Backstage. За кулисами
Шрифт:
– Прости.
Пытаюсь оттереть – ничего не выходит. Но все же тру дальше, убедив себя в том, что мне вся эта ситуация кажется режиссированной, а Валиев специально создает такие условия, чтобы я извинялась. Понимаю. Но ничего не могу с этим поделать.
– Это всего лишь платье. У тебя таких будет очень много, если мы договоримся. Ну и что ты решила? Снимешься в моем клипе? Это хорошие деньги, прослежу, чтобы тебя не обидели.
Предложение шикарное. Я восхищена и теряю остатки здравого смысла, в воображении даже рисуется сюжет клипа – жаркие танцы, полумрак, роскошь. Киваю. Прикрывая губы салфеткой и проглатывая кусочек мяса.
А Азамат молчит, глядя на меня из-под прищуренных век. Мне не по себе от такого взгляда, но низ живота крутит сладкой спиралью желания. Я н знаю, чего хочу больше – убежать прочь или дать ему себя поймать.
Тишина становится тягостной. И я не выдерживаю первой. Напряжение между нами искрит, а шампанское придает смелости.
– Азамат, чего вы… ты от меня хочешь?
Подходит официант, разжигает кальян. Азамат молчит, затягивается паром. Мне не предлагает, но я и не хочу – завишу от его ответа и не замечаю ничего вокруг.
– Ты интересна мне, Лана, – голос Валиева наполняется эротичной глубиной. – Ты не такая, как все остальные. В тебе что-то есть. Хрупкость и сила, как у горной лани. Стремительность и гордость, как у орлицы. Утонченность и игривость, как у котенка. Ты манишь меня, как никто до этого. Ты не падаешь к моим ногам, ты тигрица, а не кроткая овечка. Мне хочется проводить с тобой как можно больше времени. Радовать тебя. Одаривать. Но ты удивлена. В это так трудно поверить?
– Трудно. Твоя репутация…
– Меня заставили соблюдать такой имидж. Но я никогда не был от него в восторге.
Киваю, касаюсь губ салфеткой, чтобы скрыть счастливую улыбку. Услышать такое от Азамата Валиева! Я не сплю? Это и вправду происходит со мной?
Все тревоги и вопящая интуиция вместе со звонками-колоколами отходят на задний план и растворяются без следа. Я очарована.
– Я не давлю. Подумай. Хочешь ли ты быть со мной. Встречаться, правильнее сказать. И да, это не отменяет того, что хочу сегодняшней ночью быть с тобой…
Я зачарована. А ведь мне сейчас предлагают какую-то туманную перспективу отношений и предлагают отработать ужин. Я точно поплыла и потеряла берега.
– Мы же почти не знаем друг друга…
– Я предлагаю узнать как можно теснее. Это затем, чтобы ты ответила себе, хочешь ли быть со мной. Если нет, эта ночь останется в нашей памяти просто ярким воспоминанием. Я хочу сделать тебя счастливой. И я жду твоего ответа, Лана. Потому что я весь горю. И ведь я даже не боюсь тебе признаться…
– Признаться в чем? – иду на поводу у мхатовской паузы этого опасного обольстителя, задаю вопрос, которого от меня ожидают.
– Кажется, я хочу связать с тобой всю свою жизнь. Это так странно и против моих правил… Я всегда встречался с моделями и актрисами. Девчонками известными, холеными…
Он якобы смущается. В этом какая-то фальшь. Но неприятный укол, что сравнение с его бывшими не в мою пользу, сметает волна эйфории…
Потом я разберу эти манипуляции по составу. Ужаснусь тому, как легко меня поймали в силки. Н сейчас я настолько оглушена свалившемся н наголову счастьем и искренностью Азамата (я вижу именно ее!) что не догадываюсь о подвохе.
– Я дам тебе время. Узнай меня. Реши для себя. Я буду честен, я не святой. Моему эгоизму нет границ. Тебе придется принять мои правила и следовать им. Но я сделаю тебя счастливой, если ты согласишься. Весь мир будет восхищаться тобой. Думай, Лана.
Я молчу. Счастье парализовало меня. Птичка в клетке – но я этого не чувствую. Не вижу ее прутьев и думаю, что я орлица, та, о которой говорил не столь давно Азам.
– Я не могу… поехать с тобой. Я не… такая.
Азамат встает с места. Вздыхает от разочарования.
– Конечно, я все понимаю. Тебе надо подумать. Решить. Я готов подождать. Завтра с тобой свяжется мой арт-директор – расскажет все касательно сьемок в клипе. А в субботу перед отъездом на двухнедельные гастроли я приглашаю тебя на джип-сафари. Тебе понравится.
– Но я… водить не умею…
– Мне не отказывают, Лана.
Вроде бы мягко – но я торопею и киваю, остерегаясь его обидеть. Сафари так сафари. Ничего не имеет значения – я счастлива. Меня желает такой великолепный мужчина!
– Я провожу тебя. Мой водитель отвезет тебя домой. Но сначала…
Азамат встаёт и подходит ко мне походкой крадущегося тигра. Его лицо – застывшая непроницаемая маска. Только глаза горят, вносят диссонанс в происходящее. Он смотрит на меня жадно, словно нашел то, что давно искал и никому теперь не отдаст.
Кажется, ойкаю, когда его рука властным жестом ложится на мой затылок, надавливает, заставляя податься вперед. И вслед за этим он целует меня.
Этот поцелуй выбивает почву из-под ног. И он не похож на те, что были у меня раньше. Так одержимо и жадно меня еще никто не целовал. Я должна чувствовать себя самой желанной женщиной на земле, но отчего-то чувствую себя трофеем. В его губах и резких движениях языка нет ласки. Он как будто клеймит меня, метит, присваивает. Но это так сладко, что отвечаю на поцелуй. Как покорившаяся своему завоевателю, как давшая согласие владеть мной и решать за меня. В капитуляции есть своя сладкая, греховная, роковая и вместе с тем волнующая прелесть.
Азамат… он прекрасно знает, что со мной. Я окончательно в этом убеждаюсь, когда открываю глаза. Мой темный обольститель вообще их не закрывал во время поцелуя. Он следит за моей реакцией с такой же жадностью, как и пьет волю из губ. И в тёмной глубине его взгляда – торжество. Но так не смотрят на женщину, которую желают. Так смотрят на…
Мысли путаются. Меня щадит психика или я сама не хочу видеть тревожных знаков? Да, я отравлена, ослеплена тщеславием – такой мужчина обратил на меня внимание! Я сражена похотью – тело реагирует на него, как ни на кого прежде. Я вижу яркие огни красивой жизни рядом с ним, дорогие подарки, зависть девчонок, свой новый высокий статус. Больше я ничего не вижу. Убить меня вряд ли хотят. Насиловать? Ничего не выйдет, я уже согласна.
«Он похож на фашиста, который подглядывает из-за бруствера» – мелькает глупая мысль, которая снимает напряжение. А мне бы задуматься, почему именно такое сравнение. Подсознание робко вопит, призывая опомниться. Но разве я его слышу в такой момент? Трусики намокли, сердце стучит, в крови бурлит сладкий яд. Я не принадлежу себе.
– Если бы ты знала, что я хочу с тобой сейчас сделать! – хрипло шепчет Азамат в мои губы. – Но я все равно сделаю… Вопрос времени, Лана.
Улыбаюсь – счастливо и как-то смущенно. Я открыта и готова. Я уже в его плену, а в сладком плену о свободе не мечтают.