Багряный волк
Шрифт:
После этой фразы всё вернулось в прежнее русло и мы на какое-то время забыли об убийствах и Штернах.
Адам с Натали то и дело обменивались колкостями, а я просто молчала, думая о родных и чувствуя себя хуже некуда. А ведь моя семья даже не знает, где я и что со мной. Мне и хочется им позвонить, но и страшно это сделать. Я ведь не смогу вернуться к своей прежней жизни, и у меня также нет желания снова врать, что у меня всё хорошо и я в полном порядке, как и выслушивать новую порцию обоснованной критики моих поступков. Мама то ещё ладно, поворчит и успокоится, но вот с отцом разговор будет сложный. Ещё мне хочется набрать кого-то из подруг, ту же Риту, чтобы хоть немного поделиться с ней тем, что у меня творится в жизни, пусть даже и придётся многое приукрасить и кое-что скрыть, чтобы меня не посчитали сумасшедшей. Вот только я абсолютно уверена, что такой разговор с подругой, построенный на лжи и недомолвках, не принесёт мне желаемого облегчения и спокойствия. Так что же мне делать? Не знаю. Видно придётся и дальше хранить всё в себе.
– Ев-ва, хватит грустить, а то ты своим настроением уже меня заражаешь. – Адам легонько толкнул меня в бок, привлекая внимание, чтобы сразу же после этого всунуть мне в руки две морковки. – На вот, лучше помоги и подумай о чём-то приятном. Например, о вкусном, мясном рагу. Которое мы, как уже видно, нескоро попробуем, если ты не соберёшься, а Нат не будет и дальше делать вид, что она нам хоть чем-то помогает.
– Эй! Я вообще-то мясо порезала. Да и что мне делать, когда ты всё равно перетягиваешь инициативу на себя? То я режу медленно, то почистить ничего не могу. Раз так загорелся готовкой, то сам и готовь. Лучше бы пиццу заказали! – Натали тихо выругалась, этим заканчивая свою тираду, и, вытерев руки, села за стол, снова погрузившись в телефон. – Скажете, когда там можно будет уже есть.
Адам улыбнулся и картинно закатил глаза, вернувшись к зажарке, правда он при этом то и дело бросал на меня заинтересованные взгляды. Я для него словно невиданный зверёк, которого так и тянет потрогать. Надеюсь только, что он не рискнёт распускать руки и мы сохраним то дружеское тепло, которое между нами возникло. Хотя бы до тех пор, пока мне нужна его помощь и крыша над головой.
День закончился довольно неплохо, мы поели, посмотрели весёлый фильм, который хоть немного развеял мрак в моей душе, снова поболтали, но на этот раз на более нейтральные темы. Когда же солнце стало заходить, Натали начала собираться домой, перед отъездом передав мне два пакета, один с одеждой, а второй со всякими необходимыми женскими безделушками, чему я была необычайно рада.
Проигнорировав длинный список испорченного и «ценного» имущества, который зачитал Адам, Натали небрежно махнула на прощание рукой и села в машину.
Ну вот, уехала. А ведь она так и не ответила, приедет ли она завтра или нет. Надеюсь, что приедет, а-то мне как-то некомфортно наедине с зеленоглазым хитрецом.
– Нет, ну она у меня так просто не отвертится.
– Так вся вина на мне. Я сразу же отдам деньги, как только…
– Не говори глупости. Мне тебя навязала Натали и я не упущу такой шанс попортить ей нервы. И не надо делать такую грустную мордашку, мне тебя навязали в самом хорошем смысле этого слова, если можно так сказать. Улыбнись Ев-ва, и не расстраивай меня таким скорбным видом. – Адам выдал одну из своих обольстительных улыбок и по-доброму щёлкнул меня пальцами по носу, заставив этим невинным жестом улыбнуться в ответ. – Вот и умница. Теперь пошли в твою обитель на эту ночь, а завтра, я обещаю, я размещу тебя в лучшей из комнат, как и подобает хорошему хозяину.
Адам проводил меня до гаража, который оказался на удивление чистым и пустым, а о последствиях прошлой ночи напоминали разве что исцарапанные стены. И вот когда он только успел здесь прибраться? Видно он нанял уборщиков, чтобы они навели порядок, пока мы в своё удовольствие проводили этот день.
– Ничего не бойся, всё буде хорошо. Третье обращение пройдёт для тебя ещё легче, главное помни о контроле и постарайся отстоять у волчицы свои границы.
– Спасибо. – Я с благодарностью посмотрела на Адама, поймав себя на том, что помимо настороженности к нему, начинаю испытывать ещё и симпатию. И вот как эти два чувства могут совмещать друг друга, я и не представляю.
Дверь гаража закрылась, отрезая меня от всего мира, и, снова оказавшись в темноте, я почувствовала разъедающее душу одиночество, и тут же обхватила себя руками.
Мне говорили, что я и волчица должны быть едины, как одно целое, но при этом контроль всегда должен быть за мной, но для меня это выглядит чем-то невозможным. Я просто не знаю, как её контролировать, и, что ещё хуже, я начинаю её бояться. Мне уже кажется, что в темноте я вижу гибкое тело волчицы, бесшумно подкрадывающейся ко мне, её пасть приоткрыта, глазницы пустые, а вместо глаз у неё кровавые провалы. Она всё ближе и ближе, я уже чувствую напряжение между нами, вижу, как она сильнее прижимается к полу, готовясь набросится на меня.
Отшатнувшись назад, я споткнулась на ровном месте и упала на пол, тут же отползая к стене и прикрыв голову руками, лишь бы не видеть прячущегося в темноте зверя.
Боже, кажется, я схожу с ума.
Зажмурившись, я почувствовала уже знакомую боль в теле и моё сознание оказалось вновь захвачено волчицей, но на этот раз намного быстрее, чем раньше.
Глава 4
Что мне делать? – это единственный вопрос, который крутился у меня в голове целое утро, и ответ на который у меня все ещё никак не получалось найти.
Адам всячески пытался привлечь моё внимание, но я просто не могла сосредоточиться ни на чём другом, кроме как на своём будущем. Да, эта ночь прошла нормально, если не брать во внимание тот момент, что я снова сдалась зверю. Но зато Адам был прав, и третье обращение далось мне намного легче, чем предыдущие два. Так что, если подумать, то три раза в месяц превращаться в четверолапого не так уж и страшно, главное, чтобы у меня всегда было место, где я смогла бы спрятаться от людей, не опасаясь, что кто-то может случайно услышать ночные завывания моей волчицы. Хотя скрытность от людей, это не самая главная из моих проблем. Сейчас мне надо куда больше опасаться таких же, как и я, то есть оборотней. Да и Рейн говорил, как, впрочем, и Натали, что выжить одной трудно, и мне будет нужен кто-то, кто смог бы поддержать меня в непростой для меня час. Он советовал вступить в стаю, а Натали предлагала вернуться к Маркусу. И да, у меня снова сомнения и я снова не знаю, что же мне выбрать. Вроде бы я уже столько раз склонялась на сторону Рейна, но эти убийства не давали мне покоя. Я не хочу в один прекрасный день получить известие о смерти моих родных. И может быть я просто глупо себя накручиваю и убийце нет никакого дела до моей семьи, хотя бы исходя из того, что я теперь не человек и сама должна соблюдать конфиденциальность, но успокоиться я всё равно не могу.
– Ев-ва, ты ведь знаешь, что мне не нравится, когда ты грустишь. – Адам сел рядом со мной на диван, протянув кружку с горячим чаем и поставив мне на колени тарелочку с пирожными.
И это был уже пятый перекус за это утро. Мне кажется, что он меня откармливает. Я такими темпами скоро из размера s доберусь до m. Другая на моём месте уже не стала бы ничего есть, вежливо отказавшись, ведь но я просто не могу этого сделать. Из-за страха о своём будущем, я ем как не в себя, даже не всегда обращая внимание, что именно я ем. А ведь я даже не чувствовала голод. Да и вообще, порой мне становилось интересно, откуда в доме Адама такой приличный запас еды. Я думала, что такие, как он, богатенькие, всегда питаются вне дома, так что на их кухне мало чего можно найти из съедобного.
– Ну ты чего? Может тебе колбасок пожарить? Они тебе вмиг настроение поднимут. Или, может быть, ты хочешь пельмешки со сметаной? – Адам склонился чуть ближе ко мне, пытаясь поймать мой взгляд, а я в свою очередь машинально от него отстранилась, уже на каком-то интуитивном уровне пытаясь не поддаваться его обаянию. А это с каждым разом становилось для меня всё труднее и труднее.
Я невольно улыбнулась, не в состоянии сохранить серьёзный вид под таким красивым давлением со стороны. Нет, ну он точно задался целью меня откормить.
– Еда мне сейчас не поможет. К тому же я не хочу есть.
– Ага, так я и поверил. Как будто я не знаю, что больше мужчин едят только женщины. И если девушка говорит, что она не голодна, то лучше сразу нести всё, что только есть в доме, особенно, когда она вот так вот хмурится.
– Прости Адам, но это не то, что…
В следующее мгновение произошло то, чего я никак не ожидала. Адам резко схватил меня за подбородок, заставляя повернуть голову, и впился в мои губы требовательным поцелуем. Оказавшись не готовой к такому повороту событий, я так растерялась, что поддалась слабости и мужской страсти, откинувшись на спинку дивана и тут же оказавшись вжатой в неё горячим телом. Руки Адама сжали меня так сильно, что у меня перехватило дыхание, а его язык нагло коснулся моего, пробуждая новые, яркие чувства. Целуя жадно, требовательно, Адам совершенно забыл об одной маленькой детали, которую не смогли удержать мои ослабевшие руки.