Чтение онлайн

Несколько секунд я просидела на каменном бортике стены, а после чего спрыгнула на другую сторону. От удара ноги подкосились и заныли, а руки саднили и испачкались в земле. Поднявшись, я принялась отряхивать грязные ладони и испачканный плащ.

Я оказалась за стеной монастыря. Домов и иных построек тут не было, а окружал меня лишь густой хвойный лес. Запах еловой смолы и гнилых иголок приятно щекотал мои ноздри, легкий ветерок проникал сквозь плащ. Где-то вдали я слышала журчание ручья, который стекал с горной вершины и впадал в Айко.

Я двинулась вдоль стены, одной рукой держась за камни, а другой схватила подолы платья и плаща. Тропы тут не было. Я брела по грязной мокрой земле, то и дело наступая на какую-нибудь лужу, отчего мои ботинки покрылись толстым слоем грязи, а шелковая юбка превратились в чумазую тряпку. Но я продолжала идти, пока не вышла к небольшой гравийной дорожке. Она вела прямиком под окнами общежития и соединялась с тротуаром у центральных ворот.

Пригнувшись, я гуськом прошмыгнула мимо открытых окон, натягивая капюшон поглубже. Добравшись до центральной улицы, я позволила себе выдохнуть. Мой путь лежал по тротуару вниз, в центр города, где уже зажигались первые праздничные огни и вовсю доносился смех и звуки музыки.

Начало смеркаться. Я оказалась на главной набережной, где уже собралось огромное количество горожан, жаждущих повеселиться этой ночью. Я была в самом центре толпы и восхищалась обилием парчи, шелка и бархата. Женщины одеты в шикарные платья разных цветов. Красный, белый, желтый, голубой. Легкие юбки шуршали, а корсажи блестели в свете множества ламп. Мужчины не уступали дамам в элегантности. Тёмные бархатные костюмы или кожаные брюки с яркими рубашками, пестрые шляпы и прелестные лица. Эта роскошь опьяняла мой разум, голова начала кружиться, а сердце стучало в висках.

Я протиснулась через толпу к реке и уперлась спиной в небольшой парапет. Холодный камень охладил мое тело и успокоил поступающую тревогу. Плеск Айко перемешивался с громкой музыкой, криками зазывал и хохотом горожан. Я закрыла глаза и начала прислушиваться к звукам. Вот она, та жизнь, ради которой я рискнула всем.

Город утопал в ярких огнях, праздничных флагах, цветах. Меня окружали высокие богатые дома из светлого камня, украшенные бумажными фонариками и тюльпанами. Прямо на широкой мостовой раскинулись палатки, откуда доносились запахи жареной кукурузы, картофеля и мяса. Эти палатки тянулись вдоль всей набережной, привлекая с каждой минутой все больше голодных людей. Все ароматы смешивались, цвета и звуки соединялись в одну пеструю картину.

Я двинулась вглубь города, откуда доносились звуки музыки и смех танцующих. Повернув за угол, оказалась на такой же широкой мостовой, украшенной лиловыми и белыми флагами и фонариками, натянутыми от одной крыши к другой. Впереди на площади возвышался деревянный помост, на котором сидели музыканты и плясали десятки горожан под энергичную музыку барабанов, скрипки, гармони и флейты.

Вдоль улицы тянулись магазинчики с сувенирами, кафе, заполненные молодыми парочками, книжные бутики, чайные и питейные заведения. Я стянула со своей головы глубокий капюшон, расправила складки платья и направилась к помосту. Как и на набережной, меня окружала толпа. Кто-то стоял и общался, кто-то рассматривал витрины со всякими безделушками, а кто-то летящей походкой пробирался сквозь зевак к реке продолжать веселье там.

Все это напоминало сон. Такие же сны я видела почти каждую ночь, лежа на сырой подстилке жесткой кровати в подвале Шильтэ.

Неужели это все взаправду?

Толпа двигалась мне навстречу, отчего приходилось пробираться вглубь улицы, лавируя между разодетыми дамами и их кавалерами. Засмотревшись на витрину магазинчика, торгующего фарфоровыми статуэтками и посудой, я не сразу заметила мужчину, идущего мне навстречу. Мы столкнулись. Удар пришелся в правое плечо, отчего то заныло. Я перевела взгляд на человека в темной мантии, который уже прошел мимо меня. Его глубокий капюшон закрывал все лицо и волосы. Мужчина даже не обернулся, чтобы извиниться. Однако на несколько секунд остановился недалеко от витрины, сжал кулаки и пошел дальше, скрываясь в толпе пестрых дам, разодетых в цветные шелка.

Как же хотелось крикнуть ему вслед проклятия, но стоило мне открыть рот, как странное чувство накрыло мое тело. Оно напоминало чувство, когда сосет под ложечкой, но только в два, а то и в три раза сильнее. Да и плечо предательски напоминало о недавнем столкновении. Потерев ушибленное место, я еще раз всмотрелась в толпу, но незнакомец растворился, будто дым.

Я дошла до помоста и направилась к деревянной лестнице. Музыканты не прекращали играть энергичную мелодию, зазывая всех, кто стоял у парапетов, присоединиться к веселью. Скинув тяжелый плащ и оголив плечи и руки, я направилась в центр площадки.

Барабанщики начали отбивать новый ритм, после чего остальные музыканты подхватили знакомую им песню. Я совершенно не умела танцевать, но громкие удары и быстрые движения окружающих не отпугивали меня, а, наоборот, вселяли уверенность и азарт.

Я вскинула руки, и те извивались подобно змее, а вместе с ними и туловище. Я позволила музыке нести меня по всему помосту, будто по водной глади. Все движения были грациозные, легкие и плавные. Легкость и веселье наполнили все мое тело.

Дыхание сбилось, а голова кружилась, но я продолжала выгибаться в обольстительных па. Изумрудное платье кружилось вместе со мной. Его легкий подол был подобен волнам Жемчужного моря, который струился по моим ногам и с шелестом ложился на грубое дерево. Я чувствовала счастье, что с каждой нотой разливалось по жилам.

Когда мелодия закончилась, я ощутила одышку и усталость. Отойдя к дальним парапетам, я уперлась локтями и начала восстанавливать дыхание. Во рту было сухо.

Мне срочно нужно что-то выпить.

Я огляделась по сторонам. Меня окружали только питейные заведения, где подавали вино, эль, сидр и медовуху. Спустившись с помоста, я направилась к ближайшему заведению.

На здании красовалась вывеска «Бар моряков». Ну что же, подойдем ближе.

Смех, звуки битого стекла и песни донеслись до меня еще задолго до того, как я оказалась у ближайших столиков. На мостовой раскинулось около двадцати посадочных мест, которые были заняты. Ни одного свободного столика. Сам бар располагался на первом этаже небольшого дома, сделанного из темно-оранжевого кирпича. Окна напоминали иллюминаторы, откуда струился яркий свет десятков свечей. Массивная деревянная дверь с круглым окошком посередине была распахнута и подперта деревянной бочкой. А зазывала, стоявший около нее, пел морские песни и танцевал энергичные танцы. Он напоминал мне матроса: тельняшка свободного кроя висела на его тощей фигуре, черные штаны чуть ли не сползали с талии, а кепка постоянно падала на глаза. Но, несмотря на неудобную одежду, паренек неплохо справлялся со своей работой, заводя все новых клиентов в забегаловку.

Увидев, как я подхожу ближе, парень вприпрыжку подбежал ко мне и поклонился.

– Добрый вечер, красавица! Не желаешь охладиться хмельными напитками или перекусить свежим мясом. Жарим на углях. Просто пальчики оближешь, – замечая мой скептический взгляд и небольшой страх в глазах, зазывала продолжил, – Не бойся, госпожа! У нас весьма интеллигентные посетители, благородные дамы и господа. А еще, видишь того громилу, – парень показал рукой на здоровенного мужика с огромными мускулами и суровым лицом, – Это наш вышибала. Без разбору выкидывает пьяных дебоширов на мощеную дорожку. Заходи госпожа, не бойся.

Парень начал подталкивать меня ближе к двери. Его сладкие речи усыпили мое беспокойство, и я рискнула переступить порог бара.

– Вон смотри, как раз последнее место осталось. Для тебя, госпожа! Располагайся. Скоро к тебе подойдет наша официантка, – зазывала указал на столик, находившийся в дальнем углу около небольшого круглого окна.

– Спасибо! – я повернулась к пареньку и улыбнулась ему, а затем, натянув капюшон на голову, начала пробираться сквозь заполненные столики.

Как и снаружи, бар был заполнен десятками людей. Мужчины и женщины выпивали пиво, эль. Играли в карты или просто общались. Было шумно и душно. Мужской пот перемешивался с запахом женского парфюма, хмеля и жареного мяса. Голоса пытались перекричать громкую музыку. Все это создавало ощущение беспокойства и вызывало у меня головную боль.