Чтение онлайн

— Уйдя из мира, она оставалась все так же голодна, но вокруг были лишь камни, и вскоре ничего не осталось делать, как жрать саму себя. Мы лишь подбираем то, что от нее осталось. Те, кто пришли сюда сотни лет назад, поначалу, наверно, даже не догадывались о силе, которая противостоит им, — Оин налил себе третью кружку пива. И вот тогда Балин прошептал:

— Какими же силами владели наши предки?

Улыбка тронула губы Оина, и он продолжал дальше:

— А может быть, и догадывались. Может быть, Дарин именно поэтому привел сюда свой народ. И он не сражался со злом, но смог его победить…

— Но ведь мы проиграли! — воскликнул Балин.

— Вот уж нет! — с такой же горячностью закричал в ответ Оин. — Я с радостью, вопреки твоему приказу говорю это слово — «нет». Потому что мы выиграли! Да, пусть говорят что угодно, но та битва осталась за нами. А сил она отняла столько, что в последней схватке не уцелел никто.

— О чем ты говоришь? — глаза Балина сверкали. — И почему говоришь так поздно, когда мы уже здесь и нас окружают стены, пропитанные древним злом?

— Злом? Что ты знаешь о зле, друг мой?

— Зло погубит нас!

— В стенах нет зла!

Друзья замерли, глядя друг на друга.

— Почему ты так считаешь? — чуть спокойней спросил Балин.

— Но это же глупость — считать, что зло существует. Посмотри вокруг себя, — Балин невольно окинул взглядом голые стены. Перехватив его взгляд, Оин продолжал:

— Если бы я был мастером кисти, то я бы раскрасил эту комнату всеми цветами радуги, создал бы настроение, и передал бы мысли, владеющие истинным художником. Но что бы сделало твое Зло? Стерло бы мой рисунок? Но стена-то останется — не злая и не добрая, просто серая стена. Понимаешь?

Балин поднял взгляд на Оина. В какое-то мгновенье Государь Мории почувствовал, что истина витает где-то рядом, еще недоступная, но уже почти осязаемая.

— Зло может разрушить стену…

— …останутся камни…

— Оно сотрет камни в порошок и ничего не останется…

— …даже этого самого «зла». Но стоит в пустоте появится хоть одному ростку, как добро победит… потому что зла уже не будет…да и не было его никогда, — уже рассмеялся Оин. — Наши предки наполнили эти залы своим искусством. Посмотри, выйди за дверь, здесь же работа тысяч мастеров! Древние фрески, колонны и мосты, барельефы и потолки — здесь все заполнено любовью и трудом. Я слышал в тишине нижних горизонтов песню молотов. Отдыхая среди гробниц, я чувствовал, как бьются сердца древних мастеров. Я смеялся в ответ детскому смеху в темноте переходов. Унголианта отступала, наш народ заполнял собой ее Бесцветье, превращая Ничто и Серость в красоту.

Балин вздрогнул. Ведь он тоже слышал детский смех и работу молотов во тьме Бездны…

— Тогда она решила дать бой, — продолжал Оин. — Она породила чудовищ и монстров, воплотила себя в черных тварей. Она стала сущностью, победила и сейчас же проиграла. Так перестает существовать тьма, когда зажигается свет… Твари, что бродят сейчас во тьме глубин Мории вполне смертны, в отличие от того существа, которое породило их. Я был здесь пять лет назад, и тогда гадов было гораздо больше. Видимо, они потихоньку поедают друг друга. Об этом и рассказал мне пленный орк, да я и сам видел… Смертельной опасности больше нет. Со всеми остальными справится мой топор, — усмехнулся Оин.

Балин с облегчением вздохнул. Он вдруг понял, что Неистовый не бредит безумными догадками, и все, что он только что рассказал — правда. От этой мысли Балину стало легче дышать. Он почувствовал, что задача, которую он взвалил на свои плечи, стала легче и как-то… светлее. Тысячи его сородичей, цари и князья, именитые мастера и простые молотобойцы, резчики и строители — все они, зная что живут на бочке с «драконьим дыханием», все равно творили и созидали, понимая — только в этом спасение. Они приняли на себя удар неведомого и абсолютного зла, проиграли и, ни смотря ни на что — победили. Они знали, что рано или поздно, он, Балин, придет сюда…

— Ладно, я пойду, — сказал вдруг Оин. — Тем более что пиво кончилось.

— Послушай, — заторопился Балин. — Я тут на досуге решил, что тебе стоит стать стражем Ворот. Это не просто. Справишься?

— Справлюсь, — проворчал Оин.

— Отлично, — просветлел лицом Балин.

— Слушай, у тебя такой роскошный подсвечник, куча свечей, а зажигаешь всего одну? Как в склепе у тебя тут, — говорил Оин, засовывая за пояс топор.

— Так я спать собирался, — ответил Балин.

— У самого золота и мифрила на пару королевств, а свечи бережет, — брюзжал Неистовый.

— Бережливость, вообще-то, к лицу каждому, — проговорил Балин, закрыв дверь за Оином. Государь Мории быстро разделся и нырнул под одеяло. Умеет таки Оин сюрпризы преподносить, — была его последняя мысль перед тем, как провалиться в теплую темноту…

Всю ночь Балина мучили кошмары. Ему снилось орки и тролли. Они лезли к нему уродливыми мордами, что-то кричали и смеялись. Зато проснулся Государь Мории с четким планом, что надлежит сделать с пленными.

Балин быстро оделся, перекусил в Обеденной зале. Оина он нашел около Морийского рва, увлеченно о чем-то беседующего с близнецами Лони и Нали.

— Здравствуйте, — поздоровался Балин со всеми. — Оин, у меня есть дело к твоим оркам.

— Они не мои, — глухо отозвался гном.

— На время поручаю их тебе, — без тени усмешки продолжал Балин. — Они станут нашими гонцами.

— Кем-кем? — не удержался Лони. Нали тоже прыснул в кулак.

— Они станут нашими гонцами к владыке Мордора, — серьезно повторил Балин, одарив близнецов гневным взглядом. Те сразу замолкли.

— Они отнесут Саурону мое предложение о мире, — говорил Государь Мории. — Это даст нам возможность выиграть время. Я пообещаю ему, что не буду трогать его слуг на севере Мглистых гор, и не стану больше расширять свои владения. Мории нам вполне достаточно. Кроме того, я напишу ему, что согласен платить дань…

— Дань? — вскричал Оин. — Да я…

— Не беспокойся. Никакой дани, понятное дело, не будет. Но таким образом мы можем обмениваться послами и посланиями до бесконечности. Я слышал, роханцы так и поступают. Вот уже в течение десятилетий между ними и Мордором идет переписка на счет знаменитых роханских коней. Но, насколько я знаю, еще ни один конь не был отправлен к Саурону.

Балин произнес это имя — Саурон — уже дважды в разговоре и не почувствовал того сковывающего страха, который испытывал раньше. Государю Мории не пристало бояться врагов — твердо решил гном. Пришло время смотреть опасности в глаза — решительно добавил он про себя.

— Да они выйдут из Ворот, порвут письмо, и разбегутся в разные стороны, — фыркнул Нали. — Знаю я этих тварей. Только и делов им, что послания разносить…

— Вот поэтому, — Балин повысил голос. — Я и собираюсь поручить Оину подготовить их.

Неистовый яростно фыркнул:

— Подготовить? — рыкнул он. — Да я их на сковороде подготовлю!

— Слушай меня, — тихо сказал Балин, и Оин сразу умолк. — Ты возьмешь три полосы хорошо закаленного железа и украсишь их древними рунами, гномьей вязью и даже золотом. А потом сделаешь оркам из этих полос такие ошейники, чтобы снять их можно было только с головой. Я думаю, их соплеменники будут очень заинтересованы, откуда у трех морийских орков взялись такие украшения. Поэтому гонцам придется…, - Балин выделил последнее слово, — …придется добраться до Саурона с нашим посланием.