Чтение онлайн

Напрасно сомневающиеся в бытии Божием безбожники ждут, пока наука скажет им окончательно: есть Бог или Его нет. Науки естественные и прикладные не занимаются вопросами о Боге. Это не их специальность. В личной же своей жизни ученые так или иначе разрешают для себя этот вопрос, пользуясь здравым смыслом, красотами Божьего мира и теми выводами, которые были сделаны философами и богословами во дни расцвета богословской мысли и философии. Как известно, науки прикладные и естественные все внимание уделяют изучению уже существующего, окружающего нас мира и тех законов, которым этот мир и жизнь в нем подчиняется. Если нас, людей верующих, интересует вопрос, как образовался мир, то науку интересует как лучше назвать, определить первобытную мировую материю или энергию, каким законам подчиняется эта материя или энергия. Именно логика и только одна логика неумолимо требует и от ученых, когда они начинают углубляться в богословско-религиозные, далеко не чуждые им, размышления, что Первопричина мира есть Премудрое Начало, Личное и Сознательное. Только тогда все в мире становится понятным и объяснимым. Ошибаются пантеисты, хотя и признающие Первопричину (Бога) в мире, но утверждающие, что эта Первопричина творила бессознательно. К такому заключению пришли пантеисты-пессимисты — Гартман и Шопенгауэр. Эти и им подобные философы говорят, что Первопричина могла бессознательно проявлять целесообразные силы в устройстве вселенной так же, как животные бессознательно выполняют целый ряд целесообразных функций. Но для здравого смысла естественнее допустить, что природа потому и действует целесообразно, хотя и бессознательно, что своим устройством, с неумолимыми, вложенными в нее законами, она обязана Сознательной Сущности. Гораздо было бы логичней между Богом и природой провести ту же параллель, то же взаимоотношение, которое существует между человеком и созданной им бессознательной, но целесообразно работающей машиной. Если же разумно и логично признать существование личного Сознательного Бога, то вполне логично допустить и целесообразность Сверхъестественного Божественного Откровения и религии, как живого союза Личного Бога с разумно-свободным, созданным Им по Образу и Подобию Божию, человеком. Только в Божественном Откровении мы находим ответы на все вопросы пытливого ума человеческого, на которые не дает нам ответа ни наука, ни философия. Это из Откровения мы узнаем, что зло в мире — результат падения некоторых ангелов и первобытного человека, вышедших из рук Творца чистыми и невинными, но через гордыню и злоупотребление своей свободной волей нарушивших первоначальную мировую гармонию. Только из Откровения мы узнаем о жизни Творца и Вседержителя — совершенно непостижимый нашей логикой догмат о Пресвятой, Единосущной, Животворящей и Нераздельной Троице или о Троическом Единстве Бога в Самом Себе.

Бог есть не только Творец, но Вседержитель и Промыслитель. Он печется о всех существах мира, а это заключается в сохранении тварей, содействии им и управлении ими. Сохранение — это такое действие Промысла Божия, когда Всемогущий содержит в бытии весь мир и все частные существа, в нем находящиеся, с их силами, законами и деятельностью. Содействие — это такое действие, которое Всеблагий проявляет по отношению к свободно-разумным тварям, помогая им, когда они свободно избирают и творят доброе. Когда же творят злое — то только попускает. Управление — это такое действие, которым Промыслитель направляет жизнь тварей к предназначенным целям, обращая иногда самые их дела к добрым последствиям. Промысл Божий, по точному смыслу Слова Божия и учению отцов Церкви, разделяется на общий, обо всем мире, и частный, о каждом частном существе. «Как может не радеть о Своей твари Тот, Кто по Своей бесконечной благости создал мир?», — говорит Блаженный Феодорит. Как Всемогущему и Вездесущему, Богу не стоит ни малейшего труда промышлять о Своем творении. Без Промысла Божия не было бы изумительного порядка, и мир, носимый случаем, как вихрем корабль, должен был бы превратиться в первобытный хаос и неустройство. Будучи вызван из ничтожества, он (мир) не мог бы существовать сам собою, говорят Афанасий Великий и Кирилл Александрийский. Кто отвергает Промысл Божий, тот отвергает и Самого Бога, говорят св. отцы. Хотя промысел Божий объемлет все в мире, однако свобода духовных и разумных существ этим не нарушается и разные виды зла не делают нарекания на Мироправителя. Вот почему так называемый Деизм (философское направление, признающее Бога-Творца, но отрицающее Промысл Божий в мире), совершенно отвергается Церковью.

Во всем Св. Писании только Бог называется вечным, а мир нигде не называется Ему совечным. «Все существа, — говорит Иоанн Дамаскин, — или сотворены или не сотворены. Если же сотворены, то изменяемы. Кто же не согласится с тем, что все в мире подлежит переменам?»

«Что было бы великого, — спрашивает Блаженный Феофилакт, — если бы Бог создал мир из готового материала? У нас и художники, получая готовое вещество, образуют из него, что им угодно».

Православная Церковь, как чадолюбивая Мать, желая оградить верных чад своих от разного рода умствований, ведущих к ложному пониманию происхождения мира, на основании Слова Божия поучает нас, что в творении мира вещественного нужно различать два периода: творение в собственном смысле слова, то есть творение самого первобытного мирового вещества и преобразование этого готового, но не устроенного, вещества в стройную систему мироздания.

Православная Церковь верует, что бытописатель Моисей повествует о творении всей вселенной, а не одной только нашей планеты. Моисей изображает не только геогению (образование земли), но и космогению (образование вселенной).

Говоря о происхождении неба и земли, Моисей как бы мимоходом, поскольку это имеет отношение к земле, касается неба, а затем переходит к подобному повествованию об устроении земли со всеми ее обитателями, во главе с венцом творения — человеком.

Всемогущий и Всеблагий Создатель участвует Сам не только в первом творении самого вещества, но и в создании всего мира.

Веруя, что Всемогущий Бог Своею сверхъестественной силой мог бы сотворить вселенную не только в шесть дней, но и в одно мгновение, Моисей под именем шести дней творения разумеет обыкновенные дни, определяя их начало и конец:

(Быт. 1:5). Изображая шестодневное творение мира не по законам естественного развития или эволюции, а сверхъестественной силой Творца, Моисей о всех высоких действиях Премудрого Творца говорит применительно к общечеловеческому пониманию, просто повествуя о разных предметах физического мира так, как они являются пред глазами наблюдателя, а не как они известны ученым. Моисей рассказывает о творении мира не как ученый естественник, а как мудрый учитель веры. Для него важна принципиальная сторона событий, а не детали, которыми не только могут, но обязаны интересоваться естественные науки. У Моисея нет научных терминов. Для него важно знать и сказать для назидания всем верующим, что мир сотворен из ничего, что все вызвано из небытия к бытию силою Всемогущего Бога. И да будет всем известно, что большинство величайших ученых считали и считают, что Природа и Библия — две книги, написанные Богом и предложенные для чтения человеку, как произведения одного Автора. В вопросе о происхождении мира между Библией и наукой нет принципиального противоречия. Так рассуждали великие представители науки (Ньютон, Кеплер, Коперник, Галилей, Фехнер, Либих, Ломоносов, Паскаль, Пастер, Рентген, Менделеев и далее, без конца). Русский ученый зоолог и антрополог Бэр и американский естествоиспытатель Даусон авторитетно заявляют, что от древних времен нам не завещано ничего более возвышенного, чем Библейское учение о творении мира. Если великие ученые находят возможным совмещать веру и знание, если к Библии они всегда относились с уважением, как к рассказу изумительному не только в смысле религиозном, но и чисто научном, то не свидетельствует ли это о том, что противоречия в принципиально-кардинальных вопросах о происхождении мира по Библии и по науке возникают, очевидно, лишь у тех, кто не знает ни науки, ни Библии? Чтобы успокоить однобоких поклонников науки и показать им, что по мере развития знаний мнимая пропасть противоречий между библией и наукой не увеличивается, а сглаживается, попытаемся сравнить эти два источника познания о происхождении мира.

Все научные гипотезы о происхождении мира, повествуют, что газообразные, раскаленные туманности при постоянном движении и вследствие большого удельного веса некоторых частиц, притягивающих к себе легкие частицы, образовали центры; от неизвестного толчка эти центры пришли в вихреобразное вращение; из уплотнившейся туманности, вследствие центростремительной силы, образовалось ядро, ставшее солнцем; оторвавшиеся от центрального ядра раскаленные шары превратились в планеты; газообразное вещество потом превратилось в огненно-жидкое, а затем в твердое и тогда постепенно стала зарождаться жизнь… Спрашивается, противоречат ли по существу эти стройные, красивые теории и гипотезы библейскому рассказу о происхождении мира?

Конечно, нет. Библия говорит: мир во всей его настоящей красоте и порядке произошел не сразу, не в один миг, а в шесть дней. И наука говорит, что мир образовался не сразу. Для успокоения же тех, кто хотел бы под днями творения разуметь периоды, а не обыкновенные наши дни, некоторые богословы допускают мысль, что, быть может, дни творения и не следует понимать буквально, ибо пред очами Бога тысяча лет, как мгновение.

Нет никакого противоречия между Библией и наукой и в другом кардинальном вопросе: о зарождении живых организмов на земле. И по Библии, и согласно науке сначала появились менее совершенные организмы, а затем более совершенные и, наконец, человек.

Что же касается древности мира то это вопрос больше научный, чем религиозный. Предоставим науке заниматься вычислениями. Для нас важно и отрадно знать, что развитие естественных наук не углубило, а сгладило мнимые противоречия между Библией и наукой. Верующему человеку, быть может, любопытно знакомиться с этими вычислениями, но не важно. Нам важно знать, что мир не вечен, что он вызван из небытия к бытию творческой силой Превечного Разума или Самобытной Первопричины.

Подробное повествование Моисея о творении человека, издревле называемого малым миром во вселенной, Св. Церковь понимает в смысле историческом, а не так, как многие вольнодумцы, низводя описание этого величайшего Божественного акта творения на степень какого-то мифа. Повествование Моисея о сотворении сначала Адама, а потом Евы подтверждается в Новом Завете. Апостол Павел в 1-ом послании к Коринфянам (11:8) говорит:

. В этом же послании (15:45, 47) апостол говорит:

.

Но с другой стороны, эту историчность изложения о сотворении человека нельзя понимать буквально. Бытописатель в своем повествовании приспосабливается к пониманию людей. «Некоторые, слыша слова: — вдунул душу, — говорит св. Иоанн Златоуст, — утверждают происхождение человека из существа Божия. Что может быть хуже такого недоразумения? Если уста, то тут приписывайте и руки!..»

Православная Церковь на основании Слова Божия учит, что весь род человеческий произошел от Адама и Евы. Однако существуют враги такого учения. Одни из них — преадамиты — утверждают, что Адам не есть праотец человечества, но что до него существовали люди. Другие — коадамиты заявляют, что вместе с Адамом было несколько родоначальников, а поэтому люди произошли не от одного корня.

Весьма замечательно отметить, что в преданиях всех народов род человеческий производится от одной четы и прародители нередко называются почти теми же самыми именами, как у Моисея. Священное Писание ясно подчеркивает происхождение рода человеческого от Адама и Евы. По словам Моисея, когда Господь Бог творил мир и создал землю и небо, то не было еще человека для возделывания Земли. Св. евангелист Лука, подробно излагая родословную Иисуса Христа по человечеству, доходит до Адама как прародителя и первого человека, который вышел из рук Самого Творца. Отсюда и Христос по человечеству: Еносов, Сифов, Адамов, Божий. В Деяниях святых апостолов мы читаем, что от одной крови Он (Бог) произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли, а св. апостол Павел в Послании к римлянам говорит, что как одним человеком грех вошел в мир, и грехом (вошла) смерть, так и смерть перешла во всех человеков, потому что в нем (общем нашем прародителе) все согрешили.