Чтение онлайн

Парень покачал головой, я улыбнулась, молодец ректор! Даже люблю его. По-своему.

Дуг, оказывается, тоже собирал свои вещи, по большому секрету рассказывая в присутствии слуг, что страшные неизвестные люди в масках напали на Рега, и нет гарантии, что он его довезет домой живым. О соревнованиях теперь и речи нет. Под стоны и причитания хозяина: «а я говорил, а я предупреждал…», погрузились на повозку и тайно уехали в неизвестном направлении, поминутно испуганно озираясь, справедливо опасаясь за свою жизнь.

Встретились мы уже по другому адресу, довольно далеко, и дом мне не понравился. В нашей ситуации поселиться в домике с одним выходом — верх безрассудства. Одноэтажная халупа, кухня, коридор и одна комната. Все. Даже ширма, за которой прятались тазы и горшки, занимала половину коридора, в комнату пробирались, прижимаясь к стеночке.

Но парни сказали, что у этого дома настолько плохая репутация, что нам как раз и подходит.

Кровати для больного тоже нет, на полу в комнате разбросаны шкуры, одеяла, накиданы подушки. Зато все будем на глазах друг у друга, так решили мужчины. Ладно, я и не в таких условиях ночевала, что ж теперь.

Парни успокоились и изложили свой план. Садистский и идиотский донельзя.

До первого боя у нас три часа. Легкий завтрак, разминка с Дугом и общий отдых. Через два часа мы дружно выезжаем, уже одетые для боя, но в плащах и масках, это причуда устроителей, маски снимаются только на награждениях, даже ставки делаются по номерам.

А дальше:

Рег выходит на первый бой и проигрывает, Дуг свой бой выигрывает, и тут я, как козырь в рукаве. Моя противница, не рассчитывая на бой вообще, мне проиграет, и так шесть раз!

— Вы с ума сошли? Что останется от тебя, Рег? Ты еще стоять не можешь, мы тебя вынесем, да, и поставим, подперев с обеих сторон, да?!

— Лада, — потрескавшиеся губы Рега едва шевелились, — нет, я должен сам дойти до ковра, иначе вас не допустят до участия.

Завтракали они под мои вопли — «не нужны никому идиотские деньги такой идиотской ценой», но это ничего не изменило.

Рега мы завели, поддерживая за обе руки, и положили в уголок. Шум и гам в огромном и длинном, похожем на наши ангары, помещении, набитом людьми и, наверное, не людьми, мгновенно прекратился. Кто-то сдавленно хихикнул.

Дуг подошел к столу, за которым сидело пять представителей, типа судейской коллегии, что-то сказал, получил явное согласие, и невозмутимо вернулся к нам.

Я держала за руку Рега и почувствовала — он едва слышно перевел дыхание.

— Лада, руку не убирай, — шепнул и прикрыл глаза.

— А что?

— Ты точно не целитель?

— Нет, вроде бы.

— Не убирай.

Да мне жалко, что ли? Вообще-то я рассматривала этих судей. Все в масках, примерно, как у нас, но предпоследний, четвертый, оказался ректором. Мило! Наверное, и деканы где-нибудь здесь.

— Рег, — я наклонилась к нему, — ректор среди комиссии, это нормально?

— Не может быть! Который?

— В синем плаще и в синей маске. Нашел?

— Да. Ректор. Все интереснее и интереснее. Посмотрим.

Ага, посмотрим, если у кого-то сил хватит держать глаза открытыми.

— Лада, уклоняйся от боя, как можешь, тяни время, есть еще условие, в сумме у команды должно быть не менее пятнадцати минут боя. Дуг тоже потянет, а ты крути свои эти, как его… красивое такое…

— А, колесо?

— Да.

Это я подурачилась как-то, прошлась колесом по диагонали через весь склад, потом каждую тренировку парни просили повторить, и мы так заканчивали занятия.

Раздался мерзкий звук — бзынь!

Вероятно, он тут заменял гонг, человек в красной маске поднялся в луче света, и его голос разнесся по всему залу:

— Напоминаем правила очередных игр смешанных техник боевых искусств, которым обязаны неукоснительно следовать бойцы каждой команды. Категорически запрещены удары мужчинам в пах, женщинам в грудь, запрещены тычки в глаза, укусы и удары в горло. Болевые и удушающие приемы разрешены, как и в прошлом году. Весовая категория не имеет значения. Бой может быть остановлен или продолжен по знаку судьи в белой маске, его решения обсуждению не подлежат. Ставки принимаются у красных столов.

В зале началась суета, перелезая через скамейки для зрителей, все кинулись в угол, где горели красные огоньки, а в самом центре зала высветились четкие линии довольно большого ковра. По-моему, парни отмечали меньший размер.

— Вызываются первые игроки команд голубых и серых масок.

О как, серые маски — это мы, с места в карьер! Дуг поморщился, и мы осторожно подняли Рега.

К ковру подскочил шустрый мужичок в обтягивающих штанах ниже колен и в голубой маске, больше на нем не было ничего. Плечи его лоснились, явно щедро полили маслом, запрет не оглашали.

Рега почти несли Велик и Дуг, меня оставили, лучше бы я шла рядом, смотреть со стороны на нашего бойца под номером «один» было невозможно. У самого ковра с Рега плащ сняли. Удлиненные шорты не скрывали раны, только подчеркивали. Особенная жуть была на спине, и наверняка у всех зародилась мысль, что били подло, ножом, желая отстранить игрока от участия в боях. Хотя и располосованная нога впечатлила, и распухшие руки. На сером лице не было ни одной яркой краски, казалось, ткни Рега пальцем, он и повалится.

Боец в голубой маске сделал иначе. Разбежался, подпрыгнул, врезав обеими ногами в грудь, и Рег плашмя упал на спину.

Под аплодисменты. Голубую маску все поздравляли.

Меня трясло.

Притащили Рега без сознания. Я вцепилась в него, как в спасательный круг, и страшно жалела, что здесь нет парочки гранат.

Белое лицо Дуга наклонилось ко мне в тот момент, когда его пригласили на ковер, а я готова была послать все к чертовой матери, и едва слышно он шепнул:

— Дело не в деньгах. Мы на работе.

Рега положили боком, я гладила и гладила его плечи, пришли мы в себя одновременно. Он вздрогнул, чуть сжал мне руку:

— Как… он…

Подняла голову в тот момент, когда Дуга поздравляли.

— Выиграл.

— Соберись…

Дуг наклонился к нам:

— Лада, я поторопился, потяни, сколько можешь, считают в сумме.

— Сколько надо?

— Не меньше десяти.

Как я обрадовалась, сама не ожидала. Адреналин бил набатом в такт марша «Вставай, страна огромная», поправила маску и скинула плащ. Присела, покрутила ногами.