Азиэль. Во Тьму
Шрифт:
– Что-то я пока не улавливаю, что из тобой сказанного могло тебя так расстроить? Алфарию-то понятно – твои предки вырезали их расу. Охотились, словно они не великие драконы, а ящерицы какие-то, – произнося эти слова, я искренне надеялся, что меня слышит только мой друг.
– А то, Азиэль, что мои предки были великими воинами, – с грустью в голосе молвил мой друг. – Они сражались с древнейшими и сильнейшими существами в мире. А я? Такой же слабак, как и те отпрыски великих драконов, которых мы с таким трудом убили в начале нашего пути. Я позор своих предков.
Я рассмеялся. В голос, со всей душой. Я мог ожидать такие слова от кого угодно, но только не от безумного варвара. Он всегда был бесстрашным и уверенным в себе воином, а чем сильнее враг – тем даже лучше! А тут он сидит, словно ребёнок, и рассказывает о каких-то всемогущих предках.
– Део, ты чего? – я положил руку на плечо своему товарищу. – Да, твои предки охотились на могучих драконов, но не в одиночку же! Одно время на них вообще охотились все, кому не лень. Даже святые отцы присваивают себе далеко не одну победу. Мол, наши рыцари убили древнего дракона. А то, что там были не одни рыцари, а сотни пушечного мяса и толпы их жрецов, они умалчивают.
– Твой друг прав, – неожиданно сзади послышался голос Эфраира. И как только он незаметно смог подобраться? – Пусть не в одиночку, но предки твоего друга небольшим отрядом вырезали маленькие драконьи семьи. Он – жалкая пародия на то, на что были способны истинные воины его племени. Он в себе разочарован.
Я немного опешил. Конечно, мне было далеко до того же Белиара, или мастера Хейдена, но я был далеко не слаб. Деотор же был как минимум равный мне по силе и мастерству. Тогда как сильны были его предки? Где они черпали свою силу?
– В нашей крови, – словно прочитав мои мысли, сказал Эфраир. – Если вам удастся убить Галамонда, то Деотор станет сильнее. Намного. Мы не будем помогать вам в этом бою. Алфария разочарована тем, что вы так слабы. Она считает, что ни вы, ни ваши союзники, вы не сможете вместе одолеть древнего дракона.
– А ты, стало быть, веришь? – поинтересовался я.
– Нет. Поэтому мы и не станем вам помогать. Ты сам к нам пришёл, благодари за то, что мы не сожрали вас. Вы восстановили свои силы, мы хотели бы, чтобы вы покинули нашу обитель, – неожиданно сказал зеленый дракон.
– Если я правильно понимаю, наш договор заключается в том, что вы поможете восстановить северные земли, и не будете нападать на его обитателей? В том случае, если мы сами избавим их от Галамонда и теми, кем он управляет? – опустив голову, спросил я.
– Именно так, – спокойно ответил Эфраир.
– А если мы уговорим эльфов предоставить вам их кровь для ритуала, что тогда? – посмотрев на дракона, снова задал я вопрос.
– Тогда мы будем ждать потомство, и уж точно никуда не уйдём из нашей пещеры. И никому, слышишь, никому я не позволю и близко приблизиться к нашей обители! – из ноздрей дракона повалил лёгкий дымок.
– Тогда зачем нам уговаривать эльфов, если от этого не будет толку? – очень некстати вступил в разговор варвар.
– Део, ты что такое говоришь? – ужаснулся я. – Они же нам жизнь спасли!
– Прости, брат, но обратной дороги даже мы не выдержим, – отчаянно сказал мой друг.
– Да что с тобой такое? – не мог узнать я своего товарища. –Эфраир, что такого произошло, пока я восстанавливался?
– Мы показали ему Галамонда, – посмотрев мне прямо в глаза, ответил дракон.
Его зрачки неожиданно запылали зелёным огнём. Я почувствовал сильную головную боль, зрение затуманилось, от боли я закричал. Скорее всего, защита наставника не давала дракону залезть в мою голову, но когда я открыл глаза, я увидел совсем не то, что ожидал.
Перед моим взором предстал огромный вулкан, который я уже видел на карте северных земель. Прямо в центре него было огромное озеро лавы, а за ним… За ним, на огромной куче самых разных доспехов и оружия лежал здоровенный красный дракон. Одно из его крыльев было разрублено, рана давным-давно зажила, но летать он явно не мог. Из его ноздрей при каждом выдохе валил чёрный дым. Он не спал, в его взгляде читалась ненависть ко всему живому, желание уничтожить всё, что его окружало. Даже сквозь видение я ощущал его могущество, слепая, безудержная мощь. Нечто подобное я чувствовал, находясь рядом с Гуннаром, и хоть он и был ослаблен после заключения, даже он не был столь силён, как этот дракон. Как же нам победить такое чудовище?
– Никак, – услышал я голос своего друга.
Видение резко пропало, а свой вопрос, похоже, я сказал вслух. Несколько мгновений я оценивал то, что видел. Возможно, мне стоило подумать несколько подольше, но… Я просто встал, и со всего размаху втащил по челюсти своего друга. Он кубарем пролетел несколько метров по земле, после чего широко раскрытыми глазами смотрел на меня. Драконы тоже были весьма удивлены и переглянулись.
– Как ты там говорил, Деотор? – вытирая кровь с руки, гневно спросил я его. – Ты не для того сюда пёрся через настоящий ад на земле, чтобы я раскис в конце пути? Так вот, мы дошли, мой брат. Не для того я шёл, чтобы ты испугался какого-то, пусть и древнего, дракона. Ты пойдёшь со мной до самого конца, и мы убьём эту тварь. Чего бы это нам не стоило.
Не знаю, какое действие возымели мои слова на варвара и что бы он мне ответил, но я развернулся к драконам и заговорил уже с ними:
– Я прошу прощения, Эфраир и Алфария, что мы так слабы по вашим меркам и не оправдали ваших надежд. Но и вы, древние великие драконы, не оправдали моих! – громко и не так уж почтительно бросил им я. – Мало вы отсиживались в своей пещере? Хотите ещё столько же просидеть? Вас двое, а Галамонд один! Боитесь за будущее своего рода? Так, простите меня, за него вам придётся постараться! Хотите детей? Пожалуйста! Полетели к эльфам! Угрозами, обещаниями, торговлей, чем угодно, но они согласятся провести ритуал! Однако, пока жив Галамонд, ни вам, ни нам спокойствия не будет! Нам нужна ваша помощь, как и вам наша! Или хотите прозябать здесь ещё семь или восемь, сколько там веков до вашего следующего потомства?
Пока я говорил, с каждым словом я чувствовал, что вот-вот в меня полетит зелёное пламя. Но отступать уже было некуда. Во что бы то ни стало, но мне нужно было уговорить их нам помочь.
– От вас многого и не требуется, – уже более спокойно продолжил я. – Отнесите нас ко двору эльфов. С вами они примут нас, выслушают нас. Деотор прав, обратного пути мы не преодолеем. Зима скоро вступит в свои права. Если нас не сожрут, то мы попросту помрём от холода. У вас есть шанс на светлое будущее, так зачем же переваливать всё на нас? Сражайтесь за него, боритесь за него. Помогите не столько нам, сколько себе самим. После того, как Галамонд будет сражён, а ритуал будет проведён – у вас будет такая охрана ваших детей, что вам и не снилась! Предложим эльфам часть северных земель, пусть их леса будут первыми, кто защитит от вторжения. Огры, циклопы и великаны поселятся поближе к вам, через них никто не сможет добраться до вашей пещеры. Будьте благоразумны, Эфраир, Алфария, я прошу вас!
Драконы смотрели на меня молча. Я не знал, чего ожидать. То ли они сейчас спалят меня, то ли сожрут. Оружия при мне не было, а щит из крови вряд ли выдержит огонь сразу двух древних драконов. Я даже понять не мог, драконы вошли в ступор от моей наглости или же обдумывали мои слова. Всё стало ясно, и я уже начал мысленно прощаться с жизнью, когда Алфария начала делать глубокий вздох.
– Нет, супруга, не надо, – неожиданно выставил перед ней крыло Эфраир. – Он наглый, непочтительный хам, в этом я с тобой согласен. Но, к сожалению, в чём-то он прав. Я устал, дорогая. Мы едва с тобой не обезумели после потери наших детей. Но мы совладали с собой. Мы смирились с тем, что ещё тысячу лет нам ждать. Ещё тысячу лет отбиваться от прихвостней Галамонда. Или же склониться перед ним. Сейчас появилось то, что люди называют надеждой. И ведь посмотри на них. Именно люди сейчас правят миром. Самая противоречивая раса из всех мне известных. Возможно, поэтому они не могут объединиться и поработить остальных. Одно я знаю точно – я устал, любовь моя. Если нам суждено будет умереть в этой битве – пусть так. Но если мы победим – мы наконец-то сможем отдохнуть.