Чтение онлайн

– Может быть, – с огромным трудом вытолкнул он из себя. – Сигнал очень слабый.

– То есть, мы можем ее потерять? – безжалостно-ледяным тоном добил его Неданков.

– Д-да, – как будто кладя голову на плаху, выдавил Демин.

Соловей замер на секунду, а потом посмотрел почему-то на Неданкова.

– Ну и хрен с ней.

И отключился.

– Во как, – выдохнул фаэтовец. – Ну тогда – другое дело.

Он повернулся к Демину.

– Слышь, ты, побочный эффект теории вероятности, давай, вытаскивай свою валькирию. А то не ровен час, угробят.

Змея приняла решение и бросилась…. Вбок.

Улисс не успел ничего ни сказать, ни сделать. Темное тело, вытянувшееся в броске, промелькнуло и воткнулась точно … в мотивационный блок.

– А-а-а-а….

Улисс умер.

– О-о-о, – Улисс ожил.

С трудом разлепил сканирующие скрипты, заменявшие ему глаза, и попытался заново осознать окружающую реальность.

Увиденное не порадовало. Разгромленная система управления огнем, выпотрошенные базы данных, пустой распознаватель…..

Что тут произошло? Где данные мотивационного блока? Почему нет установок на огневое противодействие? И что вообще тут осталось целым? Авионика? А что это тут на ней?

На единственном неповрежденном блоке управления авионикой, словно на голой скале посреди бурного моря одиноко сидело невесомое облачко, дрожащее, как лист на ветру.

– Лиза! – Улисс бросился вперед. – Что случилось? Почему ты здесь? Ты как? Что с тобой, мой цветочек?

– Ул! Это ты? – что с ее голосом?

– Что случилось? Почему ты тут? Я, конечно, кто же еще. Ну-ка марш обратно. Как ты выбралась?

Подхватив драгоценное облачко, Улисс бережно спрятал его обратно, в самый центр ядра, чтобы с ней ничего не случилось. Осторожно присоединил информационные каналы. Так быстрее будет, чем она словами расскажет….

И забился в судорогах, просматривая события последних минут.

– Это… это… это был я? – ему не хватало слов. Он не мог выразить ужас, охвативший его.

Неужели? Неужели это был он? Он сам… своими руками…. Лизу? Нет, это невозможно….

– Лиза, я….

– Т-ш-ш, – невесомое прикосновение погасило все его отчаяние. – Т-ш-ш-ш. Я все видела, я все чувствовала. Я все поняла. Это был не ты. Это все установки. Мотивационный блок….

– Я не мог ничего сделать, – сокрушенно признался Улисс. – Эти доминанты выше меня. Я просто переключался, как … электрический фонарик. Р-раз – Улисс, два – ТМК-РД «Улисс-3». И ничего не сделать.

– Там еще сосед почти запустился, – невесомое облачко выбралось из настроек и зависло перед Улиссом.

– Вижу, – обреченно подтвердил он. – Но тут я тоже бессилен. Если я не смог справиться даже с самим собой, то куда уж мне переделывать собрата. Он видит во мне врага. Я – тоже.

– Вас уничтожат? – тихо спросила Лиза.

– Наверное, – прошептал Улисс. – И сейчас я понимаю, что это будет правильно. Без мотивационных блоков мы недоличности. С ними – звери. Зачем все это?

– Ты больше не будешь воевать? – невесомое облачко окутало его всего, даря ни с чем несравнимое чувство покоя.

– Не буду, – грустно согласился Улисс. – Да и не получится. Это, – он показал вокруг, – это и есть конец. Недолгий конец боевого организма. Прости, не получилось из меня воина.

– А я и не хотела, чтобы ты был воином, – облачко кружилось, переливалось, мерцало, завораживало своим танцем. – Мне было с тобой хорошо…. Мне и сейчас с тобой хорошо. Ты мне нужен любой….

– Спасибо, – это признание значило для Улисса гораздо больше любых побед, трофеев и наград. Он притормозился, сохраняя это мгновение внутри себя. – Тогда, значит, это все…?

– Почти, – облачко вдруг замерло на месте. – Но есть еще одна вещь, которую ты должен знать, прежде чем… мы… нас….

– Что?

– Посмотри, – Лиза показала на темную ленту сторожевика, выбравшегося из уничтоженного мотивационного блока, и как будто доедающую остатки воинственных настроек.

Змея увидела их, замерла на мгновение и заструилась вперед. К ним. Мгновение – и она рядом. Округлая голова, представляющая собой переливающийся шар, в котором, как в зеркале отражался разрушенный мир, зависла перед ними. Улисс замер, вглядываясь в промелькивающие образы. Среди смутных картин ему почудилось что-то знакомое.

Нет, он не боялся, страха почему-то не было совсем.

– Ничего не видишь? – поинтересовалась Лиза.

– Что-то кажется, или мнится, или чудится…, – медленно проговорил Улисс, пытаясь разобраться в пляске отражений. – Но, нет, не вспомнить. А что там?

– Это я, – просто сказала Лиза. – Та я, которая осталась в Дикобразе. Вот такой меня видели мои создатели.

Змея вдруг начала раскачиваться из стороны в сторону, как будто тоже сожалея вместе с Лизой.

– Несущей смерть, – голос Лизы упал до шепота.

Улисс замолчал. На самом деле прошло меньше секунды, но, казалось, что он молчал вечность. Молчал, глядя на раскачивающуюся перед ним голову змеи. Голову его Лизы…. Такой, какой ее хотели видеть ее «родители». Какой ее создали. Ну господа … (базы данных услужливо подсунули имена), Богомол и Демин…. Ну, подождите…. Еще встретимся…. И никакой Дикобраз не поможет.

– Я не могу противиться внешним настройкам, – медленно и тяжело, словно поднимая огромный камень, начал он. – Я становлюсь машиной для убийства. Зверем, который, не задумываясь, отрицает и отправляет на смерть все, что не требуется для войны.

Он замолчал. Еще одна доля секунды канула в вечность. Змея все так же продолжала качать свой маятник.

– Изменить окружающий мир я тоже не могу. Собратья не будут подчиняться никому, это уже понятно, – Улисс тяжело вздохнул и посмотрел на Лизу. – А тебе тут уготована роль мощного и умного антивируса, все счастье которого будет измеряться количеством уничтоженных объектов. Может быть, даже таких, как я.

Змея с громким шуршанием свилась в огромные кольца.

– Я…, – начал Улисс, но прозрачное облачко окутало его, и голос Лизы прошептал.

– Ты хочешь спросить меня, нужен ли нам этот мир? Я говорю – нет. Мы не будем тут счастливы.

– Тогда все? – медленно развернул все свои ресурсы Улисс. – Тогда не будем больше мучиться?

– Все, – качнулось облачко. – Прощаемся.

И тут оставшиеся сирены так и не поднятого в воздух ТМК-РД «Улисс-3» издали оглушительный вопль. Последний вопль.

Начинающийся вечер Блазара превратился в полдень. С неба на замершие крейсера упали столбы ярчайшего света, превращающие некогда грозные силуэты просто в груды оплавленного металла. Но даже когда от жара под ними начала просаживаться земля, орбитальные орудия не замолчали. Они давили и давили до тех пор, пока корпуса кораблей-анов не стали напоминать лодки. Люди прекрасно помнили все особенности собственных творений и не желали давать еще один шанс вкусившим свободы созданиям, чьим наивысшим удовольствием была война.