Чтение онлайн

За последние месяцы мы с Колей так крепко сблизились, что я иногда удивляюсь, как раньше могли жить друг без друга, почему долго мыкались порознь. Самое удивительное, мы же пять лет учились бок о бок и даже парой фраз едва ли перекинулись за это время, а теперь – не разлей вода. Полное взаимопонимание.

Только мама моя не очень верит в наши нежные чувства, говорит, я от безысходности стала Зайцевой, а он от одиночества меня взял. Вроде, как нам обоим деваться некуда, прыгнули в последний вагон уходящего поезда. Ту-ту…

Я не спорю, пусть так все и случилось на первый взгляд, но теперь мы вместе и у нас все будет, как у людей и даже получше некоторых. У нас свой дом на земле, работать умеем и любим, дочка скоро появится, а там можно и дальше загадать, жизнь скоро сама поскачет как горная речка по звонким камешкам.

Уже представляю, что забот полон рот, год от года веселее и круче, впереди и огорчения ждут – мелкие и покрупнее, но тем больше станем радоваться ясным дням и хорошим встречам.

Коля вдруг захотел, чтобы дочку назвали Алисой, а у меня не осталось сил протестовать. Роды начались раньше срока и прошли очень тяжело. Когда из родильной палаты меня на каталке завезли в лифт и начали поднимать на третий этаж в детское отделение, казалось, из ада мучений я воспарила в райские кущи блаженства. Сама себе не верила, неужели почти двадцать часов пыток остались позади.

Малюсенькое влажное тельце лежало на моей груди, тоненькие восковые пальчики слабо шевелились, я думала, что сердце мое разорвется от счастья. «Ксюша… доченька…».

Вечером позвонил Зайцев, поздравил меня, много хороших слов сказал, а потом заявил, что надо еще подумать над именем, дескать, судьбоносное решение принимаем и ошибиться нельзя.

– Коля, мы же все давно решили. Чем тебе «Ксюша» не нравится?

– У нас в поселке уже третья девочка с таким именем! На работе у Кирсанова тоже внучку Ксенией назвали. Будут в классе четыре тезки, и что хорошего. Я за «Алису»!

– В стране Чудес?

И все же он в чем-то супруг мой прав, помню, в школьные годы со мной вместе три Наташи училось и две Ольги, зато Антонина была всего одна и тем всегда гордилась.

Глаза закрываются – хочется забыться сном… губы сухие искусанные болят… доченька возится в своем кувезе, наверно, мокрая опять, ох, вставать тяжело…

– Алиса, так Алиса, будь по-твоему.

С самого момента выписки начались мелкие неурядицы: Коля забыл привезти пакет с одеждой мне на смену, пришлось снова натягивать надоевшие компрессионные колготки и несвежую, растянутую большим животом футболку, а так хотелось переодеться во все чистое, свеженькое.

Я нервничала, торопилась, за три дня измаялась в палате, – дети у соседок плачут, и Алиска начинает подпевать, о сне вообще можно забыть. Потом у нас еще какую-то сыпь диагностировали, оттого и задержали выписку.

Еще до родов я настояла, что первый месяц мы поживем с дочкой в городской квартире. Вот туда нас Коля и привез. Кроватка, вещи детские – заранее приготовлены, но оказалось, что не все учтено. Молока у меня было мало, Алиска висела на груди и начинала плакать, как только я пыталась уложить дочку в кровать.

Отправила Колю за смесью и бутылочками, еще нужен электронный градусник и зеленка куда-то задевалась. Холодильник почему-то пустой…

Я начала дергаться и психовать.

– Коля, ты нас вообще ждал? Я есть хочу, мне сейчас надо нормально питаться. Я кормящая мать.

– Я вас ждал домой в Козловку.

А сам насупился, в глаза не смотрит. Осунулся, похудел, выбрит плохо. И я как назло едва ворочаю языком:

– Здесь до больницы ближе, мы же договорились обо всем, чего ты начинаешь?

– Успокойся, сейчас схожу в магазин.

– И в аптеку. Я список составлю. Коля, а где у нас ручка?

– Твоя же квартира, ты тут хозяйничаешь.

– Коля, не заводись, мне и так плохо. Сыр купи, может, молока прибавится. И сгущенки хочется, а фрукты, сказали, нельзя… Слушай, я тут написала тебе фито-сбор для лактации, не забудь спросить.

– Понял. Теща когда приедет? – он не говорит, а будто рубит дрова каждым словом.

– Завтра жду. Коля, а когда мы коляску купим? Это не срочно, гулять пока нельзя, но надо уже присмотреть.

Сама удивляюсь заискивающим ноткам в голосе, наверно, это от слабости и желания довериться кому-то рядом, разделить с родным человеком все напряжение и беспокойство последних дней.

– Сделаем.

Колю не узнаю, на себя не похож – мрачный, неразговорчивый, от прежней доброжелательной веселости нет и следа. Неужели не рад малышке…

Это потом он мне рассказал, что на работе неприятности, попало ему за какие-то махинации с елками под новый год. Ему попало и рождение дочки совпало. Да я еще тут на нервах играю. Так чего скрывать свои проблемы, они же теперь наши общие.

А Коля меня утешает:

– Зачем тебе зря волноваться, утрясется, не думай даже. Ребята обещали помочь.

– Ты их слушай больше, они тебя еще воровать научат, – ругаюсь я с Алисой на руках. Деловая мать семейства.

– Так было бы чему учиться… – отмахнулся с досадой.

– Коля, не пугай меня!

– Молчу я, молчу. Просто сейчас каждый успевает, как может. Люди миллионами ворочают, а тут…

– Ага, ворочают! Они ворочают, а тебя за три тополя на Плющихе посадят! Ты подумал про нас? Мы с Алиской по миру пойдем!

– Мамки-няньки помогут… – огрызнулся и хлопнул дверью.

Хорошо хоть вернется скоро, я уже почему-то скучаю.

Первые недели прошли в суматохе, мамин приезд совпал с посещением Альбины Кирилловны. Вот уж точно мы напоминали трех наседок, кудахчущих над одним несмышленым птенцом! И все-то дамочки с опытом, старинным или передовым. Старинный – это у драгоценной свекрови.

– Тонечка, ты ее пеленай потуже, она успокоится как в «мамином домике». Укропную водичку приготовили? Скоро начнет животик болеть. А вот памперсы вы зря так часто используете – попа вспотеет, это плохо скажется на здоровье девочки.

Зато мамочка моя как всегда по инновациям впереди планеты всей.

– Тоня, дай ей свободу движений! Я прочла в Интернете, что им надо больше двигаться. И надо уже приучать писать по сигналу. Держи под коленки над умывальником и водичку включай, она девочка умная, сделает все сама.