Чтение онлайн

— Нет!

— Вот, строптивый мой малыш! — журит меня Игорь. — Ладно, Саш, жди! Этот телефон сохрани. Если что-то понадобиться, звони! Сам не буду тебе часто надоедать, но спрашивать как у тебя дела, иногда буду. Целую!

Я отключаюсь первая. О Господи, неужели кто-то из этих троих придурков не наорал на меня в конце нашего диалога? А жизнь-то налаживается!

Через полчаса в дверь звонит курьер. Я не открываю. Тот, оставив рядом коробку с логотипом известной дорогой кондитерской, уезжает на лифте. С опаской выхожу в подъезд. Вроде никто не набрасывается со стороны, с грязными намерениями. Открываю коробку. Пирожные, эклеры, макарони, все такое красивое, аппетитное на вид. Вздыхаю тяжело, закрываю лакомства крышкой и иду к мусоропроводу. Есть это, я всё равно не собираюсь, памятуя про начинку в соке. Береженного бог бережет. Соседям отдать тоже страшно, по той же причине. Так что сладкое великолепие срывается вниз, а я, совершенно опустошенная иду под душ, а затем спать.

На следующий день, как и запланировала, встречаюсь с юристом. Он помогает составить мне заявление и оформить другие бумаги. Раздела имущества мне не избежать, а значит и судебных тяжб. Не откладывая дела в долгий ящик, едем в суд. Сергей Юрьевич Белов ориентируется в здании, как рыба в воде, мужчина на короткой ноге со всеми работниками Фемиды. Шутит, выспрашивает о делах и планах, попутно подавая и оформляя всё необходимое для бракоразводного процесса. Мысленно восхищаюсь им. Сразу видно — профессионал и фанат своего дела. Хорошо, что сразу обратилась к знающему человеку, сама бы потратила здесь уйму времени и нервов.

Освободились уже ко времени обеденного перерыва. Белов непринужденно зовет меня пообедать в ближайшем ресторанчике, суля сочный стейк со сливочным соусом и восхитительные булочки с корицей к чаю, которые эксклюзивно готовятся только в этом заведении. Так всё это вкусно описывает, что желудок мой мгновенно вспоминает, что чертовски голоден, и я соглашаюсь на ланч.

За едой ни слова о разводе. Сергей рассказывает о себе, своих увлечениях помимо профессии, расспрашивает о моих. Общаться с ним легко, чувствую себя в его компании непринужденно. Иногда ловлю его заинтересованный взгляд. Как женщине мне это льстит, тем более меня недавно так жестко бросил муж. Но понимаю, что новые отношения прямо сейчас я бы заводить не хотела. Вряд ли чужой мужчина полюбит моих детей, вон Котов практически о своих слышать не может, да и Андрей вчера об аборте заявил.

Хотя я и отказываюсь от провожаний, но Сергей довозит меня до дома. Всё в рамках приличий. Ни намека на что-то более романтичное, чем деловые отношения. Милая улыбка в конце и пожелания хорошего дня.

Ловлю свое улыбающееся отражение в лифте. Как мало надо женщине для счастья: вот-вот исполняющаяся мечта о материнстве и немного ненавязчивого мужского внимания. А глаза как сияют при этом! Ни следа от вчерашних слез и волнения. Что-то со мной не то! Слишком счастливая хожу. Наверное, все-таки получилось!

Дома склеиваю журнал, затем иду за покупками в ближайший супермаркет, обратно, уже не с такими тяжелыми пакетами как в первый раз, не спеша прогуливаюсь в парке, ловя доброе августовское солнышко. Остаток вечера провожу в компании журнала.

Утром просыпаюсь во-время, чтобы особо не расслабляться, ведь скоро снова на работу. И не зря. Сразу после завтрака начинаются звонки от рекрутов, и приглашения на собеседования. В итоге, из восьми компаний мне перезвонило пять. Очень хорошо. Хотя бы одна, да подойдет мне, а я им. Очень надеюсь. Все собеседования назначаются на следующей неделе в разные дни. Значит, у меня еще есть несколько дней для подготовки.

Целый день занимаюсь домом: пересаживаю цветы, они давно требовали моего внимания. Разбираю шкафы — скапливается целая гора ненужных вещей. Потом надо будет раздать или в церковь отвезти. Собираю кисти и остальные вещи Андрея, вызываю курьерскую службу.

Уставшая, сажусь пить чай, и тут раздается звонок телефона. Анна Сергеевна. Моя свекровь. Бывшая. Очень не хочется, но надо взять трубку, иначе не отстанет. Будет трезвонить и днем и ночью.

— Да.

— Сашенька, милая, как дела? — начинает елейным тоном мать Андрея.

— Нормально.

— Сашенька, ты наверно уже догадываешься, зачем я звоню?

— Примерно.

— Девочка моя, ты же мне как дочь, ты же знаешь!

Ага, дочь. А то как же! Сплавила мне абсолютно никчемное сокровище, а теперь вновь воссоединилась со своим сыночкой-бездельником. Наверно доставка шмоток нашего художника заставила ее окончательно поверить в серьезность разрыва.

— Я никогда не лезу в ваши отношения, ты же знаешь.

Ага, никогда, а как же! Помню все твои: хочу внука, Андрюша любит всё свежее, Андрюша не выносит пыли, мужа-художника надо холить и лелеять, создавать ему все условия для творчества и так далее без конца.

— Но Андрей уже несколько дней ночует у меня, и кисти ты ему сегодня вернула. Сашенька, вы расстались?

— Спросите об этом у Андрея, — мне совершенно неохота оправдываться. Это он не стал меня слушать, свалил при первой трудности.

— Саш, я спросила… — осторожно отвечает она.

Ну, я тогда попала! Представляю, чего он наговорил ей обо мне.

— Саш, нужно быть мудрее, — тон ее понижается до доверительного шепота, — ну согрешила ты, изменила мужу на корпоративе, ну с кем не бывает?

Со мной не бывает! Не изменяла я ему! И в мыслях такого не держала. Ору про себя, потому что оправдываться в чем-либо не собираюсь.

— Я сама по молодости… ох, не без греха была… — вот это подробности выясняются.

— Ну разве узнал об этом покойный Иван Иванович?! Нет, ушел абсолютно уверенный, что жена хранила ему верность до конца дней.

По-моему, это еще омерзительней, обманывать человека всю жизнь. Я бы точно так не смогла.

— Всему тебя, дочка надо учить. Похитрее будь. Изменяешь — изменяй тихо, не следует мужикам о таком рассказывать. Не терпят они. Сами на сторону за милую душу, а вот если ты налево — всё, это для них хуже казни. Собственники все.

— Анна Сергеевна, зачем вы это все мне говорите? Я не изменяла. Меня изнасиловали, а ваш сын и слушать не захотел.

— Ну, мне-то уж можешь правду говорить, — отмахивается от этой самой правды свекровь. — Андрюша уже который день сам не свой. Лежит, не встает. Всё в телефоне своем ковыряется. Даже к столу кушать не подходит. Еду в кровать требует. Ты бы поговорила с ним, может, наладилось бы всё у вас?

Ааа! В ужасе вопит мое достоинство. Анне Сергеевне надоело кормить ленивое чудо с ложечки, и она решила сплавить сокровище обратно женушке. Не-е-ет… спасибо. Сами со своим кровиночкой носитесь!

— Я сегодня подала на развод, — тихо сообщаю я.

— КАК!!!!??? НЕТ!!! Сашенька, ты хорошо всё обдумала? Какая семья у вас была, крепкая, хорошая, глядишь, и внуков мне на радость родили бы!

— Вас не слышно! — кричу я и отключаю телефон.

Ее Андрюша первым заговорил о разводе. А я вновь облегчаю ему жизнь, сама занимаюсь этим делом. Не то наш развод растянется на ближайшие лет…дцать. Андрюшу я своего хорошо знаю.

Спокойно занимаюсь вечерними делами. В десять мне приходится включить мобильный для связи с мамой. Но тут же прилетает смс от кое-кого другого. Открываю. Вчитываюсь. Что ж, не удивлена. От Котова другого и не ожидала.