Чтение онлайн

Даже подсчитать все гипотезы старения вряд ли удастся, можно только предположить, что их более двух сотен, а может, и трех. Да кто их считал, ведь они отличаются только полутонами и незначительными нюансами и сам процесс их умножения бесконечен. По сути, они делятся на программные и стохастические [39] , но эта классификация тоже очень условна, а границы между подходами размыты. Например, увеличение количества стохастических, но обязательно возникающих повреждений ДНК в супрахиазматических ядрах гипоталамуса с возрастом ничуть не отличается от программы. Тем более эти ядра – некий «пейсмейкер» [40] онтогенеза. А сама программа развития может приводить к росту недорепараций ДНК в клетках вследствие роста оксидативного стресса и бомбардировки свободными радикалами, что ничуть не лучше стохастических повреждений. И разделения здесь нет.

С другой стороны, если хорошенько всмотреться в эти дебри, то вырисовываются очертания только двух гипотез старения: программы и стохастики. Это же можно признать методологической основой разделения самих геронтологов на два лагеря. Сами же специалисты этой сферы выстраивают сложные гипотезы, используют разные, часто очень необычные модели, рисуют красивые схемы, а люди все равно почему-то долго не живут. А возможно, и сама пассионарность [41] , которую взваливают на себя геронтологи, просто закрывает им глаза на прагматическую составляющую данной науки?

На мой взгляд, основой современной геронтологии должен стать именно прагматизм. Для начала необходимо понять основную проблему этой науки на современном этапе ее развития. Ведь сегодня различные рекомендации от биогеронтологов и их сторонников, как жить дольше, почти сплошь построены лишь на косвенных доказательствах и их личных представлениях.

Сейчас, на мой взгляд, правильным является подход, когда в определении есть попытка оцифровать старение. А то, что оно представляет собой временной процесс, думаю, ни у кого не вызывает даже сомнений.

Сегодня молодой человек, который заинтересовался старением, часто сразу изучает научные статьи. Но наука о старении – это не объединение фрагментов из чужих текстов из базы PubMed по своему желанию. Это не чтение даже самых лучших статей в Nature и в Lancet. Геронтология – это получение достойного базового образования по медицинской, медико-биологической или биологической специальности, на которое наложены знания биологии старения и клинической геронтологии. А только потом чтение любых статей.

Вне зависимости от того, что такое старение и его механизмов, наука об этом явлении – это структурированное знание, нацеленное на решение конкретной практической задачи – сделать так, чтобы человек жил дольше, причем именно в состоянии здоровья.

Интересный факт: когда я готовил эту самую главу, то выложил ее проект на свою страницу в социальную сеть [42] . И буквально за сутки под ней было около 300 комментариев, что показывает, что тема не просто интересная, а очень и очень занимательная.

Человек любит простые ответы на самые сложные вопросы. Даже временное оформление своей жизни в части механизмов он пытается найти у других видов – совсем у иных, думая, что так можно решить эту проблему. Просто и со вкусом. А факт, что многократные различия в продолжительности жизни во всем животном мире видны даже невооруженным глазом у самых близких видов, как бы всем очевиден. И основанием для такого подхода является наше рациональное мышление. И оно не плохое и не хорошее, оно просто такое, какое есть, и с ним часто бывают проблемы при использовании профессионального подхода. Так, есть наблюдения, когда совершенно разные виды, например птицы и рыбы, в абсолютно различной среде живут одинаково долго. И что нам это дает?

Не вызывает никаких сомнений, что наше время принадлежит уже не бумаге или телевидению, а именно Интернету. И тут можно найти самое стихийное нагромождение фактов, затем поверхностную их интерпретацию, которые уводят мысль даже образованного слушателя в лабиринты цитирования чужих статей, переведенных Google Translate. Да, сегодня доступность информации в Сети создала уникальную ситуацию в знании о старении. Прочитав несколько статей, многие молодые люди получили формальный повод считать себя компетентными в такой сложной теме. Эта же крайне шаткая ступень воспринимается ими как люк броневика на Площади Революции, с которого они высказывают собственное мнение по самым сложным вопросам науки о старении. Часто для написания таких рассказов и сказок «как жить дольше» используют подход, что на самом-то деле все очень просто. И вот тому газетный пример: «Но живет на свете зверек – это голый землекоп, физиологические особенности которого приводят в изумление геронтологов. Этот грызун отличается исключительно высокой для грызунов продолжительностью жизни. Эти зверьки к старости не бывают физически слабыми или малоподвижными, они не увядают со временем. У голых землекопов никогда не возникает раковых заболеваний, инсультов, инфарктов, диабета и других болезней. А их организм совсем не увядает со временем» [43] .

И как вам такое? Странно, что такой зверь вообще умирает. А может и не умирает вовсе? И не хочется ли тут сразу все бросить и бежать изучать только этого дивного и зверька? Фактически единственного. Да, для создания интереса к животному именно как модели для изучения старения подчеркивают удивительные свойства этого вида. Об этом тоже можно говорить долго, но только если не видеть, что природа создает и не такие удивительные конструкции.

Теперь поговорим об уникальности долголетия этого животного. На основании чего же это заявляют? Вот: «Сообщаем о новом рекорде для самого долгоживущего в мире грызуна – самца голого землекопа (Heterocephalus glaber). Когда его поймали в Кении в июле/августе 1974 года, ему был 1 год. Это животное умерло в апреле 2002 года, что свидетельствует о том, что оно прожило более 28 лет. Таким образом, продолжительность жизни этой особи превзошла предыдущий рекорд долголетия для грызунов, который принадлежал дикобразу (Hystrix brachyura), 27 лет и 4 месяца» [44] .

Итак, конкретного голого землекопа поймали, перенесли в искусственные условия и сказали: «Вот продолжительность жизни этого вида». Но все не так, ведь это продолжительность жизни в искусственных условиях.

Однако с этой зверушкой не все так просто, и тут хитрость в интригах, причем все они от исследователей, а не от грызуна. Во-первых, когда землекопа сравнивают с мышкой, которая живет лишь пару лет, тем самым подсказывают вашему мозгу уникальную и вызывающую удивление разницу. Нужно сказать, что в семействе грызунов есть множество видов с продолжительностью жизни 5, 10, 15 лет, и я даже слышал о канадском животном, которое живет 25 лет. Например, показано, что палестинская голая крыса, именно так в переводе с английского звучит название этого животного (Spalax ehrenbergi), может прожить 20,2 года. Поэтому говорить об уникальности землекопа могут только несведущие люди. Да, зверушка интересна многим, но уникальной продолжительностью жизни в естественных условиях она не обладает.

Кроме того, как бы предполагается, что все представители вида «голый землекоп» уже прожили эти самые 30 лет, хотя бы и в лаборатории. Но это только предельный показатель продолжительности жизни рекордсмена в искусственных условиях, а большинство животных в колониях ученых сегодня именно молодого возраста. В сравнении с человеком эти животные, которым по 5–7 лет, вообще юные.

Хотя, как я полагаю, ученые будут и далее подкидывать цифры в топку идеи, что землекоп – уникальное животное, и находить факты, что он живет 35, потом 40 лет, но тут нет ничего необычного. Кроме того, важно понимать, что в природе не только землекопы, но и все другие животные погибают гораздо быстрее, чем в лабораторных условиях, причем в основном от внешних причин. И, скорее всего, эти млекопитающие, которые смогут прожить дольше в искусственной среде, в природе погибнут намного раньше от недостатка пищи, вирусных инфекций, драк или нападения хищников.

Кроме того, создается впечатление, что есть какие-то масштабные эксперименты с большими колониями голых землекопов, но взяв одну из статей, вижу, что в испытание включены две размножающиеся самки 7 лет и десять не размножающихся самок и самцов того же возраста [45] . Животных заразили вирусом герпеса, и все они погибли очень быстро.