Баллада о Рыцаре. Шагнуть за ворота
Шрифт:
Вообще наблюдать и делать выводы – было любимым занятием любого уважающего себя барздука помимо ежевечернего потребления грибного эля, конечно!..
Следующие два уровня ничем не отличались от первого. Все те же брошенные орудия труда и ни одной живой души.
Переходы между уровнями представляли собой сложную систему косых штреков, пересекающихся друг с другом под разными углами. Чем ниже приходилось спускаться, тем неудобнее это становилось делать. Либо гномы совсем не ценили комфорт, либо Дуальд, как и обещал, вел их самой короткой дорогой. А самая короткая не значит – самая лучшая…
– Четвертый уровень, – прошептал гном, когда наконец после нескольких часов трудного спуска компания выбралась в очередную пещеру. – Червя видели неподалеку…
Этот уровень сильно отличался от верхних. Джек поначалу не понял, в чем именно заключалось это отличие, но, присмотревшись внимательнее, он подскочил от изумления.
Круглые дыры в стенах, что он принял поначалу за очередные туннели и штреки, носили ясные следы огромных зубов, кто-то прогрызал здесь себе дорогу, не заботясь о поиске уже проложенного пути. Из дыр тянуло холодом и неприятным, гнилостным запахом.
– Я чувствую чье-то присутствие неподалеку, – так же шепотом ответила Дарина. – Червь где-то рядом!..
– Он рядом, я тоже его чувствую, – погрустнел Дуальд. – Это его смрадный запах пропитал все вокруг!
– Да, воняет изрядно, – согласился Калеб.
– Пятый и шестой уровни нами еще очень плохо освоены, путь туда будет трудным. Но поблизости нет другой столько крупной пещеры. Только там.
– Значит, нам туда, – лаконично ответила Дарина. – Только мне необходимо время от времени останавливаться, иначе ничего не выйдет.
– Хорошо, – согласился гном. – Будем останавливаться…
Путь к шестому уровню показался для Джека вечностью. Если раньше дорога казалась тяжелой, то теперь она стала просто невозможной. Неутомимый гном шестым чувством отыскивал узкие лазейки и упорно вел группу к цели. Джек уже не сомневался, что никогда им не выбраться из этих гор, а их кости будут гнить здесь до скончания веков, если только очередная подземная тварь не решит ими полакомиться. Пару раз гном застревал, но, обдирая плечи, все же протискивался дальше и дальше.
Как глубоко они уже опустились, Джек не знал. Он полностью перестал ориентироваться, лишь только каждой клеточкой тела постоянно ощущал тот слой камней, земли и всего остального, что отделял его от поверхности. Он в сотый раз себе поклялся, что ни за что на свете никогда больше не спустится под землю. Пусть тут живут гномы – они к этому привычны, им это нравится, а он всего-навсего человек, а люди живут на поверхности! Джек очень любил смотреть вверх, где в синем небе плывут кудрявые облака, принимая самые различные формы, или просто вперед, где просторы бескрайне широки, где днем светит солнце, а ночью тысячи звезд устилают небо, освещая все вокруг. Там его место, а вовсе не в этих мрачных, темных туннелях, где боишься лишний раз повернуться боком, чтобы не застрять.
Гном все кряхтел впереди, прокладывая путь, которому не было видно ни конца, ни края. Временами, по просьбе принцессы делали краткие остановки.
В такие моменты Дарина подбирала небольшие камешки, поглаживала их, что-то мурлыча себе под нос, а потом осторожно укладывала их обратно на каменный пол. В чем суть этих действий, не понимал не только Джек. Калеб было поинтересовался, зачем ей камни, но принцесса ничего не ответила, полностью погруженная в свои тихие напевы.
Джек, который уже повидал гордую девочку во многих переделках, понимал, что зря она делать ничего не будет. Дарина что-то задумала! И, хотя она и не спешила поделиться своими мыслями с остальными, сам этот факт уже очень утешал. Джек верил всем сердцем, что принцессе подвластно все, и готов был доверять и подчиняться ее воле без единого слова!
Крис был настроен так же, как и Джек, и лишь один Калеб, который еще плохо знал о скрытых талантах принцессы, недоуменно хмурил брови, пытаясь постичь суть ее действий. А гном наблюдал!
Джек не поверил своим ушам, когда, наконец, Дуальд объявил:
– Шестой уровень! За эти поворотом выход в пещеру. Прибыли…
Гном не обманул. Пещера, в которую они попали, была большой, хотя и не могла сравниться размерами с верхней, где находился город. Джек при всем желании не мог оценить ее истинные размеры, света, излучаемого коробочками, хватало лишь на то, чтобы охватить самую незначительную ее часть, но Дарина была довольна.
– То, что надо, здесь воробью будет где развернуться!
Калеб покосился на нее, сомневаясь, не сошла ли принцесса с ума.
– Туда, нам надо в центр!
Она первая сорвалась с места и чуть не бегом понеслась вперед, ловко огибая крупные камни и сталагмиты, тысячами росшие из пола. Крис бросился за ней, не желая и на несколько секунд оставлять ее без защиты. Гном переглянулся с принцем, оба синхронно пожали плечами и отправились следом. Джек плелся позади всех, недоумевая, каким образом каменные сосульки могли расти снизу вверх.
Дарина остановилась в удобном месте, со всех сторон окруженном крупными валунами, и подозвала остальных.
– Скоро сюда приползет червь, – сказала она уверенным тоном. – Чтобы не погибнуть от тумана, я создам купол, наполненный чистым воздухом. В него туман не проникнет. Кто выйдет за пределы купола – пусть пеняет на себя. Все понятно?
– А с чего ты взяла, что червь приползет? – заинтересовался гном.
– Увидите, уважаемый. Самое главное – это не выходить за купол! А остальное я беру на себя!
– Очень, очень самоуверенно, – прошептал себе под нос Дуальд. – Что ж, посмотрим…
– Сейчас попрошу меня не отвлекать. Я должна сосредоточиться…
Дарина подняла руки вверх и закрыла глаза. Несколько минут она просто стояла, сплетая из пальцев замысловатые фигуры, а потом негромко запела:
Мои маленькие слуги, измените свою суть,Пусть связующею нитью вы покажете нам Путь!Привлеките тварь, пусть ползет!Ей не место в мире – пусть умрет!Джек, заслушавшийся мелодичного голоса принцессы, вдруг посмотрел назад, туда, откуда они только что пришли, и не поверил своим глазам. Пол, до того имевший обычный серо-бурый цвет, внезапно преобразился.
Сквозь камень постепенно, словно рождаясь, стал проявляться иной, сотканный из множества отблесков, оттенок. Джек еще не успел сообразить, что бы это значило, как Дуальд восторженно воскликнул:
– Великая жила!
Гном чуть было не бросился назад, так хотелось ему пощупать все своими руками, но Калеб удержал его на месте. Барздук встряхнул головой, будто отгоняя морок, но жила не пропадала, она струилась по полу, оканчиваясь у ног Дарины.