Чтение онлайн

Кирилл закончил переводить речь Рамона для Олега. Печка был шокирован такими словами из уст виконта.

— Тогда зачем же вы нам помогли? — спросил Олег, и я быстро перевёл его слова Рамону.

— Я вам не помогал. Просто замолвил слово, а дальше всё сделали организаторы. Вы — наследники той славы русских пилотов. Я хотел, чтоб вы это показали. Организаторы прислушались, и всё получилось. Вив ля Руси!

Рамон ещё немного посидел с нами и ушёл, а мы вернулись в гостиницу. Уже перед сном нам объявили, что вылет домой запланирован на послезавтра.

В назначенный день мы загрузились в самолёт и выполнили перелёт в Циолковск. На аэродроме нас встречали только самые близкие. Это было понятно, что не будут нас встречать большие партийные руководители.

Вера ждала меня около служебной машины Хрекова вместе с Белой Георгиевной. Перед отлётом я успел купить два букета и подарил их. Естественно, от такого обе прекрасные леди растаяли.

— Серёжа, ты сама галантность. А Андрей Константинович на очередном совещании. Жизненно важном! — воскликнула Белла, поправляя букет.

— Ну тётя, у него много работы. Надо столько представительств проверить. По всему Союзу ездить нужно, — сказала Вера, поправляя растрепавшиеся на ветру волосы.

— Предлагаю поехать домой и подождать его там. Французские сладости прилагаю, — показал я на сумку.

Попрощавшись с Олегом, я сел в машину, и мы уехали с аэродрома.

— Вы из Франции прилетели. Произвели там фурор, а никто не встречает. Ещё и на транспортный самолёт вас посадили, — ворчала Белла Георгиевна.

— Как по мне, так даже лучше. Я быстрее домой попаду.

— Тоже верно. Я твой привет видела вчера в новостях. Очень обрадовалась, — прижалась ко мне Вера.

Всё же попали в эфир фрагменты моего разговора с журналистами. Интересно, что ещё смогли увидеть.

— И кто эта симпатичная парижанка с русыми волосами? Ты её и за ручку там трогал, — спросила Вера, посмотрев пристально мне в глаза.

— Дорогая, это было частью презентации. Не бери в голову, — ответил я.

— Ты у меня смотри. Если узнаю, что не только ручку трогал, накажу.

Вот я испугался! Хорошо, что она ещё не знает, что мы с Олегом перед репортёрами с голым торсом дефилировали.

После командировки мне дали несколько дней прийти в себя и побыть с женой. Пару раз мы ездили в больницу на осмотры, но использовать для этого приходилось либо общественный транспорт, либо служебный автомобиль дяди Андрея. Вновь я задумался о приобретении хоть какого-то автотранспорта.

Тут как раз и подоспел выход на работу. В первый же день Меницкий объявил мне, что нас с ним ждёт у себя генеральный конструктор. Пришлось ехать в Москву в кабинет к Белкину.

В дороге не обошли стороной и вопрос о работе нашего «уважаемого» Морозова.

— Мда, Сергей. Не думал, что так повернётся всё. Как вообще удалось вам протолкнуть это выступление? — спросил Валерий Евгеньевич, после моего рассказа о ходе проведения авиасалона.

— Совершенно случайно, — ответил я и поведал Меницкому об истории с Рамоном де ла Пуафом.

— Вот уж никогда бы не поверил в такие встречи. А с Морозовым всё решим. Его коллектив не примет. Шеф-пилот в нашем конструкторском бюро это очень серьёзная величина. Тем более сейчас, когда у нас катастрофически не хватает испытателей. А твоего калибра и вовсе нет.

— Вы мне льстите, — улыбнулся я.

— Герою Советского Союза? Едва ли. Кстати, с министерства прислали на тебя «открытку». Так что поздравляю!

Интересно с чем? Ближайших праздников не предвидится ещё долго. С министерства могут меня только с увольнением поздравить.

— Валерий Евгеньевич, я не понимаю, о чём вы. У Чубова и Паклина я не самый любимый работник и сомневаюсь, что они меня будут отдельно с праздниками поздравлять.

— Да ты чего? У нас на фирме есть обычная очередь и приоритетная очередь. Недавно пришло несколько талонов. Тебе дают один, как участнику войны в Афганистане, участнику боевых действий в Анголе, участнику ещё чего там…

— Ладно, я понял. Как Герою, короче.

— Ну да. Надо было тебе просто стать Героем, чтобы получить этот талон. Только вот на какой автомобиль, мне неизвестно.

Ого! Вот это уже хорошо! Только что задумывался о приобретении машины, а тут и государство подсобило. Водительские права были мной давно получены в училище. Осталось теперь понять, хватит ли у меня денег на приобретение автомобиля.

Через час мы стояли перед кабинетом Белкина, но внутрь нас пока не пускали. В коридоре толпилось много людей, которые были взмокшие и весьма растерянные. Ни я, ни Меницкий не понимали, что происходит.

— Чего все уставшие такие? — спросил Валерий Евгеньевич, но никто не ответил.

С этими людьми мы много раз встречались на совещаниях. Это были инженеры и конструкторы высокой квалификации. А сейчас они все похожи на студентов, которых после неудачного экзамена забирают в армию.

— Мы ведь один коллектив или уже нет? — спросил я.

— Уже нет, Сергеич. Сейчас зайдёшь и узнаешь, — ответил мне один из конструкторов.

Дверь в кабинет открылась. Появился Белкин, жестом пригласивший меня и Валерия Евгеньевича.

Войдя внутрь, я оказался в очень душной атмосфере. У Анатолия Ростиславовича здесь целых два кондиционера, но ни один из них не работал. Крутился только вентилятор на его столе, но от него было мало толку.

За самим столом генерального конструктора сидел уже не Белкин, а совсем другой человек. Я его никогда раньше не видел.

— Присаживайтесь, товарищи, — указал нам Анатолий Ростиславович на стол для переговоров.

Как только мы заняли свои места, я осмотрел нового для нас персонажа. Волос у него не было, а на блестящей лысине сверкали капельки пота. Смотрел на нас мужчина уставшими глазами, тяжело дыша через широкий нос.

Я посмотрел на Белкина. Анатолий Ростиславович не выглядел потерянным, а был вполне собран.

— Валерий Евгеньевич, я рад вас приветствовать, — шепелявым голосом поздоровался с Меницким лысый человек.

— Добрый день, Иван Ильич. Как я понял, назначение состоялось?

— Верно, Валер. С этого дня я больше не генеральный конструктор КБ МиГ. Переведён на должность в Министерство, которую ранее занимал Иван Ильич. Кстати, Сергей, познакомься с Сидоровым Иваном Ильичом. Ранее работал у нас одним из главных конструкторов. Потом ушёл в Министерство на повышение. С этого дня он генеральный конструктор нашей фирмы.