Чтение онлайн

Неужели полицейские не видят этого? Где второй участник акции? Или это был перформанс? Только девушка умерла, а тот, кто с ней был, вместо того, чтоб оказать помощь, просто смылся? Испугался и убежал? Помощи девушка не дождалась. Время ночное. Лес. Ясно, что ночной лес не кишит гуляющими и отдыхающими. Помочь несчастной девушке было просто некому. Я решила поделиться своими соображениями с Никитой.

— Никита, мне нужен твой совет.

— Что случилось? Говори.

Никита лежал на диване сытый и довольный. А стало быть, можно все сказать на чистоту. Он сейчас добрейшей души человек. Все снесет и все стерпит. Даже то, что я опять решила рисковать и сунуть нос в эту темную историю. Прилегла к нему рядом, обняла и завела свою пластинку тихим таким голоском.

— Я смотрела записи. Знаешь, мне кажется, что ее убили.

— Ты про ту девушку с цветами?

— Про нее. Про кого же еще. У нас не так часто трупы обнаруживают.

— С чего такие выводы сделала?

— Вот, смотри. Она с пустыми руками в маршрутке сюда приехала. Ни сумки, ни пакета, ни цветов при ней не было.

— Откуда знаешь?

— Записи с камер просмотрела. Да и водителя маршрутки поспрашивала. Он ее запомнил. Она красивая и грустная была.

— Иришка, ты решила заняться расследованием? Оно тебе надо?

— Мне просто любопытно. Да и убийцу поймать и наказать хочется.

— Допустим. Дальше что?

— Я сделала вывод, что ее либо убили. Либо, когда ей стало плохо, ей не оказали помощь. А это тоже преступление.

— С чего ты решила, что она не одна была?

— А кто в лес цветы притащил и ленты? Потом водитель маршрутки рассказал, что она была в босоножках без каблуков. И на видео она в босоножках. А в кресле у нее на ногах были туфли новые и каблуки там пятнадцать сантиметров. В таких туфлях она наследила бы, а дырок от каблуков в дерне нет. Да и сами туфли чистые.

— Сняла босоножки и одела туфли. Уже сидя в кресле.

— А в чем она эти туфли привезла? Они по воздуху телепортировались? Значит, кто-то принес ей весь реквизит. Все равно второй должен быть. Это же логично?

— Логично.

— Куда она эту снятую обувь дела? Там полиция в радиусе пятьсот метров все обыскала с собакой. Никаких босоножек не нашли. Значит, этот неизвестный унес лишние босоножки или утопил в озере.

— Возможно…

— Есть еще версия. Ее на руках кто-то на кресло принес. Может, она была без сознания. Ее убили. Показательно. На публику. Он же мог труп просто в озере утопить — и концы в воду.

— Ириша, полиция дело расследует. Они за это деньги получают. Ты-то куда поперек батьки в пекло лезешь?

— Здесь же совершено преступление. По меньшей мере, неоказание помощи нуждающемуся. Это уголовная статья. Ее спасти можно было. Да и девушку жалко. Молодая и красивая.

— Она глупая. Зачем в лес на ночь глядя поперлась? Каких приключений на свою худосочную филейную часть тела искала? Это закономерный итог ее авантюризма.

— Ну и что, что она глупая? Если глупая, то пусть умрет? Ты сам же понимаешь, что ее убили? А полиции это расследовать на фиг не надо. По-тихому дело сначала приостановят за неизвестными лицами, а потом будут сроки выжидать, чтобы по истечению сроков давности вообще закрыть. Хорошо, если вообще установят, кто она. А то могут безымянной похоронить. И родня не будет знать о ней ничего. А убийца войдет во вкус и станет дальше убивать.

— С чего ты это взяла?

— Убивший однажды либо всю жизнь каяться станет и замаливать грехи, либо опять будет убивать. Это закономерно.

— Давай договоримся. Я пожалею, что пошел у тебя на поводу, но мы завтра с тобой в полицию съездим и там все выясним. Как дело продвигается узнаем. И чек предоставим, и про показания водителя маршрутки расскажешь. В общем, просто с ними поделись всем, что знаешь и думаешь. А потом пусть полиция делом занимается. Ты в это дело больше не полезешь. Договорились?

— Хорошо.

— Слово даешь?

— Угу.

Ночью я не спала. Все ворочалась и думала. До самого утра мозгами скрипела. У меня выстроилось несколько версий произошедшего. Только вот надежды на то, что меня без иронии и насмешек выслушают в полиции, было мало. А вероятность, что примут мои выводы к сведению — почти ноль процентов. Хорошо будет, если вообще снизойдут и просто дадут мне высказаться. А то просто завернут с моими идеями…

Мы с Никитой утром узнали, кто ведет это дело. Созвонились со следователем. Приехали. Привезли записи, чек за воду, которую купила девушка. Он вообще чудом сохранился. Хорошо, что девушка выбитый чек с собой не взяла. Кассир скинула его в коробку для неистребованных чеков. Как только узнали про убийство, я метнулась в магазин. Чтобы угодить жене начальника, продавец разыскала чек. Благо он в коробке сохранился. Мусор у нас ленивая кассирша редко выкидывает. Дай ей бог здоровья. Время и покупка в чеке совпадали с записями с камер. Следователь меня спокойно выслушал. На все мои выводы покивал головой. Пора уходить. Но я не могла уйти просто так. Могу же я полюбопытствовать? И следователь вроде адекватный попался. Вдруг да ответит…

— А можно вопрос задать? Уточнить. Вы банковскую карту при девушке обнаружили? Она же картой рассчиталась за воду.

— Нет, при ней не было карты.

— А бутылку воды тоже не нашли?

— Нет. Не нашли. Может, по дороге выкинула.

— А на месте происшествия вы босоножки ее не находили?

— Какие?

— В которых она приехала.

— Не находили.

— А личность погибшей установили?

— Нет.

— Смерть естественная или насильственная? — я уже наглеть начала.

— Экспертное заключение пока не готово. Предположительно, причина смерти — отравление.

— Значит, убили?

— Или сама отравилась. Хотела умереть, — следователь выдвинул свою версию. Такая версия для него очень удобна…

— Если сама отравилась, то где тогда ее босоножки? Кто принес цветы и ленты? Ее отравили, — высказала я свое мнение.

Следователь хмыкнул. Поглядел на меня, как на убогую. Но остался при своем мнении. Ему это дело спихнули. А у него и так работы невпроворот. Своих дел много. Еще и это прилетело. Жена его пилит, что дома не бывает. А тут вообще загрузили. Разведется с ним скоро жена.

Мы попрощались со следователем. Он дал нам свой телефон. Вдруг я еще что-то обнаружу, или кто-нибудь из жителей поселка что-то интересное вспомнит. И мы вышли из кабинета.

— Что ты думаешь? — спросил меня Никита.

— Что тут думать? Наверняка глухарь им с креслом из леса прилетел. Следователь делами перегружен. Навряд ли сильно копать станет.

— Это с чего такие выводы?

— У него на столе много дел лежит. И соседний стол завален папками.

— Это стол второго следака.

— Стол второго. Но нам дежурный проговорился, что наш следователь будет в кабинете один. И мы не ошибемся. Значит, второй либо в отпуске, либо болеет.

— И что с того?

— А то, что на время своего отсутствия у ментов принято дела в сейф убирать. От любопытных глаз подальше. Вспомни Глеба Жеглова… Так что на столе дела нашего следака. И работать ему по этому убийству будет некогда. Он, чтобы сроки не пропустить, сейчас под любым предлогом дело приостановит, чтобы по шапке не получить от строгого начальства.