Бабочка в стекле
Шрифт:
Хельга растирала маслом её бёдра и живот очень нежными движениями, отчего Анна готова была уснуть прямо сейчас. Затем она нанесла масло на плечи, опускаясь к кистям. Это напомнило ей о вчерашних ласках Бориса – сразу стало не по себе.
От воспоминаний её пробудил поцелуй в губы, решительный и страстный. Анюта оторопела, испуганно распахнув глаза и увидев Бориса. Девушек не было: они убежали к бару, чтобы взять напитки.
– Что ты здесь делаешь? Кто дал тебе право касаться меня? – воскликнула Анна.
– Прости меня, Анечка, пожалуйста. Давай поговорим? – попросил он, поднимая руки в примирительном жесте.
– Борь, мы всё обсудили вчера, я приняла свою фантазию о тебе за реальность и очень ошиблась. – В ее голосе сквозила обреченность. – Ты совсем другой человек, мои представления изменились, теперь ты не значишь для меня ничего. Мне нужно думать о своей жизни, – она была решительна как никогда.
– Вот сейчас я тебе не верю. И ты знаешь, что я не подлец, Ань. Мне очень стыдно, прости, что я сделал тебе больно, не знаю, почему я так поступил. Почему ты вчера не убежала сразу?
Вдалеке замаячили три женские фигуры, надо было заканчивать разговор или уходить в другое место для продолжения.
– Вставай, пойдем в море! – он схватил Анну за руку и потянул.
Она послушно встала. Жара была невыносимая. Борис нырнул первым. Анна осторожно заходила, адаптируясь в довольно холодной воде. Они отплыли метров двадцать, чтобы посторонние не услышали их.
– Ань, мне было очень хорошо с тобой, я хочу встречаться дальше. Большего не могу предложить, я езжу из страны в страну, много работаю. Никаких серьёзных отношений и семьи я заводить не хочу. Если тебя устроят встречи без обязательств, то я готов. Мне самому очень странно предлагать такое тебе. Ты давний друг, и я ни в каком ином качестве не представлял тебя, но раз мы стали любовниками... – слова Бориса тонули в плеске волн.
– Господи, что ты несёшь? Ты в своём уме? – она остолбенела от его слов.
– Я буду помогать тебе, любая просьба или желание, если нужно, деньги...
– Всё, я выхожу... О каком уважении ты говоришь? Ты и, правда, посчитал меня продажной девкой? Как тебе в голову могло такое прийти? Я в состоянии прокормить себя сама.
– Ань, я знаю, что у тебя никого нет. Я тоже свободен. Почему мы не можем встречаться для секса? – спросил он, предвидя её ответ.
– Без обязательств? – Анна потупила взор.
– Да, только для удовольствия.
– И это не предполагает верности?
– Не предполагает... – «черт возьми, что я несу?»
– Почему же тебя волновало, какой ты у меня по счёту? Какой абсурд!
– Уже не волнует, поверь! – он не верил себе, глядя на её пунцовые щёки, мокрые от воды, ещё больше завившиеся кудри.
– Почему? – уточнила Анна.
– Потому что вчера я видел, как ты пылала в моих объятиях. Если ты будешь спать со мной, тебе будут не нужны другие мужчины, – Борис приблизился в воде к Анне, пытаясь обнять.
– Боря, я уважаю себя и считаю, что достойна любви и верности. Возможно, у тебя сложилось впечатление, что я легко доступна, поверь, это не так. Повторю: я сама вчера пришла к тебе, это было моим решением. Но я не люблю тебя больше. Сексом я заниматься буду с любимым человеком, если мне его подарит судьба. Юргис для меня теперь не существует.
– Я понял... Прости меня за то, что был груб... Я вёл себя, как подонок...
– Думаю, тебе не привыкать так обращаться с людьми, всей вашей семье! Меня замучил следователь, меня обвиняют в том, чего я не делала, именно по вашей наводке!
– Ань, перестань. Это обычная практика расследования, Юргис – твой муж, следствие предполагает, что ты должна была быть в курсе его махинаций.
– Я не о расследовании, а о том, как отнеслась к этому ваша семья. Как легко вы обвинили меня!
– Мне нечего сказать...
Разговор был закончен. Они поплыли обратно, Анна держалась поодаль. Выйдя на берег, она обернулась к Борису и, пристально посмотрев, сказала:
– Меня надо заслужить. И такому, как ты, сделать это не получится никогда.
Он не ответил, лишь изменился в лице. Анна побежала к коллегам, ощущая на себе его взгляд.
Глава 16.
Несколько часов Анна посвятила переводу документов Отто. Она заканчивала работу над аналитической справкой, когда позвонил следователь.
– Анна Рауде? Добрый день, я звонил вам вчера, будьте добры отвечать на мои звонки.
– Извините, у меня был перелёт, возможно, вы звонили именно в этот момент. Я всегда на связи. Какие-то новости?
– Порадовать ничем не могу, Юргис Раудис объявлен в федеральный розыск теперь не как пропавший без вести, а как преступник. Следственный комитет поручил мне заниматься этим делом.
– Под подозрением только он? – Анна была ошарашена известием.
– Владельцы строительного холдинга Колосовских считают его единственно возможным подозреваемым. Мне очень жаль, но под подозрение попадаете и вы, ждите вызова для дачи показаний. Если вам что-то действительно, известно, сообщите.
– О чем вы говорите? Мы с мужем не жили вместе последние полгода и собирались разводиться. Я ничего не знала о его планах. Господи, почему я не развелась раньше?
Анну переполняли чувства гнева и злости. Неужели Колосовские верят в её причастность к ограблению? Известно, что в фирму вызвали независимую аудиторскую контору, велись проверки всех счетов, чтобы узнать точную сумму пропавших средств. Их цифра была огромной. Анна боялась представить, о какой сумме идёт речь.
Она позвонила Отто и попросила о встрече в баре.
– Милая, я могу надеяться на твои ответные чувства? – засиял он.
– Мы все обсудили, не переводи разговор, мне нужен твой совет, – Анна рассказала ему всё, хотя, пока не было доказательств, Колосовские мудро не распространялись о происшествии. Рассказала о предстоящем разводе, о краже пока ещё неизвестной суммы и звонке следователя.
– Аннет, ты понимаешь, что тебя замучают? Как у вас с имуществом? Оно было совместным?
Анна кивнула.
– Если следствие подтвердит, что средства были переведены на подставную фирму именно Юргисом, имущество конфискуют. Несовершеннолетних детей у вас нет. Могут арестовать твои счета.
– Не пугай меня. Помоги советом, что делать? Я честный человек, не хочу, чтобы меня вмешивали в грязные делишки.
– Где ты сейчас официально работаешь? Если возбудят уголовное дело в отношении тебя как сообщницы, известят руководство холдинга и заблокируют все счета. Будет наложен арест на имущество, – Отто тараторил без умолку, – Аннет, этого нельзя допустить! – он выругался по-немецки.