Чтение онлайн

Артем достал телефон и сделал фото и машины, и номера, и туманок (перекуп следил за его трудами несколько недовольно, но молчал). На просьбу показать птс достал потертую, но целую голубоватую бумагу в прозрачной пленке. Артем отснял и ее, и только потом вчитался в список владельцев.

Его словно ткнули кулаком в ребра. Он перечитал список снова и понял, что не ошибся. Куплен за полгода до того далекого сентября, продан почти через год после. ФИО владельца.

СТАВЕР ИРИНА ЮРЬЕВНА.

Он жестом подозвал Ангелину, дал прочесть. Она некрасиво дернула шеей, достала свой "айфон", сделала пару фото и произнесла:

— Какие совпадения к дьяволу. Поехали отсюда. К отцу.

Перекуп проворчал что-то на "спасибо, нам с ней надо еще подумать" Артема. Похоже, чутье барыги его предупредило — не поверил. И правильно.

У своей Киа Ангелина позвонила, о чем-то тихо переговорила и сказала, давая отбой:

— Поехали, тут недалеко ресторанчик для своих, он будет там через полчаса. Там безопасно.

Они докатили быстро, правила Ангела уверенно и четко.

4

"Таежная заимка" за высоким стальным забором была из тех мест, где скромно собираются люди при огромных деньгах. Перед симпатичным бревенчатым домиком со светлым крыльцом стояла пара машин ценой в пару таких коттеджей каждая.

Они поднялись по застеленной красной дорожкой деревянной лестнице, Ангелина небрежно кивнула дюжему охраннику в безупречном костюме, взяла Артема под руку (он на мгновение ощутил себя Золушком на балу) и провела в отдельный маленький зал. С лебедями, с чучелами, в основном таежных птиц, впрочем, возле входа стоял на задних лапах, открыв шелковую алую пасть, вечный узник дурного купецкого вкуса — чучело медведя. Столь же неизбежно под дощатым потолком на цепях вместо люстры висело грубое тележное колесо с хрустальными плафонами по ободу.

За массивным столом светлого дерева, на обитой синим бархатом скамье, их ждал Ставер. В деловом костюме, похоже, с какого-то заседания или подписания. А на столе — северные и сибирские закуски, моченые, копченые и вяленые, но — без алкоголя, только клюквенный морс в стеклянных кувшинах.

Ставер сделал приветственный жест. Сказал:

— Милости прошу к шалашу. Знаю, ужасно пошлое местно, но было ближе всего. Иностранцам зато нравится.

— Он совладелец, — пояснила Ангела, оглядываясь недовольно.

Артем поздоровался, мысленно пожал плечами и вспомнил слова старого крестьянина: только то наше, сынок, что в брюхо попало! Так что сел на мягчайшую скамью, налил тяжелый стакан морозного стекла, начал жевать по кусочку с каждой тарелки (вкусно, даже весьма) и слушать.

Девушка плюхнулась изящным задом на бархат, щелкнула пальцами как завзятый покерный игрок, и спросила:

— Получил фото пэтээски? Ну и соу вот? Тетя Ира?

— Получил. — он обратился к Артему, — Ира это моя ээ…как там… невестка. Бывшая жена Федьки. Они разошлись лет… уже семь назад, детей не было. Спокойно разошлись, без скандалов. У меня остался ее номер, думаю, может позвонить?

— А если… спугнешь? — Геля цапнула с тарелки копченой маралятины и запустила в темное мясо белыезубы. Они с Артемом с утра не ели. — Черти что. Я ее помню-то плохо. Рыженькая такая, да? Я вроде в Тае с друзьями была, когда они женились. Ну причем тут она?

— Знаете, коллеги сыщики, — сказал Артем, прожевав кусочек мороженого муксуна, — рассуждая логично, вряд ли она, если причастна, в курсе, что мы теперь взяли след. Можно ведь позвонить ей… ну скажем про их с мужем имущество, мол, Федор сейчас недоступен, а надо уточнить, как они разделили то и се, в том числе и машины. Иск там какой всплыл к бывшему. А?

— Пожалуй, — сказала Ангела.

— Пожалуй, — согласился ее отец и достал айфон. — Включу громкую связь, так что тихо, как мышки.

Он положил аппарат на стол.

Пара гудков, потом трубку взяли.

— Ирина? — Ставер поднял палец, — Ирочка, доброго здоровьица, это Андрей, Федин брат. Ну, твоего бывшего. Ага, прости что беспокою. Ты где сейчас?

— Привеет, Андрей, — сказал приятный женский голос и фыркнул, Артему представилась уютная рыженькая пампушечка. — Да я в Индии уже третий год, представляешь. Фрилансером на Гоа. Намасте![11] А то смотрю, кто-то по русской симке. Как там Федор?

— Федор сейчас в Штатах, не могу созвониться, тут кое-какие старые документы всплыли. Ничего серьезного, но налоговая может прикопаться. Хочу помочь. У вас при разводе как имущество поделилось? Недвижка, машины там? У вас же вроде кроме бээмвэ что-то было из авто? Кажется, джип еще?

— Ой, да ничего такого особенно, — сказал голосок, — у меня еще от родителей хорошая квартира была до брака, понятно, мне осталась, я ее удачно продала потом, у него коттедж на Веснянке, где мы жили, я не претендовала вообще-то. Бээмвэ был его, я же машину вообще не вожу, ну ты не помнишь. Он еще на меня какой-то Ленд Крузер записал. Сказал чисто формально, за долги ему это Крузер слили. А мне не надо даже помнить что и как. Да я тот джип видела пару раз. Он у него в гараже стоял. Я ему доверенность выписала у нотариуса и все.

— Вы ведь не спорили за имущество?

— Ой, Андрюш, ты же Федьку знаешь. Золотой мужик, хоть и безбашенный. Он мне столько оставил, я б могла вообще не работать, на диване лежать. Ты его очень не ругай как дозвонишься, передавай от меня привет. В смысле денег по любому я на него не в обиде. Он там не женился на американке?

— Он не говорил, наверное, не женился, — в голосе Ставера прозвучала почти натуральная улыбка, — спасибо, Ириш, я передам.

— И Ангелечке от меня передавай привет, а то я совсем забыла. Она не замужем? Красивая выросла?

— Н-нет пока. Очень красивая. Ну счастливо, у меня вторая линия, прости.

— Алвида![12] Пока-пока!

Ставер нажал отбой, поглядел на них и сказал:

— Вот такой кускус однако. Дети мои.

— Не верю я, что она врет, — произнесла Ангела, — так сыграть что обо мне не знаешь…

— Я тоже не верю, — признался Ставер, — я помню, она и правда машину не умела водить. Федор везде ее возил, еще посмеивался, мол, надежно, от меня не уедешь. И ничего что учиться боишься, я на что. Так-то они дружно жили.

— А почему разошлись? — спросил Артем.

— Федор такойчеловек… любимец женщин (отец точно повторил слова дочери), вроде была там у них история с изменой. Может и не одна.

— С кем?

— Не знаю. Не могу поверить, что он… причастен. — Ставер потер усталые глаза, — Думаешь?

— Думаю, надо уточнять. Тут не Англия, копать нужно глубже.

— Может, съездить к нему? — сказала Ангела. — Ну свой коттедж же он не продал, когда уехал. Ключи кому-то оставил? Мы родня, не твари дрожащие, право имеем.