Чтение онлайн

– Выпей кофейку.

– Спасибо, не хочу. «И вот почему я вас беспокою, – сказал я, – хотя мог бы звонить напрямую, поскольку, смею вас уверить, что здесь, в созвездии Плеяд, есть весьма сложное телекоммуникационное оборудование: дело в том, что этот хренов пилот этого хренова корабля требует, чтобы я звонил за счет моего абонента. Как вам это нравится?»

– И как ей это понравилось?

– Не знаю. К тому времени она повесила трубку, – сказал Форд. – Вот так-то! Как ты думаешь, что я сделал потом? – свирепо спросил он.

– Не имею понятия, Форд, – ответил Артур.

– Жаль, – сказал Форд, – я надеялся, что ты мне напомнишь. Понимаешь, я тебе как на духу скажу – терпеть не могу этих типов. Они настоящие паразиты космоса, носятся по божьей бесконечности и всем навязывают свои дрянные машинки, а эти машинки никогда не работают, а если работают, то такое творят, что не понадобится ни одному здравомыслящему человеку. А главное, – добавил он, кровожадно скрипя зубами, – все время пищат: «Задание выполнено», дескать!

Это была чистая правда. Данная точка зрения вполне заслуживала уважения. Ее разделяли все трезвомыслящие люди – собственно, общественное мнение давно уже признавало трезвомыслящими только тех людей, которые придерживались данной точки зрения.

В минуты просветления – очень редкие, что неудивительно при его нынешнем объеме в пять миллионов девятьсот семьдесят пять тысяч пятьсот девять страниц – «Путеводитель» отзывается о продукции Кибернетической корпорации Сириуса следующим образом: «Покупатель может не заметить совершенную бесполезность этих товаров, охваченный чувством гордости от того, что вообще заставил работать хоть одну из этих штуковин.

Иными словами – и это неизменный принцип, на котором основан всегалактический успех всей корпорации, – фундаментальные изъяны конструкции ее товаров камуфлируются их внешними изъянами».

– И этот тип, – напыщенно произнес Форд, – отправился в полет, чтобы продать еще несколько куч хлама! Командирован на пять лет с целью поиска и освоения новых, неизведанных планет, а также продажи новейших музпротезоматов для ресторанов, лифтов и шкафов со встроенными барами! А если на этих планетах еще нет ресторанов, лифтов и шкафов со встроенными барами, в его задачи входило искусственно ускорить развитие их цивилизаций, чтобы все эти чертовы блага побыстрее там появились! Где мой кофе?

– Я его вылил.

– Свари еще. Теперь я вспомнил, что я сделал потом. Я спас цивилизацию, и она развивается своим чередом. Или типа того – точно не помню.

Он решительно заковылял обратно в гостиную и продолжал там разговаривать сам с собой, спотыкаясь, опрокидывая мебель, а порой истошно попискивая: «Бип-бип!»

Через несколько минут Артур, отыскав среди всех выражений своего лица самое безмятежное, последовал за Фордом.

Форд был ошеломлен.

– Где ты был? – потребовал он отчета.

– Варил кофе, – все еще с самым безмятежным выражением лица ответил Артур.

Он уже давно понял, что благополучно пребывать в обществе Форда можно, лишь если иметь в запасе целый набор безмятежных выражений лица и все время переодевать их.

– Ты пропустил самое интересное место! – бушевал Форд. – Ты пропустил то место, когда я накинулся на этого типа! Сейчас, – проговорил он, – я накинусь на этого типа и вытрясу из него душу!

Он, как безумный, прыгнул на стул и сломал его.

– В прошлый раз получилось лучше, – угрюмо сказал Форд и вяло махнул рукой в сторону другого сломанного стула, который еще раньше аккуратно положил на обеденный стол.

– Понятно, – безмятежным взглядом окидывая сложенные обломки, сказал Артур, – а, э-э, зачем все эти кубики льда?

– Что? – заорал Форд. – Что? Это ты тоже пропустил? Это аппарат для поддержания жизни при низких температурах! Я этого типа в холодильник засунул. Другого выхода у меня не было, верно ведь?

– Возможно, – безмятежным голосом произнес Артур.

– Не трогай! – завопил Форд.

Артур как раз собирался поставить на место телефон, который по какой-то загадочной причине лежал на столе (трубка валялась рядом), но с безмятежным видом остановился.

– Хорошо, – успокаиваясь, сказал Форд, – теперь возьми трубку.

Артур приложил трубку к уху.

– Говорят время, – сказал он.

– Бил, бил, бип, – проговорил Форд, – вот что разносится по кораблю этого типа, в то время как он спит в холодильнике, а судно медленно облетает малоизвестный спутник планеты Сезефрас Магна. Этому типу сообщают точное лондонское время.

– Понятно, – повторил Артур и решил, что настало время задать главный вопрос. – А зачем? – безмятежно спросил он.

– Если немного повезет, счет с телефонной станции разорит этих ублюдков, – ответил Форд.

Обливаясь потом, он бросился на диван.

– Все-таки эффектное прибытие, как ты думаешь? – промолвил он.

Летающая тарелка, на которой прибыл Форд Префект, потрясла мир.

На сей раз сомнений быть не могло – инопланетный корабль оказался самый что ни на есть настоящий. Не ошибка, не галлюцинация. Не чета всяким там дохлым цэрэушникам в бассейнах.

Теперь было кристально ясно – мы действительно не одни во Вселенной. Яснее некуда.

Тарелка приземлилась с удивительным пренебрежением ко всему, что находилось внизу, сокрушив целый район с самой дорогой недвижимостью в мире, включая универмаг «Харродз» [14] .

Тарелка была огромная – говорят, почти полтора километра в диаметре, – тускло-серебристого цвета, израненная, опаленная и исцарапанная в жестоких космических битвах с врагами, происходивших в лучах неведомых человечеству солнц.

Открылся люк, с треском проутюжив продовольственный отдел «Харродза», смяв «Харви Николз» [15] и опрокинув башню отеля «Шератон». Истошно взвыла истязаемая архитектура.

После долгого душераздирающего грохота и скрежета агонизирующих механизмов из люка вышел громадный серебристый робот в тридцать метров ростом.

Спустившись по трапу, он поднял руку.

– Я пришел с миром, – сказал он, наскрежетавшись вволю, – отведите меня к своему Ящеру.

Разумеется, Форд Префект мог все объяснить – что и сделал, пока они с Артуром смотрели по телевизору беспрерывные, совершенно безумные выпуски новостей. С экрана только и твердили, что о миллиардах фунтов, в которые оценивался причиненный ущерб, да о столь же непомерном количестве жертв – и так без конца, без начала, потому что робот стоял себе на том же месте и, слегка пошатываясь, верещал: