Чтение онлайн

Капитан Бьенгу и члены экипаж «Воланда» посредством центрального пульта управления кораблем полностью контролировали процесс погрузки-разгрузки на всем протяжении этого процесса. С момента прибытия любого грузового или гибернационного контейнера на земной склад он сразу же попадал в зону внимания и зону ответственности грузового корабельного стюарда, третьего помощника капитана, и его команды.

Именно стюард контролировал очередность доставки груза на планетарную орбиту, которая осуществлялась автоматическими шатлами, и его последующего размещения в грузовых и транспортных трюмах корабля. В зависимости от груза, грузовой трюм обволакивался специальным защитным полем от космических излучений. Когда погрузка заканчивалась, то легкая броневая обшивка возвращалась на свое место. К тому же каждый грузовой контейнер имел свой собственный супер маленький гравитационным двигатель Зайчковского-Уилсона, который имел ограниченный запас энергии, но был достаточно мощным для того, чтобы в случае необходимости по автоматическому приводу самому подняться в космос или приземлиться на поверхности любой планеты. Но обычно эту работу, подъем на орбиты и возвращение на планету, доверяли автоматическим и беспилотным орбитальным шаттлам.

«Воланд» давно уже должен был находиться в пути к созвездию Лебедя к белому гиганту Денебу, который от Земли находится на расстоянии в полторы тысячи световых лет, но до сих пор бесцельно дрейфовал на нижней земной орбите и капитан транспортника понятия не имел, когда его корабль отправится в путь. За год своего внутрикорабельного времени его корабль должен был покрыть это невероятно большое расстояние до Денеба, совершить пять гиперпространственных прыжков.

Но прибытие неизвестно где пропадающего контейнера постоянно задерживалось, вот и приходилось капитану и экипажу «Воланда» куковать на земной орбите. По словам дежурного офицера главного штаба военного командования Марса, эта задержка произошла по вине главного штаба военного командования Земли, который поленился проверить, был ли этот контейнер вовремя отправлен на Марс. Причем, в разговоре с капитаном «Воланда» армейский майор, дежурный офицер по штабу, не извинился перед капитаном тяжелого транспортного корабля и не посчитал должным его проинформировать о том, когда же этот проклятый контейнер прибудет с Земли.

Капитан Бьенгу в момент разговора с дежурным офицером марсианского военного штаба, думал о том, что армейские офицеры всегда были грубыми и необразованными людьми в то время, когда флотские офицеры были хорошо воспитаны, образованы и тактичны.

Экипаж «Воланда» устал без дела болтаться на земной орбите, у него все уже было готово, чтобы, загрузив последний контейнер, стартовать к Денебу. Транспортник был уже загружен батальонной военной техникой. Получив гибернационные уколы, пополнение в тысячу рядовых и унтер-офицеров уже находились в своих гибернационных саркофагах, жизненные процессы их организмов были замедленны, они «спали».

С этими мыслями капитан Бьенгу, капитан армейского транспортного корабля «Воланд», поднялся из командирского кресла капитанской рубки и, кивнув головой дежурному вахтенному офицеру, отправился в свою каюту. К сожалению, сложилось так, что его экипаж, а это сто сорок матросов и старшин, стал заложником чьей-то ошибки и сейчас был вынужден бесцельно болтаться на орбите Марса, ожидая у моря погоды. Капитан-лейтенант Гудков, старший помощник капитана, некоторое время смотрел в спину капитана, и когда диафрагма двери за ним лепестками сомкнулась, повернулся лицом к вахтенным матросам и старшинам. В этот момент капитан-лейтенант мрачно размышлял о том, что вынужденное безделье заставляет капитана Бьенгу все свободное время проводить на капитанском мостике, действуя на нервы ему и вахтенным, не позволяя матросам и старшинам даже на секунду отрываться от экранов и мониторов своей аппаратуры, имитируя загруженность работой. Но только капитан-лейтенант Гудков собрался дать общую команду «вольно», чтобы позволить вахтенным матросов время от времени отрываться от работы и подниматься с рабочих мест.

Но в этот момент на центральном мониторе пульта управления кораблем тревожно замигала большая красная точка, тревожно загудел зуммер общего предупреждения. Корабельный ИскИн бодрым голосом сообщил, что служба наземного складского терминала сообщила о прибытии в адрес корабля специального контейнера. В этой связи она просит разрешения для отправки этого контейнера на орбиту обычным орбитальным шаттлом, а также подтверждение готовности его приема на борту «Воланда». Каплей Гудков, хорошо помня о том, что капитан Бьенгу отдыхает, но он с таким нетерпением ожидал прибытия этого контейнера. А также то, что его третий помощник Готфрид занят на Марсе и вернется на борт только через два часа, а именно он должен был заниматься приемкой любого груза. Поэтому каплей решил их обоих не дожидаться и самому заняться не свойственной ему функцией приема на борт корабля груза. Он наземной службе складского комплекса отправил официальное подтверждение о своей готовности принять на борт этот чертов самостоятельно путешествующий контейнер.

На всякий случай каплей Гудков все же связался с капитаном Бьенгу и проинформировал его о контейнере с Земли и о своей готовности принять этот контейнер на борту «Воланда». Капитан прохрипел что-то удовлетворительное и отключился.

В этот момент по общему каналу связи уже слышался знакомый голос майора из главного штаба военного командования Марса, который безмятежным голосом сообщил о том, что через десять минут «Воланд» может принять этот чертов контейнер. По голосу майора было понятно. Что и он рад тем обстоятельством, что еще одна проблема сама собой слетела с его плеч. Капитан-лейтенант Гудков в душах снова только чертыхнулся по поводу того, какие же эти армейцы скоты, предупреждать о прибытии контейнера, которым они уже занимаются. Только он отключил связь с майором, как бортовая служба погрузки сообщила о том, что в этот момент автоматический орбитальный шаттл состыковывается с «Воландом». Через мгновение этот же голос поинтересовался:

— Капитан-лейтенант, просим сообщить, а в какой трюм пойдет этот контейнер?

Каплей Гудков не видел и не мог видеть сопровождающих документов этого контейнера, поэтому, не мудрствуя лукаво, ответил:

— Да в любой свободный трюм парни. Мы и так слишком долго носимся с этим контейнером.

В темноте космического пространства ни каплей Гудков, ни боцман погрузочной команды не могли видеть, что этот контейнер был ярко-красной окраски. Любому человеку, когда-либо имевшего дело с погрузочно-разгрузочными работами, было хорошо известно о том, что красный контейнер несет гибернационные саркофаги с замороженными людьми. Боцман Маркин, в данный момент контролировавший процесс загрузки контейнера, также хорошо знал об этом правиле. Но он в черноте космического пространства он не видел его цвета и к тому же имел на руках соответствующий приказ старшего по званию офицера, поэтому дал указание погрузчикам дроидам, поместить контейнер в девятом трюме и проконтролировал выполнение своего приказа.

Тут же броневая обшивка прикрыла этот трюм, теперь до конечного пункта назначения с грузом этого трюма ничего не будет происходить, он только будет находиться под строгим наблюдением контрольно-измерительной аппаратуры транспортного корабля.

Эта ночь для Темьяна превратилась в ночь сплошных кошмаров. Под утро он уже не разбирал, что ему снилось или что на деле было явью. Как только капрал Темьян закрывал глаза, чтобы заснуть, как открывалась дверь камеры полковой гауптвахты и в камеру заходил капитан Зарк. Темьян плотнее сжимал веки глаз, чтобы притвориться, что он крепко спит, но капитан подходил к кровати и, положив руку ему на плечо, будил капрала. Капрал Темьян вскакивал на ноги и тянулся в струнку перед капитаном Зарком, но тот ему только говорил:

— Зачем вы, капрал Темьян, это делаете и так тянитесь передо мной?! Ведь я, Темьян, не строевой офицер и не сумею по достоинству оценить уровень вашей строевой подготовки. Я пришел к вам, капрал, чтобы переговорить тет-а-тет по очень сложному и важному для нас обоих вопросу.

Капрал Темьян все еще находился в сонном или в сумрачном состоянии, сон и явь все еще переплетались у него в голове. Он еще не так уж хорошо соображал, но усилием воли постарался свой рассудок привести в порядок, чтобы поговорить с капитаном особистом. Тем более в армии не принято отказывать в просьбе старшего по званию офицера, тем более, когда капитан контрразведчик обращается с просьбой к какому-то капралу.

Темьян и не отказал и не подтвердил капитану Зарку свою готовность к разговору, он только попросил у капитана разрешение на то, чтобы привести себя после сна в порядок. Утвердительно кивнув головой в ответ на просьбу капрала, капитан Зарк развернулся и направился к столу, на котором стояла кофеварка. Когда капрал Темьян, умывшийся и побритый, снова появился в камере, то капитан, удобно расположившись в кресле и, держа в руке небольшую чашечку, попивал кофе. Увидев капрала, он подбородком показал ему на другое кресло, предлагая капралу в нем устраиваться. Из чувства противоречия капрал Темьян первым делом подошел к кофейнику, выбрал самую большую кружку, бросил в нее три ложечки растворимого кофе, налил немного кипятку, а затем до краев эту кружку наполнил молоком. С кружкой молочного кофе в руках он расположился в указанном кресле, приготовившись к длинному разговору.

Капитан Зарк дождался момента, когда капрал Темьян сделает первый глоток кофе, и произнес:

— Наша служба внимательно изучила предоставленную вами видеозапись, по всей очевидности, сделанную во время разведывательного поиска. Вывод специалистов был краток, запись оригинальная, без монтажа. Если принимать во внимание эту видеозапись, то все то, что вы нам рассказали, является истинной правдой. Но в тот момент, когда к нам поступила первая информация о вашем разведывательном поиске, наша службы тут же сформировала аналогичную команду, которую мы пустили по следам вашего отделения. Она имела аналогичную вашему боевое задание, установить месторасположение мотострелковой роты и найти место падения штурмовика. ИскИн твоего тактшлема выдал нам точные координаты этих двух мест.