным лицам предписывалось избегать пяти пороков, которые могли поколебать их честность: праздности, зависти, жестокости, поспешности в действиях и неопытности. Я помню, в старых законах была фраза, которая меня поразила: «Завистливые и ленивые чиновники не могут преуспевать в достижении народного блага. Должностным лицам следует избегать жестокости и злобы, быть великодушными и доброжелательными, решая общественные дела». Я запомнил эту фразу и старался руководствоваться ее смыслом.

Плато удалось пересечь за пять часов. Оставалось трудное восхождение на заснеженный перевал (Су надеялся, что на это уйдет часов шесть) и часа три движения по снегу. Потом шел неопасный спуск к долинам Друссии. За два часа преодолели первую половину подъема к перевалу и вышли на широкую площадку, с которой открывался вид на долину Смерти. С площадки просматривалась и прилепившаяся к скале узкая тропинка (двум лошадям не разойтись), серпантином полого поднимавшаяся к перевалу. Оставалось около часа светлого времени. С двух сторон на площадку выходили ущелья.

— Надо располагаться на ночлег, — сказал Су. — Подниматься ночью по этой тропинке на перевал нельзя: разобьемся. К тому же к вечеру здесь резко похолодает, и на перевале можно замерзнуть. Переночуем в одном из ущелий, там меньше ветра.

— Смотрите! — воскликнула вдруг Илу. — В долине какое-то движение!

Действительно, далеко внизу беглецы увидели большой конный отряд, направлявшийся в их сторону.

— Нас, кажется, преследуют, — заметил Су. — Неужели Шу обнаружил спящих стражников и поднял тревогу?

— Что делать? — спросила Лала.

Су старался сохранить спокойствие.

— Идти сейчас на перевал, — сказал он, — равносильно самоубийству. Преследователи будут на нашей площадке завтра, часа через полтора после рассвета, — раньше не поспеют. Ночью подниматься наверняка не будут — слишком опасно. Мы с вами завтра, через полтора часа после рассвета, будем еще на карнизе, не очень высоко от площадки. Перестрелять нас снизу будет нетрудно: по тропе нам придется продвигаться временами боком, прижавшись лицом к скале, — отличная мишень… — Су помолчал. Все напряженно слушали его. — Предлагаю женщинам и одному из вас начать подъем к перевалу, как только рассветет, а мне и второму мужчине остаться здесь, чтобы выстрелами не допустить стражников до площадки. Когда трое поднимутся достаточно высоко, чтобы чувствовать себя в безопасности, они найдут закрытую позицию, с которой будут простреливать площадку, прикрывая наш отход. Есть возражения?

— Подождите минутку. — Илу что-то сосредоточенно соображала. — Я знаю: здесь неподалеку, в ущелье, в скале есть древний храм. Когда был жив отец, мы с ним туда лазили. От главной площади храма длинный коридор ведет ко второму выходу. Этот выход, как говорил мой отец, уже на территории Друссии, по ту сторону горы. Но вход в храм расположен в отвесной скале, на высоте около тридцати метров от дна ущелья. Мы с отцом забирались по тропе на карниз, нависающий над входом, и спускались метров на семьдесят вниз по веревочной лестнице.

— Веревки я прихватил, но их хватит лишь метров на пятьдесят, — сказал Су, — а взобраться тридцать метров по отвесной скале невозможно.

— Выход есть, — вмешался отец, — взобраться вполне можно. Какая ночью будет температура?

— Часа через три вода замерзнет, — ответил Су.

— Прекрасно!

— Что ты предлагаешь? — спросил отца Поль.

— Оставаться здесь двоим и отстреливаться — можно кого-то потерять. Я предлагаю забраться в храм-пещеру и через него выйти к друссам.

— Но как взобраться?! — воскликнули хором остальные.

— Есть старый способ, применяемый в горах. Придется убить нескольких лошадей, и крупные куски мяса пришлепывать к скале. Мороз намертво прикрепит кусок, превращая его в ступеньку лестницы. Так снизу вверх до отверстия в пещеру надо будет нашлепать куски мяса. Потом я заберусь по ним наверх и спущу вам веревку, по ней поднимутся все с оружием, боеприпасами, факелами, продуктами. Лошадей бросим в темноте. А утром, с восходом солнца, мясо оттает и упадет вниз.

— Рискованно, но придется попробовать, — выразила общее мнение Лала.

Все обошлось. Мороз действительно крепко сцементировал мясо со скалой. Отец, тренированный альпинист, без особого труда забрался в пещеру и помог подняться остальным. Илу хорошо помнила путь внутри храма. Только в одном месте она остановилась в нерешительности.

— Мой отец говорил, что здесь есть ловушка, и мы с ним шли у самого края стены. Но я не помню, справа или слева.

— Посветите мне получше, — попросил Поль. — Я попробую что-нибудь выяснить.