Чтение онлайн

Выслушав, Киндаити напомнил:

– Хибия-сан, теперь очередь Мися-тян.

Помощник инспектора сидел молча и злился на себя. Дело в том, что он совсем забыл о телефонном звонке женщины, не доложил о нем своему начальству и не рассказал Кондо. Возможно, сам по себе этот звонок не имеет никакого значения, но это если Цумура со Старой дороги отправился сразу к себе домой…

– Киндаити-сэнсей, может быть, лучше вы будете задавать вопросы…

– Нет, так не пойдет, Хибия-сан. Это ведь ваше дело. Я попрошу вас только учитывать юный возраст Мися-тян…

– Киндаити-сэнсей, при чем здесь Мися? – раздался встревоженный голос Тиёко. Киндаити подумал, что этот вопрос скорее должна была бы задать Ясуко, но, видя, что она не собирается участвовать в разговоре, он без всякого умысла рассмеялся:

– Вот сейчас Сакураи-сан, хотя его здесь и не было, заставил нас засомневаться в нашей версии. Может, и Мися-тян нас поправит. Хибия-сан, пожалуйста.

Помощник инспектора Хибия, поглядывая краем глаза на детектива Кондо, который приготовился делать записи, начал задавать вопросы:

– Итак, Мися-тян, вчера во второй половине дня на Старой дороге ты встречалась с Кего Маки?

Тиёко издала возглас удивления, а Ясуко сурово сдвинула брови. Мися, готовая вот-вот заплакать, запричитала:

– Бабушка, простите меня, простите меня. Мне было так одиноко.

– Не плачь. Тебя никто не ругает. Однако нас интересует, была ли это случайная встреча, или ты о ней договаривалась?

– Никакой договоренности не было. Я пошла на Старую дорогу, чтобы купить книгу. Дядя Маки окликнул меня из машины и вышел из нее.

Отвечая, Мися следила за выражением лица Ясуко, которая отвернулась в сторону.

– Затем вы вдвоем пошли на фестиваль музыки, на выступление Синдзи Цумура?

– Да.

– Кто это предложил?

– Конечно, дядя Маки. Я ничего не знала о фестивале.

– Однако тебе захотелось на него пойти.

– Мне было так одиноко и грустно. Я захотела увидеть дядю Цумура. Он ко мне всегда так хорошо относился.

Мися начала всхлипывать. Тиёко выразительно вздохнула.

– Однако у дяди Маки не было с собой билетов на фестиваль?

– Нет.

– Что сделал тогда дядя?

– В то время мимо проходил какой-то мальчик. Дядя попросил его съездить за билетами.

– Дядя давал ему ключи?

– Да. Билеты были у него в студии, и дядя дал ему ключ от студии.

– У дяди был только этот ключ?

– Нет, у него было много ключей, которые висели на металлическом кольце. Он снял только один ключ.

– И что вы потом делали?

– Мы зашли в кафе «Дзиро» и пили чай. Потом этот мальчик принес билеты.

– Когда мальчик вернул ключ, что с ним сделал дядя? Он надел его на кольцо?

Мися с удивлением посмотрела на помощника инспектора. Слезы у нее высохли, и, немного подумав, она ответила:

– Ключ дядя положил в карман брюк. – Она показала на то место, где находится кармашек для часов.

Мися подтвердила предположения Киндаити. Было видно, что помощник инспектора устал больше, чем Мися, его лоб покрылся капельками пота.

– Затем вместе с дядей Маки ты поехала в «Хосино-онсэн». И что же там произошло?

– Я хотела послушать музыку, но ничего не получилось. Музыка исполнялась только вечером, а днем было обсуждение. Но я все равно получила большое удовольствие.

– Вот как. Что ты делала?

Мися мельком взглянула на бабушку и затем, шаловливо втянув голову в плечи, сказала:

– Я играла в патинко. [9]

Коскэ Киндаити невольно прыснул от смеха. Он вспомнил, что в лобби-баре «Хосино-онсэн» стояли автоматы для игры в патинко. С нежностью взглянув на Мися, он спросил:

– Ты впервые играла в патинко?

– Да. Дядя Маки сказал: «Попробуй поиграй», – и дал мне шарики. Сам дядя очень хорошо умеет играть. Он может выиграть сколько угодно шариков.

– А как получалось у Мися-тян?

– Ничего не получалось. Я только проигрывала.

– Мисяко! – с упреком в голосе сказала Ясуко.

Мися сразу сделала плаксивое лицо, а затем с вызовом посмотрела на Ясуко.

– Бабушка, простите меня. Но мне уже шестнадцать, и я хочу попробовать делать то, что делают обычные люди.

– Обычные люди в патинко не играют.

– Извините за откровенность, но, когда я учился в школе, я иногда пропускал уроки, играя в патинко, – сказал Тэцуо.

– В патинко и я играю, – пришел на помощь Кадзухико.

– Но ведь вы мужчины.

– Баба-тяма, я тоже играю в патинко. Тэцуо меня приучил. Когда он договаривался со мной о свидании, то местом встречи всегда назначал зал для игры в патинко. Если попробовать поиграть, можно этим увлечься. – Сказав это игривым тоном, Хироко, похоже, об этом пожалела и добавила упавшим голосом: – Жаль, что Мися-тян не ходит в школу.

Киндаити сразу среагировал на это замечание:

– Мися-тян не учится в школе?

Он ожидал, что Ясуко ответит, но та сидела с суровым лицом, крепко сжав губы. Тиёко ничего не оставалось, как самой ответить на этот вопрос:

– У ребенка слабое здоровье, в детстве она болела астмой. Во втором классе у нее было много пропусков, поэтому она была вынуждена остаться на второй год. Бабушка, пожалев, забрала ее из школы и стала заниматься с ней дома. Бабушке приходится тратить на это много усилий.

Киндаити провел рукой по своим взъерошенным волосам и попросил помощника инспектора продолжать.

– Мися-тян, после игры в патинко ты встретилась с дядей Цумура?

– Пришел дядя Цумура, увидел меня и очень удивился. Но потом обрадовался, похлопал меня по плечу, сказал, что я хорошо сделала, что пришла. Дядя Цумура всегда хорошо относился ко мне, и дядя Маки тоже.

– А как к тебе относился дядя Акуцу? – спросил Киндаити.

– Дяде Акуцу Мися обязана жизнью.

– В каком смысле?

В разговор вмешалась Тиёко:

– Это было, когда мы с Акуцу еще были вместе. Мися надо было сделать переливание крови, и у нее с Акуцу оказалась одна группа. Он отдал ей свою кровь для переливания.