Австралийская улика
Шрифт:
– Катюха, ты что, сошла с ума? Я просто не нахожу слов от завихрений твоей фантазии. Убери сейчас же цветы! Увози меня быстрее отсюда, а о фургоне нужно немедленно позвонить в милицию. Ты понимаешь, что следствию необходимы результаты вскрытия?
– Меньше всего я думаю о следствии.
– Тогда подумай о себе. Это же преступление, понимаешь? Ты угнала машину с трупами? Почему она находится здесь, кто её укрыл в этом безлюдном месте, зачем?
– А как мне надо было надавить на ментов, чтобы они отцепились от тебя? Да, по моей просьбе друзья угнали фургон и спрятали его вдали от шума городского. Я не только тебя вырвала из милиции, я ещё одного человека пытаюсь вызволить из-за решётки.
– Всё понятно. Прошу тебя, не будем терять времени: или ты увозишь меня отсюда, или я ухожу.
– Так и знала, что ты не поддержишь меня. – Катюха обидчиво поджала губы и выбросила из фургона цветы.
Из приёмника машины по-прежнему неслась музыка «Прощание славянки».
– Слушай, – не вытерпела Рита, – выключи, пожалуйста, музыку, у меня без неё сердце кровью обливается.
Рита выпрыгнула из фургона и пошла к машине. Вслед за ней, что-то ворча себе под нос, шла Катюха. Они сели в машину. Катюха выключила приёмник. Стало тихо, как на кладбище.
– Ладно. Попрощались коллегой, теперь едем дальше. Мне нужно сделать ещё одно дело, только прошу тебя, не вмешивайся и не удивляйся, одним словом, не мешай мне, – предупредила Катюха.
Она вытащила из кармана мобильный телефон, набрала номер. Ей долго не отвечали. Наконец, она с кем-то поздоровалась. К изумлению ошеломлённой Риты, Катюха говорила мужским голосом! Речь шла о ней, Рите! Катюха кому-то сказала, что задержанная Жданова отпущена. Нет смысла её держать под стражей. Вот так! И всё. Больше она не распространялась. Закончив телефонный разговор, включила мотор машины, и они поехали.
– Утром я заезжала в больницу, там переполох. Привезли в реанимацию полковника Гладышева. Он почти при смерти. Все возятся вокруг него. Жаль дядьку, он хороший человек, – с искренним сожалением сказала Катюха.
Рита не знала, что делать. При всей серьёзности положения, её начинал смешить спектакль, изображаемый Катюхой. Она не стала комментировать увиденное и услышанное, у неё просто не было сил. С Катюхой определённо не соскучишься. Нужно скорее от неё освободиться и начинать собственное расследование.
– Ты не сбежала из-под стражи, запомни! – наставительным тоном говорила подруга. – Тебя отпустил сам полковник Гладышев. Запомни, Гладышев! Тебе нечего бояться следователя. Полковник главнее. Поняла? Куда тебя отвезти? Тебе нужно выспаться.
Рита пожала плечами и молча кивнула. Она уже отказывалась что-либо понимать. Слава Богу, из камеры освободилась, хоть непонятно с чьей помощью.
– Отвези меня на Паровозную улицу. – Она решила сразу же поехать в квартиру Лёвы. – Знаешь, где она находится?
– Знаю. На ней Лёва живёт. То есть жил.
Понятно. Лучше бы Рита не спрашивала. Получила достойный ответ. Нужно быть с Катюхой осторожней. Она много знает, и у неё такая богатая фантазия. Страшно непредсказуемая, рискованная. С ней можно, как говорится, наломать дров.
– А ты тоже там живёшь? – полюбопытствовала Катюха.
– Нет, у меня там тётка живёт, поеду и отосплюсь у неё хорошенько.
– Возьми на всякий случай номер моего мобильника. Вдруг понадобится. В бардачке ручка и бумага, черкани.
Рита послушно записала цифры. Иногда Катюха говорит дело. Действительно, может пригодиться, чего только в жизни не бывает, а кроме Катюхи у Риты нет никого, кто может так быстро прийти на помощь. Она такая сообразительная!
Увидев дом Лёвы, Рита попросила притормозить.
– Надо же, такое совпадение! Твоя тётка живёт в доме, где жил Лёва, – заметила Катюха.
– Да ты что? – искренне удивилась Рита (у неё это правдоподобно получилось, и уши не покраснели). – А я и не знала, – продолжила она. – Никогда его здесь не встречала. Звони в милицию и скажи, чтобы трупы забирали.
– Не напоминай мне, ещё, как говорится, не вечер. Мне нужно одного человека освободить из СИЗО. Когда он будет на свободе, тогда они получат тела, – твердым голосом сказала Катерина.
– Кого-то ещё спасаешь?
– Ну, я же тебе говорила: ребята, которые согласились угнать фургон, меня спросили: зачем это делать? Я им сказала: тебя спасти. Они согласились. Но им пришла мысль под этим соусом освободить своего друга, томящегося в стенах СИЗО.
– Кто он такой? Ты его знаешь?
– Представь себе, оказалось, знаю. Мы с ним знакомы давно, но наши пути разошлись. Он неплохой парень, поэтому я взялась заодно высвободить и его.
– А как тебе это удалось?
– Стечение обстоятельств. Представь, так благоприятно расположились звёзды в этот период на небе, что я заодно провернула и это дело. Думаю, что моего знакомого сегодня освободят, у них безвыходное положение.
– Никогда бы не поверила, что у тебя такие способности! Ты умеешь менять голос, как настоящая артистка, да ещё и в астрологии разбираешься! Когда-нибудь ты расскажешь обо всех увлечениях подробнее, это очень интересно. Ну, пока! – Рита вышла из машины и направилась в подъезд.
Левина квартира открылась легко. Закрыв дверь на два оборота и, оставив ключ в замке, с порога осмотрела жилище. Одна небольшая, захламлённая комната с балконом. Письменный стол, заваленный книгами и бумагами, книжные шкафы, переполненные книгами, шкаф для одежды, раздвижной диван, кресло с потёртыми подлокотниками, телевизор на тумбочке. На подоконнике электрический чайник «Мулинекс», кружка, банка кофе.
В кухне на электрической плите пустая, чистая кастрюля. В холодильнике – пустота. На столе в хлебнице ни кусочка хлеба. Рите страшно хотелось есть и выпить что-нибудь: горячего молока, чаю или кофе. Отогреться, успокоиться и поспать. Но, по всему видно, такого удовольствия, как еда, получить здесь не удастся. Интересно, что ел Лёва? Неужели она ничего у него не отыщет?