Чтение онлайн

Но еще интересней стало то, что вечером к нам пришел с понурой головой сын Натана Львовича собственной персоной. И стал упрашивать меня взяться за расследование дела о смерти его жены.

— Ирина, я хочу вас нанять для того, чтобы вы нашли убийцу моей жены, — заявил он прямо с порога.

— Этим полиция занимается, — сразу стала отбрыкиваться я.

— Они никого не найдут. Умеют только протоколы составлять.

— Это тоже надо кому-то уметь.

— А мне нужен убийца.

— С этим поручением обратитесь в детективное агентство, если вы не доверяете полиции. Там вам помогут.

— Отец доверял вам. А он знает, что делает.

— Как ваш отец? Как его состояние? — попыталась я перевести разговор на другую тему.

— Без изменений. Так вы поможете?

— Нет. Я вам в прошлый раз все объяснила. Мне некогда. И я не собираюсь с вами подписывать никакие договора.

— Плачу наличными, — сказал он и вытащил пачку денег. Наверное, думал, что от таких денег у меня в голове переклинит. И я сразу же соглашусь на эту авантюру. Тоже мне, Карабас Барабас…

— Деньги не играют роли. Мне некогда заниматься вашими делами. Найдите кого-то другого.

— Никому ее смерть не интересна. Был человек и нет. И никому нет до этого дела. Вы не понимаете! Она погибла из-за меня…

— С чего вы так решили?

— Я знаю, что виноват в ее смерти.

— Вы свои версии расскажите полиции. Их они заинтересуют.

— Не станут они меня слушать.

— Так вы решили, что нашли благодарного слушателя? Я-то тут при чем? Чем заслужила столь высокое доверие?

— Отец сказал, что вы невероятной везучести девушка. Я решил обратиться к вам за помощью.

— Позвольте уточнить. Он вам сказал это до того, как его по голове в лесу приложили, и он впал в кому?

— Конечно.

— Тогда у меня второй вопрос. Почему вы знали, что я такая везучая, но попытались меня обмануть? Или обмануть лоха — ваша обычная практика?

— Зачем вы так? Просто я юрист и попытался экономить деньги отца.

— Вернее сказать, деньги отца пропавшей девушки. Себе на карман копейки выкраивали? Решили, что я контракт подпишу, не прочитав?

— Мне так Софья подсказала сделать.

— Вот она свою долю и заработала. Наверное, поплатилась за свое коварство и подлость.

— За подлость? Это не подлость, а всего лишь попытка заработать.

— Понимаете, я не занимаюсь такими делами. Вы пришли не по адресу. Мне повезло обнаружить кое-какие предметы. Я их сдала полиции. И на этом все. Мое участие в этом деле закончилось. Всего хорошего.

— Вы меня не слышите? Это я виноват в ее смерти.

— Идите и расскажите это полиции. Зачем вы меня этим грузите?

Не знаю, в чем дело, но мне был настолько неприятен этот человек, что прямо передергивало от омерзения. Он вроде внешне симпатичен. Ничего уродливого в нем нет. Но что-то останавливало меня от того, чтобы даже просто выслушать «несчастного вдовца». Может, интуиция в действии? Мне хотелось, чтобы он немедленно ушел. Не хотелось его ни слышать, ни видеть. Чтобы прекратить его стенания, я взяла и ушла к себе в комнату, сказав напоследок, что разговор окончен. Проще говоря, я трусливо смылась в свою комнату. И вышла оттуда только тогда, когда громко хлопнула входная дверь. Вы поглядите на этого нахала! Он еще напоследок и дверями хлопает…

— Иришка, ты зря его не выслушала.

— Он все равно правду бы мне не сказал. Он врал тогда и собирался врать впредь. Понять бы, зачем он сюда прискакал…

— Думаешь, у него план нас использовать втемную?

— Скорее, мы ему нужны для показухи. Хочет устроить шоу. Мол, он так свою жену любил, что готов платить бешеные деньги наличными. А вы убийцу моей ненаглядной, горячо любимой Софьи найдите. Только не любил он жену. Совсем не любил.

— Почему так думаешь? — спросил мой муж.

— Интересные вопросы задаешь. Когда люди любят, это сразу видно.

— Они давно женаты, чувства угасли, — выдвинул он неплохую версию.

— Когда люди вместе давно живут, они все равно друг друга зеркалят. Перенимают от своего супруга жесты, повадки, смотрят и говорят одинаково. Они интересны друг другу. Да, много таких мелочей, чтобы понять, что он любит ее. Поэтому и говорят, что муж и жена — одна сатана.

— Иришка права. Они как чужие. Абсолютно чужие люди. Я за ними тогда наблюдала, — мама высказала свое мнение.

— Вот и мне интересно. Как так? Он ее сильно любил, но ни одну привычку от нее не перенял. Меня вообще интересует, почему они такие разные и вместе жили? Может, вынужденный брак? — выдвинула я версию.

— Это как? По залету поженились? — переспросил Никита.

— У них вроде бы нет детей. Скорее капиталы семей своих объединяли. Или долги жениться заставили. Нет тут никакой любви.

— Или шантаж! — Петька выкрикнул свою версию.

— Мне эта версия нравится больше всех. Вот на шантаж похоже. А чем она его могла шантажировать? Или не она? Тогда кто? И на кой черт такой брак самой Софье сдался? Неужто о любви не мечтала никогда? Или она его любила и вынудила жениться одним из перечисленных нами способов? — стала развивать я версию.

— А потом поняла, что принц ее никогда не полюбит. И высохла от горя? — высказался мой муж. А он, оказывается, у меня большой романтик.

— Согласна, эта версия тоже рабочая…

— Иришка, хочешь совет? — продолжил он.

— Говори.

— Тебе надо его хотя бы выслушать. Пусть не сейчас, а когда он будет готов говорить всю правду.

— Когда придет в следующий раз, тогда выслушаю. Согласна. Софья как-то должна быть связана с остальными убийствами. Но как? Не вижу связи. Хоть бы ниточку нащупать.

— Вот он придет и сам тебе ниточку принесет, — Никита думает, что все так просто.

— Он, скорее всего, будет опять юлить. Но я попытаюсь найти связь. Между этими тремя связь явная, и знают они друг друга с детства. Опять же вместе танцами занимались. И трагедия их объединяла. Мама, а помнишь, ты сказала, что эта Софья тебе встретилась, напомнила я.

— Когда она со мной поздоровалась? — уточнила мама.

— Ага. Ты говорила, что она похорошела, приоделась. А когда у нас женщины хорошеют? Когда на их горизонте возникает мужчина новый. Любовник у нее появился. Точно, — озвучила я свою догадку.

— Или была перспектива завести любовника. Намечался роман с другим мужчиной, и к камню она шла на свиданье. Поэтому и прихорашивалась, и платье новое надела, и серьги дорогие нацепила, — предположила мама.

— Может, просто этот мужик ее обокрал и все, — выдвинул версию Петя.

— А на кой черт время терять и ее переодевать? — спросила я.

— Шмотки дорогие. Он их продать решил, — настаивает Петька на своей версии.

— Если шмотки дорогие, то по ним поймать могут. Зачем рисковать? Серьги уже большой куш. С платьем мараться вор не стал бы. А если стал, то на кой черт время терять, чтоб ее в лохмотья одеть? Снял одежду и бежать быстрей с места преступления надо, а он ее в тряпки одевать кинулся. Вдруг кто его увидит? Гуляющие в лесу к озеру могут выйти. Нет. Тут что-то не то. Не срастается. Похоже на то, что он с полицией играется, — сказала я.