Чтение онлайн

– Всё очень просто. И черепахи-мамы, и крокодилы-мамы лапами роют ямы, туда закладывают яйца и присыпают их землёй. Яйца прогреваются под солнцем, и, о чудо, из них проклёвываются черепашки, а из наших крокодильих – крокодилята.

КРОКОПЕРГ БЕСТОЛКОВЫЙ, НО НЕ БЕЗНАДЁЖНЫЙ ДУРАК

На болоте всем хватало места: и поиграть, и поохотиться.

Дядя уже не успевал следить за вёртким малышом, набирающим вес и длину прямо на глазах. И прыть – тоже. Крокоперг уже превосходно опускался на дно в самом глубоком и тёмном месте, неожиданно выпрыгивал из воды в половину своего роста у самого носа дяди, при этом пугал его и резкой волной заливал глаза и уши тому. Крокоперг проделывал такие воздушные пируэты и водяные фортели, которые из-за своей неповоротливости не мог исполнить грузный дядя, имевший вес полных полторы тонны на пять метров длины. Дядя на эти проделки находил нужные слова:

– Дурак ты, мой племянничек, бестолковый и безнадёжный мозгляк!

– Дядя, разве плохо быть бестолковым дураком и мозгляком?

– Я не знаю, и никто не знает, насколько у тебя пустая голова. Сомневаюсь, что там у тебя в ней что-то имеется полезное и что-то оно застряло в голове! – объяснил Крокомерг. – Не знаю, чего в твоей голове больше: хорошего или плохого?

– В голове и на голове у меня чего только нет. У меня уже есть острые зубы, – Крокоперг широко раскрыл пасть.

– Это хорошо.

– Чуткие уши.

– Замечательно.

– Острые глаза.

– Прекрасно.

Вот тут дядя, поразившись логически правильным высказываниям малыша, которые нельзя было отрицать, выразил похвалу:

– Крокоперг, а ты не совсем запущенный мозгляк, как кажешься на первый взгляд, несмотря на твой малый возраст. Беру свои плохие слова о тебе обратно, потому что ты крокодил уже с головой.

КРОКОПЕРГ И КОРОВА БАЗИЛИКА

Однажды Крокоперг подкрался к большому животному с рогами. Оно лежало на траве и дремало, греясь на солнце. Первым делом Крокоперг случайно уткнулся носом в мягкую белую полость этого животного, и оттуда выделилась ещё более белая густая жидкость. Крокоперг прилег рядом, прижался и попробовал её на вкус. Она понравилась ему настолько, что он припал к мягкому месту и стал неторопливо сосать из него эту вкусную жидкость. Впервые за несколько дней своей жизни он понял, что набил свой живот от пуза, что утолил не только жажду, но и голод сверх меры, и блаженствовал. Так бы всю жизнь лежать, смотреть на небо и потягивать вкуснотищу. Насытившись и получив удовольствие, Крокоперг забыл, что заигрался, раскрыв при этом зев шире, чем возможно, и это мягкое место, опорожнённое больше чем наполовину, ушло в его глубокую пасть тоже больше чем наполовину. Вот тут только рогатое животное вдруг почему-то испугалось, всполошилось, вскочило и бросилось бежать, неся на себе вцепившегося зубами Крокоперга.

Дядя выслушал приключение племянника и не сразу поверил.

– Это корова Базилика! – качал он головой. – Не верю, что бедное, ошалелое, сошедшее с ума от твоей проделки животное, сломя голову носилось само и носило тебя по кустам полдня, пока обессиленное не упало! Покажи зубы! – попросил он.

Крокоперг раскрыл челюсти на манер раковины моллюска. Крокомерг осмотрел ряды зубов. Пасть была усеяна торчащими коническими зубами, действующими по принципу: в одну сторону пища двигаться может, в другую застрянет. Тут же прилетела птица каркандил, выклёвывающая остатки пищи из зубов носорогов, крокодилов и бегемотов, и принялась за работу, очищая зубы Крокоперга.

– Малыш, твои зубы уже как у взрослого крокодила! – сказал Крокомерг, отмахивая птицу лапой. – Такие же крепкие и кривые, как могучие деревья, которые стоят наклоненные против ветра во время бури.

– А зубы ломаются? – осведомился Крокоперг.

– Не только. Бывает, ещё и выпадают.

– А если зубы ломаются и выпадают, то, что дальше на их месте вырастает? – спросил Крокоперг. У него была только одна забота, как бы зубы оставались всегда целы.

– Возникают новые, и количество их останется постоянным – шестьдесят шесть зубов! – с гордостью ответил Крокомерг.

– Ровно шестьдесят шесть? – изумился Крокоперг.

– Ни зубом меньше, ни зубом больше! – подтвердил Крокомерг. – Мы, крокодилы, животные о шестидесяти шести зубах!

– Как бы нам приобрести ту большую скотину? – вспомнив про вкусную белую жидкость, спросил Крокоперг.

– Называй вещи своими именами! – сказал Крокомерг. – Эта корова Базилика живёт на ферме. А жидкость – молоко. А мягкий белый сосуд, в котором находилось молоко, называется вымя. А крокодил, который сосёт молоко, зовется, знаешь, как?

– Коровосос!

– Ответ недостаточный.

– Сосудосос!

– Уже ближе к ответу.

– Вымясос!

– Почти горячо.

– Больше не знаю…

– Мо-ло-ко-сос! Вот ты кто!

– А?.. – удивился Крокоперг. – Как хорошо быть молокососом. Дядя, правда, что ты тоже молокосос?

– Да, – с натугой признался он. – Было такое и в моём детстве.

Крокоперг тут же предложил:

– Дядя, мы с тобой можем вместе держать целую ферму коров.

– Но зачем нам коровы? – ответил Крокомерг. – У нас большое болото, и лягушек хватает, и воды тебе их запить вон сколько вокруг!

Крокоперг замялся:

– Будет много молока, дядя! И спать с каждого бока возле коровы тепло и уютно!

– А ты будешь с ней хорошо обращаться и не огорчать её своими кусачими зубами, чтобы она много давала молока?

– Буду.

– Отлично. Но коровы не всегда бывают послушными, они очень даже бодливые с острыми рогами.

– Коровы разве не поддаются смирению и не бывают безропотные?

– Только в одном случае: если они сытые. Им нужна трава и вода из болота. Но если будешь морить их голодом, они поднимут тебя на рога.

– Я буду кормить их каждый день, – дал слово Крокоперг.

– Ты ошибаешься! Это ещё не всё, этого мало! – сказал Крокомерг, пытаясь говорить серьезным тоном. – Прежде чем обрести власть над любым животным, тебе нужно приручить его. Тогда оно будет более послушное, чем животное, посаженное в тесную клетку. Но, чтобы его приручить, нужны желание, терпение, крепкие нервы и мудрость.

– Терпение у меня есть, желания – хоть отбавляй, нервы всё крепче становятся, и мудрость с возрастом приходит, – прихвастнул Крокоперг.

– Этого не всегда достаточно. Иногда нужно применить смелость, иногда настойчивость, и даже случается драться с противниками и побеждать их, – охладил пыл племянника Крокомерг.

– Коровы с виду такие милые и безобидные, с мечтательными глазами! – воскликнул Крокоперг доверчиво.

– Что ж, это правда. Только и они требуют чужой воли над собой. Молоко к сушеным лягушкам – это прекрасно. Ты повесишь на корову колокольчик, научишь её оглашать тебя его серебряным звоном на завтрак, обед и ужин, зазывая нас из болота. Научишь её подходить близко к воде и удобно выставлять перед твоим носом вымя, полное молока. Ещё научишь её здороваться, припадать на ноги перед тобой. Но всё это обычные коровьи трюки, которые она может проделывать, как и другие животные. Ещё она может кататься по траве, притворяться мёртвой, даже умничать, то есть, говорить умные слова и умножать числа в уме, и так далее.

– Дядя, это так? Ты меня не разыгрываешь? Значит, позволяешь привести корову на болото?

– Коровы содержатся на фермах, это дело серьёзное! У нас нет фермы. Ну, если ты желаешь Базилику держать в чистоте и довольствии, – добродушно развел лапами Крокомерг, – и приложишь к этому все силы, старание и умение, то это замечательно!

– Ты вправду разрешаешь? Я построю ферму. Мне такая корова, ох как нужна, чтобы иметь молоко от неё, и для игр с ней, как в прошлый раз, когда она долго носила меня по берегу.