Чтение онлайн

Такой путь был действительно короче, и до самых ворот мне идти не требовалось, так что я с уверенность зашагал вперёд. По дороге охотники между собой переговаривались, обсуждали здешние земли, по очереди задавали мне разного рода вопросы. По большей части они спрашивали о местности, но и про вкус местного пива не забыли спросить.

Я поймал себя на мысли, что мне было намного приятнее с ними общаться. И это несмотря на то, что их работа – убивать других людей, что делает, их, по сути, убийцами. Может быть, это потому, что убивали-то они плохих людей, как раз таких, как… как я. Я же теперь никто иной, как разбойник, убивший отца, убивший другого человека ради куска мяса. Неужели не было другого выбора? Да был он, конечно, я только недавно об этом думал. Прочь, прочь эти мысли, что сделано, то сделано, и пути назад нет.

Мы вышли из леса и перед нами раскинулись зелёные луга, на которых Марфа пасла своё стадо. Виднелась уже и дорога, ведущая от свинофермы к Лесной. Было страшновато, ничего не скажешь. Но я успокаивал себя тем, что меня никто не видел, погони за мной не было, а ферма хоть и недалеко от деревни, но они туда не каждый день ходят и вряд ли знают, что папанька мой уже не первый день на том свете. И да, про “тот” свет мне неоднократно рассказывал наш святой батюшка Рональд. Так что я не подавал вида о своих внутренних страхах и спокойно шагал впереди остальных.

Вдоль свинофермы мы прошли без происшествий, мои спутники поинтересовались, кто хозяин этих земель, а я уж Марфу разрекламировал, как мог. Дойдя до дороги, я распрощался со своими спасителями, пожелал всевозможных благ и удачи в поисках разбойников, хотя последнего мне никак не хотелось. Я неспеша пошёл чуть сторону, как раз в ту, в которой находился лес.

Как только охотники скрылись из виду за ближайшим поворотом, я что есть мочи ринулся в лес. Кто знает, быть может, меня уже ищет вся деревня, и когда охотники опишут паренька, которого спасли, жители деревни ринуться во все стороны меня искать. А там самосуд и привет вилы. Или повесят. Или батюшка Рональд выдаст какую-нибудь изощрённую версию казни, у него там в священном писании столько всего написано по этому поводу, что не каждый палач такое знает.

Вскоре я оказался у нужной мне щели в заборе, просунул голову, осмотрелся – никого. Ну и прекрасно, я пролез и быстренько побежал в сторону своего бывшего жилища. По дороге никого не встретил, и вот стоя на пороге своего дома, где только пару дней назад я убил своего отца, на меня нахлынул прям первобытный ужас. Такое ощущение, что я сейчас призрака увижу. Я приоткрыл дверь, но вместо призрака на меня набросился тошнотворный запах разлагающегося трупа. Я с трудом сдержал порыв рвоты. Господи, вот это вонь! “Вот что значит жаркая погода” – подумал я.

Пройдя по дому, я обнаружил тело отца там же, где и оставил его. Сначала у меня были мысли спрятать его где-нибудь, закапать во дворе или типа того, но теперь даже сама мысль о прикосновении к… этому… фу, нет, пусть крысы его сожрут. Кстати, а вот и они. Да много-то как. Что ж, приятного аппетита, подумал я, и поспешил покинуть дом. Чего-то ценного, что пригодилось бы мне в моей новой разбойничьей жизни, я припомнить не мог, так что ничего меня здесь не держало.

Первая задача была выполнена – никто не знает о моем преступлении. Теперь к Бороде! Его дом был не так уж и близко – на другой стороне деревни. Но и там я знаю все ходы, так что я вернулся к частоколу и пошёл вдоль него по внешней стороне. Пройдя шагов триста, обнаружил с удивлением для себя, что некоторые дыры и щели были залатаны с помощью подручных средств. Хотя, чего удивительного, тут у многих своё хозяйство, а через такие вот дыры не только я лазить могу, но и лиса или там белки какие. Медведь, конечно, не пролезет, но и ходить сюда они тоже не любят.

А вот и нужная мне щель. Её как раз заделывать никто не стал. Наверное, Борода слишком ленив, щель-то как раз у его дома. Только я наполовину залез в просвет, как тут меня по лбу как шарахнет!

– Ага, попался, мелкий воришка! – узнал я полный радости голос Бороды. – А ну, сейчас я тебя! О, Ази, ты что ли? Это ты, гад такой, кур моих воруешь?

– Все люди – как люди, заделал дырку в заборе – и нет проблем! А ты, старый козел, на лису ловушку ставишь такую, что человека убить может! – поругал я его, боль была ужасная, и кажется, у меня сломан нос.

– Поделом тебе, будешь знать, как старика обкрадывать! – пнул меня старикан.

– Да на черта мне нужны твои куры!? Я по делу к тебе, от братвы, – тут Бороду аж перекосило всего.

– Давай встать помогу, – он протянул мне свою руку, не смотря на его возраст, рука у него была крепкая. – Таки встретился ты с ними, молодца. Пошли в дом, а то мало ли чё. Да и умыться тебе надо.

Он помог мне встать, голова немного кружилась, но передвигаться я мог. Мы вошли в его хижину, уютной её, конечно, не назовёшь, но тут довольно-таки чистенько и ничем не воняет. На входе стояла бочка с водой. Борода дал мне миску, чтобы я мог умыться нормально. Всё-таки с переломом носа я переборщил, просто кровь пошла, кости были целые. Я умылся и сел на табуретку напротив хозяина дома.

– Ну, чё там. Приняли тебя? – Борода разговаривал негромко, вероятно, боялся, что могут подслушать.

– Да приняли, приняли. Дело к тебе есть. Слыхал, тётку Марфу позавчера грабанули, амбар сожгли и мясо вынесли?

– Слыхал, конечно, слыхал. Вся деревня только об этом и говорит. Ещё собак двоих прирезали, да охранника одного. А ты откуда знаешь? – удивился старик.

– Так а кто, по-твоему, обнёс-то её, а? – ехидно спросил я. – Я это был, я.

Тут у Бороды глаза на лоб полезли, чуть со стула не упал от удивления.

– Ты? Батюшки, это ж как тебя угораздило-то? Ты же тихий-мирный был всю жизнь – не мог поверить старик. – Вот это да! Ты и вправду ещё тот чертёнок!

– Думать надо было, когда имя мне такое давали, – парировал я. – Там, в лесу, среди твоих друзей, я просто божий одуванчик. Ты мне совсем другое рассказывал, старик! Знал бы я, кто эти люди и как они живут, ни в жисть бы не согласился к ним идти!

– Чаво это я тебе другое рассказывал. Всё, как есть, я тебе говорил, просто время у них теперь иное, трудно им приходится. Таких, как ты, им побольше надо, чтобы свежая кровь была, да светлая голова, – тыкая в меня пальцем, проговорил он.

– Да нет, таких, как Бранн им побольше надо, чтобы пожирней, да по вкусней был. Жрать им нечего, старик, жрать! – я даже прикрикнул на него. – Если б я Марфу не обчистил, да мяса им мешок не отдал, пустили бы они меня на колбасу. Там у них четверо таких лежит, подкармливают их объедками, чтоб не подохли, да слопают потом.

– Господи помилуй, говорили они мне, что дела у них плохи, что перебои с едой, но не думал я, что настолько всё плохо, – вздыхал старик, видать, небезразличны ему были разбойники эти.

– Ничего, план у нас есть, как и дружинников перетерпеть, и как пропитанием обеспечить себя, – обнадёжил я его. – Только вот понять я не могу, ты-то здесь сидишь, в тепле, еды у тебя вдоволь, вечером пивко пьёшь каждый день, чем тебе братва-то дорога так?

– А ты и не знаешь, да? Никто не знает, и тебе не надо бы, – грустно сказал. – Ты лучше скажи, чего за план там у вас?

– Да нет уж, старик, давай рассказывай, чего там у тебя с ними. Я из-за тебя преступником стал, а ещё не поздно было в хорошие люди податься! – пожаловался я ему.