Чтение онлайн

– А ешь ты за чей счёт? А?
– Ратмир сел на кровати и зло посмотрел на меня. – А спишь ты на чьей кровати? Забыла? Я тебе напомню!

Я много раз представляла, как Ратмир идёт на меня с целью ударить. Я думала, как буду себя вести, уворачиваться, убегать. Но на деле всё оказалось совсем не так. Липкого пота от страха не было, как и дрожащих рук, как и воспоминаний, что именно надо делать.

По идее я сейчас должна рвануть на улицу… Только почему-то вместо побега, я стою на месте. Стою и смотрю на разъяренного мужа, который приближается, сжав кулаки. Я даже вижу, как поднимается рука, которая наверняка обрушит на меня не один удар, может даже фатальный.

Но страха нет, лишь злость и картинка перед глазами с исполосованной спиной Лисы.

– Только посмей меня тронуть, - прошипела зло, глядя в бешеные глаза. – Только посмей и, клянусь, я тебя убью.

– Убьёшь? Ты?
– наигранно рассмеялся Ратмир, но затем посмотрел мне в глаза и побледнев, прошептал, – Ведьмино отродье.

Я даже растерялась. Ведь готова была биться до последнего, чтобы выйти из неравной схватки живой, но увидев… Нет, почувствовав каким-то нутром страх Ратмира. я растерялась. Простая угроза вряд ли испугала бы мужчину. Возможно, остановила бы благодаря неожиданности. Но испугать…

– Ведьма, - продолжал шептать мужчина, отступая назад и садясь на край кровати. – Ведьма! Нечистая в моём доме!

– Да уж почище некоторых, - усмехнулась я, глядя на растрёпанного Ратмира в грязной рубахе.

– Убирайся из моего дома!
– фальцетом заорал мужчина. – Убирайся!

– С радостью, только вот муж ты мой, и дом, значит, тоже мой, - процедила сквозь зубы. Злость ушла, освобождая место страху, но отступиться сейчас означало проиграть. Я не знаю, почему Ратмир посчитал меня ведьмой, и почему боится, но понимала, что это ненадолго. Но что делать дальше? Не решится ли муженёк прибить меня под покровом ночи, пока я буду спокойно спать? А ведь может…

– Обманом ты женила меня, приворожила, дрянь такая, - дрожащим голосом прохрипел муж, глядя на меня с ненавистью и отвращением. – Всем расскажу, что ты ведьма, чтобы сожгли как падаль, на костре.

В груди вновь поднялась волна гнева. Сжечь, значит? За то, что не дала обидеть себя?

– Не посмеешь, - оборвала я Ратмира на полуслове. – Молчать будешь, иначе прокляну на смерть. Не успеешь слова сказать, как падёшь наземь замертво.

– Аврора, я Дуську подоила, - словно сквозь вату до меня донёсся голос Лисы. – Пойду поросят кормить. а то криком кричат уже.

– Молчать будешь, - ещё раз, но уже спокойно сказала Ратмиру, а затем крикнула Лисе, – Не трожь ведро, тяжелое оно, сейчас отец покормит.

Лиса перестала шелестеть зерном, видимо замерла от неожиданности.

– Отец поможет, - повторила я, но уже тихо и глядя на мужа. – И будет помогать ухаживать за скотиной.

– Лучше сдохнуть, чем нечистой помогать, - процедил Ратмир, вставая с кровати и хватая шубу, валяющуюся на полу.

– Твой выбор, - насмешливо бросила в спину мужу.

Ратмир действительно ушел. Не думая, куда двинулся супруг, я набрала воды в тазик и наклонилась, чтобы умыться, но тут же отшатнулась, увидев своё отражение. Нет, с лицом в целом всё было нормально, но глаза… Они светились, буквально. Словно два фонарика вместо глаз.

Неужели и правда ведьма? Руки мелко задрожали. Присев на скамейку, я часто задышала, стараясь успокоиться. А как относятся к ведьмам в глухой деревне? Судя по реакции Ратмира их боятся и… вероятно, сжигают на костре. Такой судьбы мне не хотелось. А вот сбежать прямо сейчас очень даже. Только вспомнив о погоде за окном и Лисе, я отмела эту идею. Куда я пойду зимой? На встречу к волкам? И себя погублю, и ребёнка. А если Ратмир и расскажет что-то, то можно списать на белую горячку. Все знают, что он с дружками пил всю ночь, так что просто почудилось спьяну, не более.

Я отвлекалась как могла. Приготовила нехитрый ужин, проветрила, наконец, спальню, убралась… Что только не сделаешь, чтобы не думать о плохом. Я ждала Ратмира и разборок, но муж не возвращался.

От стука в дверь подскочила на пару метров и еле удержалась, чтобы не взвизгнуть. Лиса изумлённо посмотрел на меня и побежала открывать.

– Ну-ка, позови мамку, - прокряхтел старческий голос, а я наконец облегчённо выдохнула. Не взбешенные односельчане с вилами и факелами, а всего лишь Авдотья.

– Здесь я, - откликнулась, выйдя в сени. – Зайдёте чаю попить?

– Чаю, говоришь?
– усмехнулась старуха, вглядываясь в моё лицо. – Можно и чаю. А ты, Лиска, поди, поиграй пока.

– Можно?
– девочка подняла на меня взгляд, полный надежды.

– Беги, только не долго, темнеет уже, - улыбнувшись, разрешила я, а затем пошла ставить воду на плиту.

– Ну что, рассказывай, - хрипло рассмеявшись, язвительно заявила женщина, садясь на лавку. – Давно магия в тебе?

– Не понимаю, о чём вы, - беспечно отозвалась я, наливая кипяток в чайничек с травами.

– Всё ты знаешь, маленькая ведьма, всё знаешь, - задумчиво произнесла Авдотья. – Не пытайся обмануть меня, я ложь за версту чую.

– Может тогда скажете, как мне с этим жить?
– сев напротив, я взглянула на женщину. – Или это только за плату не пойми какую?

– За плату, девочка, - кивнула старуха. – Ведьмы только за плату помогают, иначе никак. И ты за плату помогать станешь, когда я уйду.

– Нечем мне вам платить, - вздохнула, разведя руками. – Ни монетки нет, а Ратмир не даст никогда. Да и ушел он, не знаю, вернётся ли. Сначала кричал, что я нечистая, а потом ушел.

– Знает, значит-ца, - понимающе кивнула Авдотья. – Это и к лучшему, побоится обижать. А на счёт платы не волнуйся, ничего невыполнимого не попрошу.

– У каждого человека по разному. Кому-то и человека убить ничего сложного.

– Я расскажу тебе о ведьмах, коль сама не знаешь, да научу многому, а ты силу мою примешь, как время придёт.

– Это как?
– растерялась я.

– А просто, - фыркнула Авдотья. – Научу тебя, а как помру, ты мою силу в себя вберёшь.

– И будут меня сторониться также, как и вас? А Ратмир грозился рассказать всем, чтобы меня на костре сожгли, – наябедничала на мужа.

– На костре не сожгут, но пакости делать могут, - нахмурилась ведьма. – Меня больше травницей и знахаркой называют, никто силы моей и магии не видел, да и боятся меня. Знают, что если уйду, то конец деревне. И скот вымрет, и люди. Боятся, но терпят, потому что выхода другого нет. А вот примут ли тебя - не понятно.

– И что делать?
– нахмурилась я, понимая, что мой дар может стать проклятием.

– Учиться, - серьёзно заявила Авдотья. – Нельзя тебе без учёбы, много горя можешь принести, не знаючи.