Чтение онлайн

– Мотекусома решил нас накормить и позволил нам переночевать в гостевом дворце, – сообщил Текалотль.

– Накормить? – в ужасе вытаращив глаза, тихо спросил Мекатли.

– Да. Правитель обещал нас накормить, – подтвердил Текалотль. – Тебя, Мекатли, и Оцетлану тоже угостят ужином. Ты рад?

– Но ведь это ужасно! – прошептал Мекатли. – Пожалуй, я не стану ничего есть.

– Ты разве не голоден? – удивился Текалотль.

– Ещё как голоден! Но ведь на тебя, хозяин, сейчас недовольно кричал правитель.

– Затем верховный жрец и правитель сменил гнев на милость. Но почему ты дрожишь, Мекатли? – удивился Текалотль. – Ведь Мотекусома кричал не на тебя, а на меня.

– Так ведь тебя, хозяин, недавно так накормили во дворце старшего жреца в Заоблачном городе, что ты едва дышал, а потом мне пришлось нести тебя на себе, – припомнил Мекатли.

– Ты думаешь, что за ужином нас могут отравить? – спросил Текалотль.

– Да. Нас могут угостить отравленной едой. Мотекусома не так прост. У богатых и знатных ацтеков свои причуды, – проговорил дрогнувшим голосом Мекатли.

– Хватит, дрожать, Мекатли! Прекрати трусить, – осуждающим тоном тихо сказала Оцетлана.

– Пока я не свободный человек, я не смогу не бояться, – прошептал Мекатли и спросил на ухо Текалотля:

– Как думаешь, хозяин, на стадионе я уже предстал перед ликом правителя ацтеков? Может, я уже могу считаться свободным гражданином?

– Вряд ли Солнцеликий Мотекусома заметил тебя. Даже, если он мельком взглянул в твою сторону, то мог лицезреть лишь прикрытые туникой и плащом спину и задницу, а по этим местам, согласись, затруднительно определить, что это именно ты предстал перед ликом Мотекусомы, – тихо ответил Текалотль.

Начальник стражи вышел из тронного зала и проводил гостей в уютную комнату, в центре которой стоял овальный мраморный стол. Красивый лепной потолок и украшенные позолоченными барельефами стены освещали установленные на треножниках светильники.

Гости сели на мягкие подушки, лежавшие на мраморных скамьях. Юные рабыни в длинных платьях, украшенных жемчугом и бирюзой, принесли на подносах блюда и столовые приборы. Затем бесшумно передвигавшиеся по мозаичному полу рабыни расставили на столе кубки, блюда со снедью и золотые кувшины с напитками. Рыбу подали на серебряных блюдах, а мясо – на золотых подносах. Когда юные рабыни покинули комнату, неизвестно откуда полилась нежные звуки флейты, и зазвенели колокольчики. Уставшие гости так ни не догадались, откуда доносились чудесные звуки.

Мекатли и Оцетлана некоторое время не притрагивались к пище. Оцетлана притихла, изумлённая тем обстоятельством, что ей, словно знатной женщине, прислуживают рабыни. Мекатли молча наблюдал, как едят Текалотль и Китлалполь.

– Что ты смотришь на нас, Мекатли? Почему не притрагиваешься к пище? И ты, Оцетлана, не стесняйся. Ешь! – посоветовал Текалотль. – Вы только поглядите, какая здесь вкусная еда: сочное нежное мясо индейки, пропитанное тыквенным соком, змеиное мясо под ванильным соусом, маисовая каша с сушёными муравьями. Попробуйте салат с мясом креветок и улиток, черепашьими яйцами, листьями пряных трав и кусочками рыбы, вымоченными в соке томатля?

Мекатли не ответил, а лишь сглотнул слюну. Он и сам с вожделением взирал не только на предложенные Текалотлем яства, но и на жареную собачатину под острым соусом, и на аппетитные кусочки крокодильего мяса с отварной фасолью.

– Китлалполь, отведай чоколатль! Этот ароматный напиток имеет медовый привкус. К тому же, он в меру сдобрен перцем, – предложил Текалотль, наливая в кубок жены пенящийся напиток. – Я испил всего лишь треть кубка и уже почувствовал, как ко мне возвращаются силы.

В очередной раз, сглотнув слюну, Мекатли пододвинул к себе золотое блюдо с мясом индейки, и с жадностью набросился на еду. Его примеру последовала Оцетлана.

– Китлалполь, я не предлагаю тебе пульке, настоянный на остром перце. Этот напиток слишком крепкий. Пожалуй, Мекатли его может попробовать, – сказал Текалотль. – Ведь лишь взрослым свободным ацтекам дозволено пить пульке в обычные, непраздничные, дни. А во дворце правителя ацтеков тебе, Мекатли, никто не запретит пить этот божественный напиток.

– Я выпью пульке с превеликим удовольствием! – сказал Мекатли и налил из кувшина в свой в кубок дурманящий напиток.

– Нас с Мекатли встречают как знатных гостей. В то время, как лишь вы, Текалотль и Китлалполь являетесь особами, приближёнными к властителю ацтеков, – проговорила изумлённая Оцетлана.

– Это не совсем так. Вы заметили, что выставив на стол блюда, рабыни удалились. Нас не обслуживают рабыни, обычно стоящие позади и незаметно меняющие блюда и разливающие напитки, – заметил Текалотль. – Видно, отныне я уже не столь приближён к властителю, как ранее.

– То есть, как я понял, нас здесь не слишком-то уважают, – сказала немного захмелевший Мекатли.

– Говори тише, Мекатли! – шёпотом потребовал Текалотль. – А то и вправду, твои опасения сбудутся, и нам не поздоровится.

Мекатли умолк и стал озираться по сторонам. Только теперь он заметил стоявших возле двери воина-орла и воина-ягуара.

– Надо же! Нас охраняют! – тихо проговорил Мекатли.

Когда гости закончили трапезу, воины приоткрыли дверь и расступились.

– Пора отдыхать, – встав из-за стола, сказал Текалотль.

В коридоре гостей встретил Яотль, который проводил их в гостевой дворец. Мекатли и Оцетлане досталась небольшая комната на первом ярусе дворца, а Текалотля и Китлалполь начальник стражи повёл по широкой мраморной лестнице на второй ярус. Там он распахнул перед ними расписанную золотыми узорами дверь, и они прошли в спальню. Китлалполь уловила нежный аромат благоухающих цветов. При мерцающем пламени светильника, установленного на мраморном основании, можно было рассмотреть белые нежные цветы, насыпанные на покрытое шкурами мраморное ложе.

Когда начальник стражи спустился по мраморной лестнице, и стихли его шаги, Текалотль прикрыл дверь и затворил её на засов. Потом он скинул с Китлалполь одежду, подхватил её на руки и понёс на ложе…

Ранним утром Китлалполь открыла глаза и увидела над собой красивый лепной потолок с позолотой. Рядом с ней на невысоком покрытом шкурами ложе, раскинув руки, лежал ничком обнажённый Текалотль.

Китлалполь встала и подобрала с пола разбросанную одежду. Одевшись, она осмотрелась. Спальня, в которой они с Текалотлем провели ночь, была роскошной. Покрытые позолотой барельефы на стенах спальни изображали ацтекских Богов, птиц, зверей, раковины, колибри, крокодилов и змей. Не только по стенам извивались золотистые змеи. Золотистые змеи обвили ножки ложа, с которого Китлалполь только что встала. Вечером при тусклом пламени светильника, она не обратила на них внимания. Эти змеи показались ей живыми, настолько искусно они были изготовлены.