Чтение онлайн

– Забудь пока про это. Подумаем, как быть с твоей долей в квартире позже. Нет безвыходных положений. Чем смогу – помогу.

– Знаю, - улыбнулась я. – Ты мой настоящий друг. Что бы я сейчас без тебя делала?

– Ну да, и без моей жилетки? – рассмеялся Влад.
– Хочу предложить тебе остановиться в нашем отеле.

– Я тоже об этом подумывала. И рядом с салоном, удобно. А то из нашей с Димой квартиры добираться почти час, а иногда и дольше. Так что пусть живет в этом элитном скворечнике на двадцатом этаже и наслаждается. А я поселюсь в отеле на три-четыре дня, пока не сниму подходящую квартиру. Тоже постараюсь найти поближе к работе.

– Зачем ее снимать? – удивился Влад.

– Дешевле получится, чем жить в отеле. Выберу небольшую, однокомнатную. Скорее всего в старом жилфонде. И все будет отлично.

– Экономная ты девушка! – рассмеялся он. – И очень практичная. Но я не хочу, чтобы ты платила за номер. Не возражай. Знаю, ты независимая. Я хочу просто поддержать тебя. По-дружески, без всякой подоплеки. Не нужна тебе съемная квартира. Живи, пока все не утрясется.

– Нет, однозначно нет. Мне это не подходит. Не привыкла ходить в должниках.

– Мы же друзья. Я хочу, чтобы ты разместилась с комфортом. Тем более что это ненадолго. Разберемся мы с твоим муженьком, не сомневайся. Отель полупустой. Я прошу тебя занять номер по соседству с моим. На твой выбор. На этаже всего шесть номеров, как ты помнишь. Ты же наверняка ночевала в них, - лукаво усмехнулся Влад. – Будем ходить друг к другу в гости, пить чай и есть печенья. Или конфеты.

– Ужасно заманчиво. А чем я смогу отблагодарить тебя? У меня кроме салона скоро, похоже, ничего не останется. А может Дима и на него лапу наложить попробует.

– Этого мы не допустим, обещаю. Ты помогаешь мне избавиться от навязчивых девиц. А это дорогого стоит, уж поверь. А я помогу тебе избавиться от мужа.

– Забавно звучит, - заметила я. – И несколько зловеще.

– Но мы же не отстреливаем моих девиц и твоего мужа. Мы законопослушные граждане.

– И к счастью, оба не кровожадные. Последнее время ловлю себя на мысли, что многие люди меня сильно раздражают, - призналась Владу.

– И меня тоже. Но это не самое страшное. Теперь поехали забирать твои вещи. А потом на работу. Это лучше всего отвлекает от дурных мыслей. Зато вечером я поведу тебя в ночной клуб. Будем отрываться по полной. Или пойдем куда пожелаешь. Верь, все наладится. Только наберись терпения и не поддавайся унынию.

– Постараюсь, - слабо улыбнулась я. – Ты же не позволишь мне унывать?

– Однозначно, нет, - Влад достал еще одну конфету и положил мне в рот. – Лучшее лекарство от уныния.

Я закрыла глаза и все-таки снова прикусила его пальцы.

До Инниного дома доехали на удивление быстро. Пробки на дорогах начнутся ближе к вечеру. Тогда в спальный район не пробиться.

Инна была скорее зла, чем расстроена. Она сердито сопела носом и сосредоточенно смотрела на дорогу.

– Пожалуй, даже хорошо, что я отсюда уеду. Никогда не нравился этот район. Тоска одна.

– Все что ни делается, все к лучшему, - философски заметил я.

– Продадим квартиру, найду себе жилье по душе. В центре. Пусть квартира будет маленькой, зато уютной, - мечтательно произнесла Инна. – Только мне кажется, Дима что-то уже замыслил. Не увижу я денег как своих ушей.

– Не переживай, разберемся. Все, что он тебе должен, – отдаст как миленький.

Мы поднялись на двадцатый этаж. Инна попыталась открыть дверь, но у нее ничего не получилось. Она заколотила в нее ногой и начала нервно давить ладонью на звонок.

– Открывай немедленно! – крикнула она.

За дверью раздались неспешные тяжелые мужские шаги. Щелкнул замок, лязгнула щеколда. На пороге стоял блондин лет тридцати с небольшим. В спортивной майке и джинсах. С модной стрижкой и ухоженной бородой, с хорошей мускулатурой. Непохоже, что полтора года его морили голодом. Видимо, бандиты очень бережно относились к своему заложнику. Или он первым делом кинулся приводить себя в порядок.

– Рад, что ты вернулась, - расплылся в очаровательной улыбке Дима. – А кто это с тобой? Сослуживец?

– Да, сослуживец. Я за вещами. Больше дверь на щеколду не закрывай. Это и моя квартира. И я хочу иметь к ней доступ в любое время дня и ночи, - прорычала Инна.

– Как скажешь, милая, - снова слащаво улыбнулся мужчина. – Но будет лучше, если ты останешься со мной. Мы же семья!

Он не просто лицемерил. Он открыто издевался. Инна проигнорировала его предложение. Даже не оглянулась. Молча обошла мужа и направилась вглубь квартиры.

– Ну, рад знакомству, - Дмитрий не протянул мне руку, только снова улыбнулся голливудской улыбкой. – Я муж Инны – Дмитрий. А кто вы, я знаю.

– А я ее друг. В прямом смысле друг.

– Даже не сомневаюсь, что друг. Поддержали Инну в трудную минуту, пока она была одна.

– И откуда же вы меня знаете? – неужели мое лицо знакомо каждой собаке в этом городе?

– Да и кто ж в Златогорске не знает господина Кирсанова – олигарха и филантропа? – деланно восхитился Романов.
– Решили недвижимость прикупить на малой родине? Очень удачное вложение.

А Дмитрий осведомлен обо мне очень неплохо. Видимо, пока сидел в неволе, ему сливали информацию о том, что происходит в городе. Какие заботливые, однако, ему попались похитители!

– Как понимаю, вы бескорыстный покровитель моей супруги? Искренне польщен!

Мне страшно захотелось дать Романову в наглую морду.

– Что вы хотите получить за развод с Инной? – перешел я к делу.

– Ничего! Что вы, какой развод? – удивился Дмитрий. – Я мечтаю только о том, чтобы сохранить семью. И сделать жену счастливой.

– Сколько? – я начал терять терпение.

– Чего «сколько»? – продолжал идиотничать Романов. – О чем вы, Владислав Владимирович?

– Хватит валять дурака. Вы все отлично понимаете. Не нужна вам жена. Итак, сэкономим время. Инна хочет развестись. Что хотите вы?

– Деловая у вас хватка, господин Кирсанов. Мне надо подумать. Я выпал из жизни на полтора года. Не знаю, что за это время произошло в мире вообще и в Златогорске в частности. Дайте мне время.

– За срочность хотите поднять цену?

– Цену на жену? Помилуйте, моя любимая Инна не продается! Речь идет о человеке! – пафосно воздел руки к небу Дмитрий. Он откровенно издевался. – А это, как сказал великий пролетарский писатель Максим Горький, звучит гордо.

Я с трудом сдерживал себя, чтобы не двинуть Дмитрию в челюсть.