Чтение онлайн

Сколько людей всех возрастов и званий имеют страсти столь же сильные, как и ты, но побеждают их, однако же, и властвуют над ними! Многие подвержены еще большим опасностям, нежели ты, и должны преодолевать еще больше препятствий всякого рода! Неужели то, что они делают, для тебя невозможно?

Мужайся же, и да крепится сердце твое! Победителям готовятся венцы славные, и Христос взывает к тебе: Будь верен до смерти, и дам тебе венец жизни (Откр. 2. 10).

Глава 29

В. — Надо мной будут смеяться. Не нужно быть странным и ханжой.

О. — Ты боишься насмешек? Неужели у тебя недостаточно мужества, чтобы презирать их в деле столь важном, как спасение души? Без самостоятельности невозможно совершение благородных и высоких дел!

Не крайнее ли безумие — губить душу свою из угождения людям, безнравственность которых ты втайне презираешь. Похвалы таких людей были бы истинным стыдом для тебя. Их порицания, напротив, делают тебе честь — это знак, что ты не похож на них!

Однако не нужно и преувеличивать: ты ведь будешь не один на стороне добра. Хотя много и дурных людей, но число добрых значительно больше, чем обыкновенно думают, и одобрение всех добрых людей будет тебе достаточным вознаграждением за пренебрежение, которое могли бы оказать тебе безумцы.

Да и эти самые безумцы, поверь мне, будут невольно уважать тебя, когда увидят, что ты тверд в своих правилах. Смеются только над теми, которые колеблются и которых они надеются совратить с истинного пути.

Будь добр и снисходителен ко всем, не чуждайся невинной веселости и поверь — тебя оставят в покое.

Старайся только не смущаться насмешливым словом, взглядом, улыбкой. Будь равнодушен ко всякой несправедливости.

Пусть другие делают как хотят: ты иди вслед за Господом, претерпевшим жестокие поругания тебя ради!

Ты говоришь: «Не надо быть странным». Конечно, не надо вести себя с фарисейской гордостью и лицемерием. Господь повелел нам делать все наши лучшие дела втайне.

А если некоторые люди считают странным исполнение обязанностей христианских, которые невозможно скрыть, то в таком случае надо решиться казаться странным.

Мир во зле лежит, — говорит Священное Писание. Зло преобладает в нем, а добро редко. Много в мире христиан только по названию, а живущих подобно язычникам. Они, составляя большинство, управляют обычаями, модой. Тот, кто хочет следовать путем истины и жизни, должен поневоле казаться странным.

Такого рода странность нужно принять на себя. Она есть знак и условие вечного спасения. Господь Иисус Христос объявил это ясно: Входите тесными вратами (Мф. 7. 13).

Следовательно, надо жить в мире, не подражая миру, и в этой так называемой странности исполнять свой долг, не стыдясь его.

«Не надо быть ханжой», — говоришь ты. Конечно, кто с этим спорит?

Ханжество — не благочестие. Оно есть злоупотребление благочестием и набожностью.

Нельзя же слагать на благочестие вину тех людей, которые злоупотребляют набожностью по неведению, и делают это не из гордости и лицемерия, столь противных духу истинного благочестия.

Нужно быть набожным, но не нужно быть ханжой. Бог благоволит к первым и не любит вторых. Он хочет видеть в сердце нашем благочестие, готовность к служению Ему, любовь к заповедям Его, но Он отвращается ханжества, то есть тех бездушных приемов или внешних действий, которыми заменяют главное.

Но надо заметить, что эти злоупотребления и заблуждения, которые происходят не от гордости, а от неведения, более жалки, нежели преступны.

Вообще, это худые привычки, вредные только для тех, которые предаются им. Это большей частью люди слабодушные, непросвещенные, которые утомляют себя и запутываются во внешних проявлениях набожности, преувеличенных до крайности. Эти люди, измучивают совесть свою из страха согрешить, воспламеняются ложной ревностью, когда приличнее было бы молчать, и проч.

Вот что есть ханжество, и от него нужно тщательно оберегать себя. Но светские люди часто называют ханжами тех, которые вовсе не имеют этих слабостей, и называют так, потому что в их набожности видят укор для своей холодности!

Не бывают ли часто виновнее те, которые злобно негодуют на слабости ближнего? Не найдутся ли и в их жизни злоупотребления всякого рода, за исключением только злоупотребления набожности?

Не будь ханжою, но будь христианином, добрым, искренним христианином, исполняющим из любви к Богу, а не на показ людям все свои обязанности, и, когда совесть твоя будет безукоризненна, ты не убоишься порицаний человеческих.

Глава 30

В. — Я знаю набожных людей, которые не лучше других.

О. — Что же это доказывает? Разве только то, что эти люди набожны не искренно, исполняют только внешнее, пренебрегая внутренним, духовным.

Или то, что природа их необыкновенно упорна, если могущественное влияние набожности не делает их лучше.

Или то, что, может быть, правдоподобнее, — что ты судишь их пристрастно, что ты несправедлив к ним.

Христиане — заметь это — не перестают быть людьми, хотя они и христиане. Они не изъяты совершенно от слабости и непостоянства бедной природы человеческой, столь поврежденной грехом. Поэтому-то их поведение не всегда бывает согласно с их правилами и добрыми намерениями.

Но если благочестие не исправляет еще всех нравственных недостатков, если оно не истребляет полностью и всех других несовершенств, — зато оно уменьшает их и мало-помалу искореняет. Оно повелевает бороться с ними непрестанно, оно подает способы, простые и действенные, чтобы сделаться не только добрыми, но и столь совершенными, сколь возможно человеку.

Потому-то души истинные и твердые, употребляющие эти способы, исправляются скоро и делаются сначала лучшими, потом добрыми и, наконец, превосходными.

Неизменное свойство религии христианской есть — совершенствовать своих истинных последователей. Тот, кто имеет погрешности, будучи христианином, сколь много имел бы их, если бы был неверующим.

Глава 31

В. — Жизнь набожная слишком скучна. Лишать себя всего, бояться всего — что это за жизнь?