Бабушка на яблоне. Повести
Шрифт:
Пудель упал к ногам Герды. Она его подняла.
— Какой симпатичный!
— Он тебе нравится? — поспешно спросил Фреди и вопросительно поглядел на маму.
— Да, да, конечно, возьми его, — сказала мама, — он ведь нам больше не нужен.
Герда так и засияла и сунула пуделя в сумку.
— Большое спасибо, — сказала она. — Ну а теперь мне надо бежать, а то я опоздаю в школу.
Геди и Фреди, для которых всё это произошло слишком быстро, хотели было проводить Герду до калитки, но мама, бросив взгляд на часы, спохватилась, что Фреди тоже может опоздать.
Он побежал наверх, в детскую, за портфелем. Мохнатка лежал в своей корзинке, свернувшись в клубочек, прикрыв одной лапой нос, — он собирался спать. После бессонной ночи он устал как собака — он ведь и был собакой. Но когда Фреди вошёл, он всё же выскочил из корзинки и уткнулся мордой в голые колени мальчика. Было ясно: он хотел, чтобы его погладили.
— Фреди! — закричала мама снизу. — Фре-ди!
Вошла Геди — полы её ночной рубашки развевались по ветру.
— Ты что возишься? Ты ведь ещё молоко не выпил.
Фреди гладил Мохнатку, чесал его за ушами, трепал по загривку. Долго-долго.
Потом сбежал вниз, не притронулся к молоку и всю дорогу до школы бежал. И всё же он опоздал. Впервые. И в этом был виноват только…