Азбука вождей
Шрифт:
Инициатором расследования криминальной ситуации, сложившейся в Краснодарском крае при первом секретаре Сергее Медунове, выступил председатель КГБ Ю. Андропов. При расследовании Следственной частью Прокуратуры СССР дела по Министерству рыбного хозяйства СССР («Рыбное дело»), где проходили многие чиновники, занимавшие высокие должности, следователи вышли на курортный город Сочи.
Там их заинтересовал директор первого тогда в стране магазина фирмы «Океан» Пруидзе, который был арестован за передачу взятки заместителю министра В. И. Рытову. Затем последовали аресты и других сочинских чиновников: заместителей директора магазина «Океан», директора базы Мясорыбторга, начальника гаража совминовского санатория и ещё нескольких человек. В показаниях появилась фамилия председателя Сочинского горисполкома Воронкова. Так возникло непосредственно уже «Сочинско-краснодарское дело». Оно состояло из ряда отдельных дел, которые следователи направляли в суд по мере их окончания, объединённых лишь своей принадлежностью к этому краю.
Вскоре после того, как председатель Сочинского горисполкома Воронков попал в орбиту следствия, он был арестован и препровождён в Лефортовскую тюрьму. Вспоминая это дело, старший следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре СССР Владимир Иванович Калиниченко рассказывал:
«В Сочи началась паника. В ход пошли широко известные приёмы коррумпированных группировок. Они пытались доказать, что показания обвиняемых о взяточничестве серьёзного внимания не заслуживают, что дают их люди, «длительное время содержавшиеся под стражей и находящиеся в условиях изоляции». Именно эту фразу будет позже обыгрывать Медунов в публичных выступлениях, на страницах печати, в докладных записках в ЦК КПСС».
В ходе расследования этого дела более 5000 чиновников были уволены со своих постов и исключены из рядов КПСС, примерно 1500 человек осуждены и получили немалые сроки. В Геленджике вскоре после допроса бесследно пропал первый секретарь Геленджикского горкома КПСС Николай Погодин. Руководитель главка общепита в том же городе, Берта Бородкина, была приговорена к смертной казни (единственная в послесталинское время женщина, казнённая в СССР за экономические преступления). За многочисленные факты коррупции получил строгий выговор и был снят с работы 1-й секретарь Краснодарского крайкома КПСС Медунов (в 1982 году он стал заместителем министра плодоовощного хозяйства СССР).
В 1982–1985 годах – заместитель министра плодоовощного хозяйства СССР.
С 1985 года находился на пенсии. Жил в Москве.
Умер 26 сентября 1999 года. Похоронен на Востряковском кладбище в Москве.
Мерецков Кирилл Афанасьевич
Рождение: 26 мая (7 июня) 1897 Назарьево, Рязанская губерния, Российская империя Смерть: 30 декабря 1968 (71 год) Москва, СССР
Родился в крестьянской семье Афанасия Павловича Мерецкова и Анны Ивановны (в дев. Добрякова). Русский. В 1911 г. окончил земскую начальную школу и в 1914 г. – воскресные классы для рабочих. С 1912 г. по июнь 1916 г. работал механиком на канифольно-скипидарном заводе в г. Судогда Владимирской губ. (Двенадцатилетним парнишкой отправился из деревни Назарьево Рязанской губернии в Москву на заработки. Активно участвовал в рабочих сходках.
Узнав о Февральской революции и падении монархии, Мерецков вместе с другими большевиками образовал самостоятельную ячейку РСДРП. В мае 1917 года она стала судогодским уездным комитетом РСДРП(б). Двадцатилетний Мерецков был избран ее секретарём.
В русской армии служил с июня по ноябрь 1916 г., рядовой 4-й роты запасного полка в г. Шуя Владимирской губ. (ныне – Ивановская обл.). После Февральской революции 1917 г. – начальник штаба Красной гвардии в г. Судогда, а с октября 1917-го по май 1918 г. – судогодский уездный военный комиссар. После Октябрьской революции председатель военного отдела местного Совета. В Красной Армии с мая 1918 г., военком 1-го Судогодского партизанского отряда. В ноябре 1918 г. поступил в Военную академию РККА. Участник Гражданской войны, воевал на Восточном, Южном и Западном фронтах, был комиссаром отряда, помощником начальника штаба бригады и дивизии. Трижды был тяжело ранен.
После окончания в 1921 г. Военной академии РККА с октября находился в распоряжении штаба РККА. С января 1922 г. начальник штаба 1-й Томской Сибирской кавалерийской дивизии Западного фронта, затем, с октября, – инспектор Главного управления милиции в Москве. С 4 апреля 1932 г. руководил работой штаба Белорусского военного округа, в декабре 1934 г. назначен начальником штаба Особой Краснознаменной Дальневосточной армии (ОКДВА). Успел побывать и на стажировке в Германии.
В 1936–1937 гг. в качестве военного советника республиканской армии участвовал в гражданской войне в Испании, отличился при проведении Гвадалахарской операции (псевдоним Петрович). Был ранен.
«Хенераль руссо Петрович», как называли его испанцы, занимался обучением новых подразделений республиканской армии, организацией работы Генерального штаба, подготовкой Мадрида к обороне.
За оборону Мадрида и разгром Марокканского корпуса на реке Харима Мерецков был награжден орденом Красного Знамени, за разгром Итальянского экспедиционного корпуса в районе Гвадалахары – орденом Ленина.
Вот что вспоминал сам Мерецков, многие годы спустя: «Радость возвращения была омрачена печалью и ужасом известия о том, что Тухачевский, Уборевич, Якир и другие видные военачальники разоблачены как изменники и враги. Адъютант наркома обороны Р.П. Хмельницкий приказал срочно прибыть в наркомат. Когда на совещании мне предоставили слово, я начал рассказывать о значении военного опыта, приобретенного в Испании. Из зала послышались реплики в том духе, что я говорю не о главном. Ведь ни для кого не было секретом, что я долгие годы работал с Уборевичем бок о бок.
И.В. Сталин перебил меня и начал задавать вопросы о моем отношении к повестке совещания. Я отвечал, что мне непонятны выступления товарищей. Это странно: если они подозревали, то почему же до сих пор молчали? А я Уборевича ни в чем не подозревал, безоговорочно ему верил и никогда ничего дурного не замечал. Сталин сказал: «Мы тоже верили им, а вас я понял правильно».
Далее он заметил, что наша деятельность в Испании заслуживает хорошей оценки; что опыт, приобретенный там, не пропадёт; что я вскоре получу более высокое назначение; а из совещания все должны сделать для себя поучительные выводы о необходимости строжайшей бдительности. Отсюда видно, что И.В. Сталин высоко ставил откровенность и прямоту».
А вот что нам на сегодняшний день доподлинно известно о сложных взаимоотношениях Сталина и Мерецкова. Они познакомились в 1919 году на Южном фронте. Затем Иосиф Виссарионович зорко следил за ростом и становлением своего выдвиженца. Ласково называл его «хитрым ярославцем».
С мая 1937 г. заместитель начальника Генштаба. В феврале 1938 г. присвоено воинское звание комкор. В сентябре 1938 г. назначен командующим войсками Приволжского военного округа, а в феврале 1939 г. – Ленинградского. Во время Советско-финляндской войны 1939–1940 гг. К.А. Мерецков командовал 7-й армией, прорвавшей укрепления линии Маннергейма на Карельском перешейке. За успешные действия в годы войны в июне 1940 г. Мерецкову в числе первых было присвоено воинское звание генерала армии.
15 августа 1940 г. генерал армии К.А. Мерецков назначается начальником Генерального штаба Красной Армии. Деятельность возглавляемого им Генштаба в условиях шедшей Второй мировой войны была тесно увязана с проводимыми в стране мероприятиями по подготовке к отражению готовящейся агрессии Германии против Советского Союза. Мерецков активно участвовал в организационно-технической реорганизации армии и флота, наращивании военного производства, увеличении численности войск, создании механизированных корпусов. Получили дальнейшее развитие артиллерия ВВС и Войска противовоздушной обороны (ПВО). 14 января 1941 г. приказом НКО № 0145 его освобождают от должности начальника Генштаба и переводят на должность заместителя наркома обороны СССР по боевой подготовке.
В самом начале Великой Отечественной войны по ложному доносу К.А. Мерецков был арестован, но в сентябре 1941 г. освобожден.
Кирилл Афанасьевич был привлечён к ответственности по статье 58, пункты 1 «б», 7, 8, 11 УК РСФСР на основании показаний арестованных в 1937–1938 годах командарма 1-го ранга И.Ф. Федько, армейского комиссара 1-го ранга П.А. Смирнова, флагмана флота 1-го ранга В.М. Орлова и ряда других, в том числе генерал-лейтенанта авиации Я.В. Смушкевича. И.П. Уборевич дал показания, якобы он лично завербовал Мерецкова в антисоветскую военную заговорщическую организацию. Следствие вели Л.Е. Влодзимирский, Л.Л. Шварцман, Б.В. Родос и В.Г. Иванов.