Чтение онлайн

Старательно пряча от неё взгляд, и упорно глядя в сторону, Кондрат, немного ещё помявшись, добавил:

— Мы тут подумали и решили, что нельзя их вот так просто отпускать. Ну, ты же понимаешь, что в городе дефицит рабочих рук, людей не хватает. А тут у вас чуть ли не семь сотен хороших работников, не лодырей, людей, не боящихся никакой работы. Ты думаешь, мы не знаем, как они вкалывали на этой вашей дороге, ведущей в никуда, — усмехнулся он. — Или на горельнике. А это уже говорит о том как они работают.

— С этого дня, это свободные люди, — угрюмо бросила Маша, перебив Кондрата. — И я не позволю никому, ни из каких побуждений держать их и дальше под стражей.

— Да ты чё, Мань, — даже отшатнулся от неё Кондрат. — Да как ты могла даже подумать о нас такое, — возмутился он. — И речи нет о том, чтобы их держать дальше в плену и заставлять работать. Нет! — возмущённо воскликнул он. — Просто мы решили им предложить поработать пока у нас. За деньги, конечно, — тут же поторопился уточнить он, под гневным взглядом Маши.

— Бесполезно, — хмуро бросила баронесса. — Мы им уже предлагали поработать на нас. Даже нашли им работёнку по их прошлой профессии вояк. Бесполезно, — повторила она недовольно. — Не соглашаются. Говорят, что их дома ждут.

— И всё-таки, мы попробуем, — мягко вмешался Голова в их разговор.

Маша удивлённо на него покосилась. Такого приторно ласкового Голову она никогда ещё не видела.

— Может быть, у нас что и получится, — буквально проворковал он. — Может, это они с вами не хотят работать, а с нами и согласятся. Всё-таки слава у вас, — поморщился Голова, — не самая лучшая.

— Это какая же у нас такая особая слава? — тихим, ледяным голосом спросила вмиг побледневшего Голову баронесса. — Может быть, ты нас просветишь, ещё пока Голова?

Изабелла, медленно повернулась в сторону Головы, и гневно подняв подбородок, в упор уставилась на бледного, как сама смерть Городского Голову.

— Вы, баронесса, не обижайтесь, — хмуро бросил ей Кондрат Стальнов, постаравшийся тут же перехватить инициативу в разговоре и отвлечь гнев баронессы, — но слава о вас идёт жуткая. Вы так лихо расправились с теми диверсантами, что вашим именем теперь даже детей в городе пугают. Не в обиду Вам будет сказано, но таких мастеров меча, как Вы, здесь нет. Поэтому Вас и боятся.

— Вы умеете польстить, господин Стальнов, — ледяным тоном отозвалась баронесса. — Поэтому можете обратиться к пленным с любыми вашими предложениями. Но учтите, что все последствия того, что они останутся в городе, ложатся уже на ваши плечи. Не думайте, что мы выявили всех, как вы их назвали, диверсантов. Это не так. Наверняка ещё много осталось, только сейчас они затаились. И я бы Вам, — ядовито подчеркнула она обращение, — не советовала бы их оставлять в городе.

— Точнее, — теперь уже Маша, посмотрев на бледного Голову, решила уточнить, — баронесса хочет сказать, чтоб в городе их и духу не было. Ни в каком качестве. И тем более чтоб они не имели ни малейшего доступа к городскому арсеналу. Если я увижу их в составе охраны арсенала, или вертящихся возле него, то ты, — она наклонилась из коляски и вперила ледяной взгляд в Начальника Городской Стражи Боровца, будешь висеть на городских воротах, пока тебя вороны не склюют. Я ясно выразила свою мысль? — обвела она своим чистым, ясным взглядом всю группу встречающих.

— Ясно, ясно, — Начальник Стражи вытер мокрым платком холодный пот, выступивший на лбу. — Только ты вообще уже нас за идиотов держишь. Хватит и одной ошибки. Такого больше не повторится, чтобы они имели туда свободный доступ.

— Тогда, будем считать, что договорились, — мрачно усмехнулась Маша, бросив на Кондрата многообещающий взгляд. — Идите уж, отцы города, — невесело усмехнулась она. — Может, у вас чего и получится, — добавила она устало.

Проводив взглядом поспешно вскочивших на своих лошадей членов Совета, бросившихся чуть ли не на перегонки к видневшейся вдалеке Медвежьей крепости, Маша грустно поинтересовалась, задумчиво глядя на нахлёстывающих лошадей всадников:

— Как думаешь, у них что-нибудь получится?

— Да, — коротко бросила баронесса, глядя куда-то в сторону тоскливым, остановившимся взглядом.

— Не кручинься, — тихо ободрила её Маша. — Время пройдёт и всё забудется. И нашим именем детей уже не будут пугать. Я тебе раньше не хотела этого говорить, но он прав, — кивнула она куда-то в сторону, имея в виду, видимо, Кондрата Стальнова, — нашим именем, действительно, уже детей пугают. Мол, не будешь слушаться, отдам баронессе де Вехтор на воспитание, узнаешь тогда, как мать не слушаться.

— Зато для тех, кто постарше, — весело улыбнулась она, — ты непререкаемый авторитет. Особенно для девочек. Как только скажешь, что ты будешь недовольна, так мигом шёлковыми становятся. Особенно Димкины жёны, — ухмыльнулась она. — Мне то, со стороны, виднее как они сразу бросаются выполнять всё, что ты только ни скажешь.

Ты для них абсолютный авторитет. Что ни делается, так только через призму того, как ты на это посмотришь. Так что не печалься подруга, — ткнула она локтем в бок загрустившую баронессу, — прорвёмся. Да и Сидору, твоему, такая твоя слава, точно понравится. Он любит неординарных баб, — усмехнулась она, глядя на немного повеселевшую Изабеллу. — Не даром же он на тебя с самого начала глаз положил. Как чувствовал, что ты у нас незаурядная личность.

— Да уж, — шмыгнула носом баронесса. — Только и умею, что саблей махать.

— Не только, — внимательно глядя на неё, уточнила Маша. — Если бы не ты, не твоё чутьё, и не твоё знание местных реалий, то неизвестно ещё, как бы дело обернулось с теми же амазонками.

Грустно улыбнувшись на эту её поддержку, Изабелла безнадёжно махнула рукой, и дальше по городу они ехали уже молча, ни о чём не разговаривая. Расстались они возле землянки баронессы, где рядом со входом нетерпеливо приплясывал баронский Советник, с нетерпением её оживавший.

Наверное, Изабелле можно было подрабатывать Кассандрой.

Как она сказала, так оно и вышло. Ни одна из бывших их пленных амазонок не отказалась от многочисленных предложений по подработке, поступивших к ним со стороны заинтересованных горожан. Ни одна из них не отправилась на берег Лонгары, ловить проходящее мимо санные обозы и поезда своих товарищей, спешащих обратно домой. Все, поголовно все нашли себе дело по интересу и в городе, и в прилегающих местностях. И запрет на нахождение в городе никого не остановил, что совершенно точно указывало на заинтересованность в том практически всех членов городского Совета.

На работе в компании остались лишь те что прижились на горельнике, около двух с половиной сотен девчонок, умудрившихся за прошедшее время повыскакивать замуж за местных парней, да ещё где-то около сотни, что остались с Лией и Лаей на сельхозработах в Райской Долине. Остальные четыре сотни рассосались по городу и окрестностям.

Об основной массе пленных амазонок, что ещё оставались на озёрах, речи пока не шло. Надвигался паводок и соваться туда по готовым в любой момент вскрыться рекам, дурных не было. Поэтому, весть туда конечно послали, заставили городские власти, но вот официального освобождения тем амазонкам объявлено ещё не было. И судя по высоте снежного покрова и ожидамому бурному половодью, раньше начала мая, а то и вообще — начала лета, соваться туда не стоило. По бурным рекам было не пробиться, а лес представлял из себя такое… болото, что сидеть там было бывшим пленным до тепла — точно.