Чтение онлайн

— Не кручинься, старуха, — подыграл я ей. — Нет нужды её выкорчевывать. Хворостом обложим и запечем на месте.

Услышавшая приговор репка, а вернее, репища, прижала ботву, как провинившаяся собака прижимает уши.

Возиться с ней не было никакого желания. Мегида в образе внучки опять взлетела, на этот раз куда выше.

— Всё больше контроль над сном, — сказала она. И мы все дружно пошли в избу, даже не стали Лею скидывать с сюжетных рельс.

Очередной переход. Уже привычное ощущение.

Я сидел на коне, приложив ладонь ко лбу — явно Илья Муромец. Слева Тихон на кобыле поменьше с луком в руках — Алеша Попович. Справа Артур — Добрыня Никитич.

А вот Жора был в образе Тугарина. Огромный, сука, как тролль. И самое печальное, судя по налитым кровью глазам, осознанность он напрочь утратил. В полукилометре догорала деревушка. Степной ветер доносил запах дыма и крики людей. Там куда я смотрел в небе чернело пятно. Он всё больше увеличивалось и зеленело, пока не стали различимы детали.

Трехголовый дракон летел к нам. Гадкое предчувствие кольнуло сердце. И точно! Дракон заложил вираж и приземлился рядом, от его крыльев разошлась воздушная волна, а земля чуть вздрогнула. Дым вырвался из ноздрей.

Змей Горыныч собственной персоной. Лея — центральная голова, Завеса — левая, Мегида — правая, и единственная осознанная.

— Градус алкоголя у сценарной группы увеличивался, — констатировал я, глядя на нашу славную компашку.

Тугарин спокойно подошел к Горынычу, и они пожали лапы. Да, да грабли Жоры в нынешнем состоянии руками назвать язык не повернется. Затем оба былинных героя развернулись на нас.

— Ну что покажем им силушку богатырскую? — громогласно заявил Артур.

— Мы все спим! — надрывалась коленным горлом Мегида, в тщетных попытках остановить бойню, но куда там. Она пыталась перехватывать контроль над телом триединого дракона, но ничего не выходило. Две других головы мигом отстраняли её от рычагов управления.

— Причуда, что нам делать? — спросил Тихон.

Девчонка на миг прекратила попытки единолично контролировать Змея-Горыныча, и стала усердно думать, отчего массивные драконьи брови нахмурились, а из рта вырвался небольшой сгусток пламени.

— Попробуем сломать сюжет! — прорычала правая голова чудища.

Сломать сюжет? Хм. Как это сделать? Выкинуть что-нибудь абсурдное? Как вариант.

— Есть идея, — сказал я. Голос такой степенный размеренный. Спокойствие и уверенность навивающий. — Давайте друг друга мутузить.

Парни переглянулись и кивнули. За неимением других идей сойдет и эта.

Мы закружили на конях и стали обсыпать друг друга ударами. Змей Горыныч и Тугарин удивленно замерли. Я ударил палицей в щит Артура и тот раскололся. Он в свою очередь взмахнул мечом и отсек мне бороду. Тихон же пустил в нас обоих стрелы, но дистанция была маленькая, да и не привык он с лошади стрелять. Силу натяжения не рассчитал, обе они завязли в кольчуге.

— Это сон!

— Сон!

— Вы спите! — орали мы до хрипоты.

И, о чудо! Сработало.

Сначала осознались остальные две головы Змея-Горыныча. А потом мы все вместе скрутили брыкающегося Тугарина. Дракон взмыл в небо неся нас всех в лапах и опустился на землю в деревушке. Мы старились не смотреть на обугленные тела на улице и зашли в единственный несгоревший дом. Правда, триединое чудовище по очереди лишь просунуло все головы.

— Мне уже плохо от частой смены картинки, — пожаловалась Лея, когда мы вышли в новом сне. — Интересно, что дальше будет.

— Алиса в стране чудес была бы слишком очевидна, — заключил я.

Вокруг встало лагерем многотысячное войско. Бесконечные ряды шатров и палаток. Вдали город с неприступными стенами.

Мы расположили на возвышении под навесом. На столе лежали чертежи и зарисовки какой-то конструкции. Огромный фаллос, минотавр, сатир, грифон, колесница, кентавр, пегас и просто лошадь. Причем все остальные были зачеркнуты, а последняя, наоборот, обведена в кружок.

Я, получается, Менелай — спартанский царь. Рядом стоит Жора в роли его микенского товарища Агамемнона. Одиссей — Артур. Тихон — Ахиллес. Мегида — Патрокл. А город значит Троя.

Мы посмеялись осматривая друг друга и тут же сосредоточились на окружении.

К нам бежал запыхавшийся солдат. Он так торопился, что попросту рухнул на руки охранению. Начальник караула извлек из взмокших ладоней свиток.

— Тайное послание, — сделал он вывод и передал его двумя руками, почтительно поклонившись.

Я с интересом развернул и, отослав стражу подальше, стал зачитывать текст.

— Дорогой, когда ты уже сожжешь этот городишко. Тут ужасно. Хочу домой в родную Спарту. Этот Парис всё настойчивее. Водить мальчишку за нос всё сложнее. Я говорю, что не могу предаться любви, пока войска под городом. Его брат Гектор куда хитрее, и начинает что-то подозревать. Да еще эта его жена. В Трои она со скуки на стену лезла и теперь не отлипает от меня. Когда захватишь город, можно будет взять её в плен. Хорошая супруга будет кому-нибудь из приближенных. Если не поторопишься я, и правда, променяю тебя на юного троянца. Ахахаха.

С любовью, твоя Елена.

От города к нам приближалась группа троянцев-переговорщиков. Я узнал среди них всех главных действующих лиц. За мужчинами следовали женщины. Лея была Еленой, виновницей всего сыр-бора. Она не одна, а с группой поддержки — женой Гектора Андромахой, которую отыгрывала Завеса.

Ситуация не очень. Кругом одни шатры, дверей нет. Полог шатра не является порталом, это мы уже проверили. Единственные двери в городе. Но чтобы туда попасть нужно осуществить успешный штурм. Вдобавок две наших дамы неосознанны и играют за фигуры на другой стороне доски.

— Это последний уровень, — сказала Мегида. — Я чувствую, что почти могу проснуться простым усилием воли. Здесь держит только магия ведьм сновидений.

— Что это значит? — уточнил я.

— Скорее всего это обычный сон. Сновиденные персонажи могут наброситься, если поймут, что мы осознались.

Я вспомнил слова приятеля, что это защитная программа мозга, чтобы вернуть тебя в сюжет сна. А то мало ли чего ты себе там напридумываешь и куда тебя заведет фантазия.

— Час от часу не легче, — заходил я из стороны в сторону. — Еще не хватало, бегать по берегу от двух армий.

— Есть и плюсы, — улыбнулась Причуда. И я понял, что сейчас она выкинет какую-нибудь шалость. — Здесь мы хозяева сна! — закричала она и взмыла в воздух.

Солдаты стали удивленно переглядываться.

— Вы все жалкие людишки! — орала Мегида, и её голос разносился словно она стала греческим богом. — Мы жители Олимпа. Падите на колени!

И ведь половина сразу упала. А вот другая начала целится из луков, не боясь навлечь на себя гнев богов. Делать нечего, нужно было срочно спасать ситуацию.