Чтение онлайн

– Евграф?
– спросил Грэй.
– И многих ты в подробностях помнишь?

– Нет, что ты...
– отмахнулась проститутка, - разве ж их всех упомнишь...

– Ну-ну...
– выдавил Грэй и глотнул самогонки. Поперхнулся. Едва отдышался. Ну и дерьмо же пить приходится... Расстроенно подумал о том, что: и никакого молока за вредность, вот обидно. Спасибо, хоть она не сказала "ВАС всех", утешился.
– ...ладно, слушай сюда, крошка. Подкатишься к одноглазому, заведешь разговор. Будет гнать, не уходи ни в коем случае. Цепляйся, как вошь за волосы.

– Будь уверен, - девица хихикнула, - от меня не уйдет, ха.

– Не сомневаюсь. Иди с ним. Якобы потрахаться. Главное, не давай ему нырнуть в переулок и кануть. Заведешь его в дансинг на Шестьдесят Шестой, угол Третьей Авеню, знаешь?..

– Знаю. А ты?

– А я буду по соседству.
– Грэй положил руку на бедро нечаянной подружки и легонько сжал упругую округлость.
– Я буду со стороны присматривать, чтобы никто лишний не увязался. Надеюсь, ты со своей задачей справишься.

– Ты его что, обчистить собрался?..

– В определенном смысле, - серьезно сказал Грэй.

Проститутка дернула плечиком.
– На вид не скажешь, что у него много капусты водится, - она скептически скривилась, - хотя, если он в компании с тем лысым... А если у тебя в заднице зуд, красавчик, вон того, - она показала пальчиком на какого-то изрядно осоловевшего типчика, - пощекочи. У этого точно капусты навалом, я знаю, он мальчиками торгует, малыми, бизнес прибыльный.

– Не показывай пальцем... Понимаешь, капуста у одноглазого вот здесь, - Грэй постучал себя по лбу, - и поценнее будет, чем вся бумажная капуста мира. Для меня, во всяком случае... Идем потанцуем, что ли, - внезапно, без всякой связи со своими предыдущими словами, добавил Грэй.

– Охоты никакой нет, - состроила недовольную гримаску проститутка, ты что, не мог завалиться в дыру повеселей? Как ласки в койке, так девкам, а как работа, так мне... Давай лучше пойдем трахнемся, а? Я сделаю все, что ты попросишь...

– Не мог.
– Отрезал Грэй.
– А что мне нужно от тебя, я уже сказал. Повторить? Мне нужен одноглазый, ты что, не усекла? Может, потанцуем все же, встряхнешься?

– Ну хорошо. Давай. Я и вправду сомлела что-то... с тобой рядом немудрено.
– Сэра выскользнула из-за столика первой, и Грэй повел партнершу, закружил в медленном фокстроте.
– А я поняла, кто он...
– вдруг сказала Сэра.
– Кто?
– спросил Грэй.
– Одноглазый твой, - проститутка оживилась, видимо, обрадовалась своей догадке.
– Мне с ним не довелось, но кое-кто из девок рассказывал о нем. Такого типа трудно забыть... Он часто ходил потрахаться. В койке хорош, судя по рассказам девок, но капусты у него негусто. Может, передумаешь его шмонать?..
– Тебе что, его жалко? живо поинтересовался Грэй.
– Да нет...
– задумчиво ответила Сэра.
– А с чего заступаешься?
– спросил Грэй.
– Хрен его знает. А может, и правда жалко... Совсем он не похож на козла.
– Ответила проститутка.
– Извини, но мы будем делать, как я сказал. Повторить, как?
– Грэй был неумолим.
– Я помню.
– Вздохнула партнерша.

И они замолчали, продолжая кружиться в танце.

– Ты хорошо танцуешь, - похвалила некоторое время спустя она партнера.
– Редко встретишь мужчину, который умеет танцевать.

– А ты знаешь толк в танцах?
– спросил он.

– Знаю... немного. Я же не всю жизнь в койке провалялась. Несколько лет назад училась, хотела стать танцовщицей... у Дягилева танцевать... ну их, не приняли меня. Сказали, что классический балет так же далек от моих танцев, как камчатка от Санкт-Петербурга. А мужикам нравится, я знаю... Слушай, Большой Грэй, ты случайно не знаешь, что такое камчатка и где находится?

– Случайно знаю, - улыбнулся Грэй.
– Это земля такая, полуостров. От Питера он в самом деле не близко. Примерно как Аляска отсюда, даже дальше. Точнее, гораздо дальше. Отсюда до Камчатки и то поближе будет... И ты нигде не танцевала больше?
– при этом он подумал: "Вот тебе и недостающие танцы. Все как в индийском кино. Надо же, какая правда жизни, блин...".

– Ну почему... В заведениях разных, даже в одном приличном ресторане пару недель продержалась. Но, понимаешь, танцовщицам еще хуже, чем проституткам. Деньги получаешь только за танцы, если вообще получаешь, а обслуживать приходится... А-а, ну их всех, засранцев. Пошла я к Папе Китчу, и не жалею. Хоть какая-то свобода появилась.

– Ушастик не обижает?
– спросил Грэй.

– Кто?..

– Китч, Китч, я хотел сказать, - поправился он.

– Да знаешь, не очень. У Шеддока девочки хуже живут, жаловались по-страшному. А в другой город уезжать...

– Конечно, - кивнул Грэй, - человек должен жить и работать там, где на свет бел появился. Со временем это начинаешь понимать куда как ясно. Бывает поздновато, и назад не вернуться, но главное - понять... А в дом идти не хочешь?

– Не-а, - ответила Сэра, - в домах еще хуже, чем в своих комнатушках или на улице. В домах совсем мрачно. Лучше уж сгнить на улицах, чем в дома угодить. Это я тебе говорю, я знаю. С меня двух месяцев хватило. В домах все мадам, бывшие девки, но почему-то злобные как старые девы, в жизни не сосавшие. Аж странно. Спасибо Папе, выкупил. Не в жены же идти к забулдыге какому-нибудь фабричному...

– Прямо дар божий этот ваш Папа, - проворчал Грэй, - благородный аж гэть...

– Что ты сказал?..

– Ничего существенного. Ты не поймешь, это не по-американски.

– Да... Разве ж в жизни бывает так, как хочешь...

– Значит, у Папы лучше всего...

– Ага. Это потому, что он женатый. И примерный семьянин. Аж странно.

– Неужели? Странно что семьянин или что примерный?

– Вообще все. В молодости, я слышала, он ни одной юбки не пропускал, был у него кореш тогда, вместе дело начинали... забыла, как его... а потом, с тех пор, как Китч все дело забрал и женился, жене не изменяет.

– Святой.
– Высказался Грэй.

– Какое там... но человек неплохой. Ты разве не знал? Ты вообще его давно знаешь?

– Нет.
– Отрезал Грэй.
– Недавно.

– А-а, ну тогда понятно... А ты в самом деле классно ведешь. Никогда профессионально не танцевал?

– Никогда, - ответил партнер.
– С моим-то ростом?.. Я вообще мало в жизни танцевал, знаешь. Все некогда как-то было, не до танцев, не до того...
– в этот миг пластинка закончилась, и шипение иглы, скребущейся о гладкий внутренний круг, прервало танец.
– ...погоди, я сменю пластинку...
– Он слегка сжал предплечья девушки своими большими ладонями и вдруг быстро поцеловал партнершу в висок.
– Спасибо тебе, милая.
– Сказал.

– За что?
– удивилась она, вскидывая лицо.

– За танец, - ответил он.
– За то, что ты есть.
– Глаза у него грустные-грустные, отметила Сэра, что это с ним?..
– Когда-то я мечтал о таких вот мгновеньях, и ради них тоже искал ключ, отпирающий дверь в стене... Знаешь, а я могу тебе немножко помочь.
– Он отпустил ее и отошел к патефону. Поставил новую пластинку и вернулся к партнерше. Зазвучал блюз, и партнеры, вновь прижавшись друг к дружке, закачались в танце. ...запомни адрес, - он назвал адрес, - а сегодня ночью постарайся выспаться, завтра утром пойдешь. Спросишь Бена Гордона. Передашь от меня привет, и скажешь Бенни, что я просил принять тебя в школу. Если хоть искорка таланта в тебе теплится, Бен ее учует и разожжет. Тебе все понятно? Завтра - с утра.

– Это у тебя шутки такие?!
– зло спросила проститутка, останавливаясь и возмущенно отпихивая Грэя. Вырвавшись из его рук, бросила: - Заложил за галстук и давай шутки шутить? А я-то подумала было, что ты мировой мужик...

– Эгей, девка, - какой-то солидно похорошевший плюгавый толстячок шатнулся от ближайшего столика к Сэре, нагло разрывая кокон уединения, созданный музыкой для двоих, - пошли со мной, я заплачу больше... не обижу...

Грэй скривился, будто кусок гнилого яблока проглотил. Отодвинул взмахом руки девушку, переместил ее за свою спину, и уставился на крутого покупателя суровым взглядом.