Чтение онлайн

– И кто это сможет сделать? – спросила Ариадна.

– Это смогу сделать только я. Необходимо пожертвовать мною.

В аудитории повисла гробовая тишина.

– Но ты же знаешь, что я никак не могу послать туда именно тебя! – в сильном волнении воскликнула Ариадна.

– Можешь, - жёстко ответила Лайя, посмотрела в глаза Ариадне и та под её взглядом низко опустила голову, - ради общей победы – можешь. Ари, ты же знаешь – я лучший пилот Галактики, - уже чисто по-дружески, неофициально продолжила Лайя, - я всё сделаю и вернусь! Сегодня вечером мы отработаем, сколько сможем, мой полет на тренажерах – компьютеры на этот раз будут мыслить за противника, а я буду создавать противнику хаос. И потом, я ещё парня у тебя не отбила – так что мне обязательно надо вернуться; любовь с мужчиной после боя – это здорово!

– Хорошо, я буду надеяться, что ты права, - после долгих колебаний, согласилась, наконец, Ариадна, - ты летаешь, ты знаешь, о чем говоришь. Но вечером – будем тренироваться на тренажерах до полного изнеможения. А сейчас объясните нам, какое техническое обеспечение вам по вашему плану необходимо и чем вы уже успели загрузить несчастных исполнителей?

ГЛАВА 23. ПОДГОТОВКА.

Если бы я писал детективную повесть, то я бы должен был тщательно скрывать тот план, который мы с Лайей придумали. Но тогда пришлось бы сначала описывать бой, полный неожиданностей, а потом объяснять его, возвращая повествование назад. Мне кажется, что читать такую рефлексивную вещь было бы неудобно. Поэтому я стараюсь описывать всё по порядку. Я вспоминаю эмоции, которые я переживал и мысли, которые приходили мне в голову. Я стараюсь описывать детали произошедших событий, и надеюсь, что и личные переживания молодого человека, внезапно попавшего на войну, будут хоть немного читателю понятны.

Конечно, описывать внешние события легче, чем свои переживания. Если что с описанием переживаний не так – прошу читателя извинить меня; я – не Лев Толстой…

Но давайте вернемся к повествованию.

…А в тот день потребовалось решить еще множество организационных вопросов. Проведение фронтовой операции – это всегда сложное дело. Конечно, я не запомнил всех мелочей; я и не пытался их запоминать. Я смотрел на Ариадну, и наблюдал, как здорово она всё решает. Может быть, я был излишне пристрастен и восхищался тем, что для Генштаба было обычной рутиной. Но мы, люди – существа эмоциональные и увлекающиеся; мы – не роботы.

Впрочем, довольно лирики.

Одним из необходимых моментов была транспортировка астероида. Надо честно признать – даже для этой высокоразвитой цивилизации это было выдающимся техническим решением. Необходимо было не просто передвинуть астероид с места на место в обычном пространстве, необходимо было очень быстро протащить его под самым носом у противника через гиперпространство.

Короче говоря, когда Генеральный штаб приказал перебазировать полый, выработанный астероид через гиперпространство чёрт знает куда, министр транспортных сообщений поняла: конец её карьеры наступил. Конечно, теоретически такое движение было возможно. Звездолеты легко проходили через гиперпространство. Но астероид – не был звездолетом! У него не было двигателя, его надо было тащить при помощи внешних силовых линий. Малейшая дисгармония тянущих астероид кораблей – и прощай всё: и тянущие его корабли, и сам астероид. Когда же Ариадна уточнила, что сделать это необходимо за одни сутки, у министра чуть не начался сердечный приступ. «Не выполнишь – сниму с поста, - ласково объяснила Ариадна, - и после этого и ты, и твои дети в лучшем случае до самой смерти будете работать простыми землекопами…»

После таких слов Ариадны министру транспорта пришлось совершить невозможное. Астероид в назначенный срок был доставлен на место.

– Конечно, это было жестоко, - объяснила ситуацию мне потом Ариадна, - но министр транспорта у нас флегматик. Если бы я не напугала её, то она не начала бы по настоящему шевелиться и работать.

– А если бы она не справилась с заданием? – спросил я, - ты бы отправила её копать траншеи?

– Конечно, нет! – ответила Ариадна, - Она – наш лучший министр транспорта! Я бы отругала бы её самыми нехорошими словами, а потом мой гнев остыл бы, и я оставила бы её на своем рабочем месте. Там, где не требуется молниеносных экстремальных решений, она отлично выполняет свои обязанности…

После организации передвижения астероида Ариадна вызвала в штаб одну из офицеров космического флота.

– Хлоя, - приказала она, - ты отправишься на Гольбертскую верфь и примешь командование над десятью недостроенными звездолетами. После этого ты выведешь эскадру в этот район (район был показан на объемной карте). В указанном районе будешь замаскирована, и будешь ждать противника. Твоя задача – нанести по противнику внезапный удар, используя всю свою энергию. Подчеркиваю: в удар вложишь всю энергию, которая у тебя в наличии будет.

А надо сказать, что космический бой – штука довольно сложная. Звездолеты не выстраиваются друг против друга в линию, как древние морские суда. Нанеся удар по противнику, звездолет немедленно прикрывается силовыми полями. Потом на мгновенье приоткрывается, наносит еще один удар – и снова уходит в глухую защиту. А чтобы противник не вычислил ритм его работы, ритм постоянно меняется. Бортовые компьютеры трудятся вовсю, чтобы угадать время следующего удара противника, чтобы на секунду опередить его и ударить тогда, когда противник уберет свои силовые поля, а также компьютеры варьируют свои боевые ритмы, стараясь, чтобы противник, в свою очередь, не вычислил их. И при этом звездолеты совершают сложный танец в пространстве, то уходя из-под ударов противника, то на мгновения концентрируясь в одном месте, чтобы соединенными усилиями проломить оборону одного из вражеских звездолетов.

Очевидно, что Хлоя прекрасно разбиралась в тактике космического боя. Я знал, в чем здесь дело. Но вы поставьте себя на место девушки: её вместе с недостроенной эскадрой бросали в бой, не давая возможности хоть как-то защититься. Это было похоже не просто на смертный приговор – это было похоже на бессмысленный убой почти достроенной эскадры.

– Есть принять эскадру и нанести в указанном районе единственный удар по противнику! – хладнокровно ответила по уставу Хлоя и добавила, - и что это за долбанную хрень вы здесь в теплых кабинетах напридумывали?!

Мне сразу же вспомнился Иосиф Виссарионович.

– У нас пятьдесят лет назад за такие слова её немедленно расстреляли бы, - тихо сказал я Лайе, которая сидела рядом со мной.

– Это одна из наших лучших офицеров флота, - также тихо ответила Лайя, - и она уже несколько раз успешно выполняла задания, которые считались в принципе невыполнимыми…

Тем временем Ариадна продолжала разговор со своей подчиненной.

– Когда вернёшься, получишь еще один выговор за оскорбление штаба, - сказала Ариадна, - а сейчас слушай внимательно смысл задания…

– Разрешите сначала самой немного подумать? – нагло перебила её Хлоя. Ариадна обреченно вздохнула и промолчала.

– Раньше, - продолжила Хлоя, - Вы говорили так: «если вернешься – получишь выговор…». Сейчас Вы сказали, «Когда вернешься…». Следовательно, я на этот раз имею неплохие шансы вернуться. Но оттого, что лично я вернусь, звездолетов на фронте у нас не прибавится. Да и не во мне дело! Если я вернусь, то это будет означать, что мое задание выполнено, а мои звездолеты - уцелели! Следовательно, враг будет уничтожен на месте и на этот раз не сможет нас преследовать. Именно потому, что враг не сможет нас преследовать, Вы уверенно говорите о моем возвращении. Следовательно, враг будет не просто задержан – враг будет остановлен и уничтожен! Речь идет не просто о жёсткой обороне – речь идет о возможной победе! Впервые на протяжении этой проклятой войны враг будет остановлен по нашей воле и решению, а не вследствие истощения у врага ресурсов для активного наступления! И такое изменение я могу логически связать только с изменением состава штаба…

И не успел я ничего сообразить, как она повернулась ко мне, встала на одно колено передо мной и склонила на пару секунд голову.

– Спасибо от всего флота за спасенные экипажи, - просто сказала она, прямо посмотрев мне в глаза, но голос её предательски дрогнул, - если у нас всё получится, и я вернусь живая, то я буду всю оставшуюся жизнь молить Бога о Вашем здоровье!

Я не привык к почестям. Мне стало очень неудобно. Мне помогла Лайя.

– Ты знаешь, чего у нее в личном деле больше всего? – спросила она.