Чтение онлайн

Крякал неправильный Зигфрид, так как особо с кляпом во рту не поговоришь и, что характерно, не заорёшь. Немного ласково побив гада по щекам, принудил его к тишине и позвал Славу. Он специалист разгадывать невразумительные речи и раскалывать языков до пятой точки. Но парень быстро приходил в себя. Когда подошел Банщик парень уже взял себя в руки. Когда мы стали с ним разговаривать он попросил развязать его. Развязали, а дальше и вообще сварили кофе и пили его с коньяком уже все вместе.

Это был совершенно неординарный человек. Звали парня Мухаммедом. Родом он был из Сирии, конечно знал и Коран, и арабский язык, только он не был фанатичным мусульманином. Он был младшим сыном зажиточного торговца пряностями и специями. Бизнес семьи насчитывал не менее двухсот лет, если верить записям, но только подделывать записи никому в голову не приходило и не верить им смысла не было вовсе. Семья дала ему не плохое образование и потом парень уже боролся с жизнью сам, как мог. Так было заведено в семье. Всё передавалось всегда только старшему сыну. С помощью отца он уехал продолжать образование в Германию потому, что только образование могло ему помочь в жизни.

К апрелю сорок первого года, когда англичане под командованьем Генри Вильсона и при поддержке соединений де Голля начали войну с французскими войсками сторонника правительства Виши генерала Анри Денца в Сирии и Ливане, он уже состоял в полку «Бранденбург 800». Он появился на родине с тремя своими немецкими соратниками в штабе генерала Денца в конце марта 1941 года.

Попал он в роту «Бранденбург 800» благодаря знакомству его отца с подполковником Теодором фон Хиппелем, уроженцем Восточной Пруссии и, по сути, создателем роты. Хиппель, в свою очередь, служил в Первую Мировую войну под началом ещё одного друга отца Мухаммеда — генерал-майора Пауля Эмиля фон Леттов-Форбека. «Лев Африки», как его называли в Первую Войну, воевал в Германской Восточной Африке со штаб-квартирой в Дар-эс-Саламе. Он был одним из лучших партизан мира. Он захватывал порты и города, бил врага на юге и на севере, на востоке и на западе. В его армию стекались местные племена и все немцы, которые попали в войну на этом театре военных действий. В то время его армия насчитывала до тридцати тысяч штыков. Когда крейсер «Кёнигсберг» получил большие повреждения и был взорван своей командой, немецкие моряки поставили на колеса легкие орудия крейсера и перешли под командованье генерал-майора. Всё снабжение армия получала в виде трофеев. Даже некоторое время после капитуляции Германии его войска, на то время, не превышавшие уже 4000 человек, продолжали удачно драться против подразделений трёх стран, бельгийцев, португальцев и англичан. Его преследовали войска численностью в триста тысяч человек. Почти в сто раз больше, чем его армия. Только после получения совершенно достоверных сведений о капитуляции Германии перед Антантой его армия капитулировала, оставаясь далеко не побеждённой. Не проиграв ни одного сражения в Африке, генерал-майор германской армии Пауль Эмиль фон Леттов-Форбек сложил оружие последним в немецкой армии. Даже фюрер безуспешно искал дружбы с этим полководцем. Ветераны его армии получали пенсии и от Веймарской республики, не смотря на тяжелое финансовое положение страны, и от ФРГ тоже. Это была плата за верность и воинскую доблесть. Генерал Леттов-Форбек прожил долгую жизнь и скончался в возрасте 93 лет в 1964 году. Незадолго до своей смерти он посетил Танзанию, где встречался с седыми воинами-аскари, которые со слезами приветствовали своего генерала — настоящего «Льва Африки».

Подполковник Хиппель предложил создать в Вермахте дивизию диверсантов для помощи армии в разведке и захвате территорий противника по типу партизанской армии Леттов-Форбека. Войска диверсантов состояли из немцев, проживавших в других странах и местных жителей этих стран, разделявших мировоззрение нацистов. Их учили не признавать никаких правил войны и не признавать никаких моральных ограничений, убивая детей и женщин, стариков и всё делая ради выполнения задания. Именно поэтому они не подпадали под действие конвенции о военнопленных, а значит рисковали во много раз больше, чем любые другие подразделения Вермахта. Поначалу, под контролем адмирала Канариса, была создана рота, затем батальон, полк и, наконец, дивизия, которая была официально расформирована только в конце 1944 года. Став, по сути, первым на планете воинским подразделением специального назначения. Спецназом Третьего рейха. На самом деле диверсанты из «Бранденбурга 800» никогда так и не сдались. Они служили и в Британских САС, и в ЦРУ, и во Французском Иностранном Легионе и наёмниками по всему миру. Воевали и во Вьетнаме, и в армии Мао Цзэдуна, и в армии Моиза Чомбе в Конго, были советниками в Индонезии. Во времена правления Сукарно всю службу безопасности Индонезии возглавлял бывший боец «Бранденбурга 800». После расформирования дивизии, когда адмирал Канарис отбыл в Антарктиду под видом гибели как соучастник покушения на фюрера, 1800 наиболее подготовленных бойцов перешли под контроль Отто Скорцени в его истребительные батальоны СС. Но это был уже конец рейха и самой дивизии, а начало была потрясающим. Чего стоит только захват форта Эбен-Эмаэль во Франции или захват моста через Западную Двину в сорок первом году, захват Львова почти без боя, а ещё хлеще — захват без боя города Майкопа в сорок втором году шестью десятками диверсантов. На момент расформирования, в этом подразделении на одного человека наград было больше, чем в любом другом подразделении Вермахта.

Нет, Мухаммед не принимал тогда участия в боевых действиях и не проводил диверсий в стане врагов. Его задачей и задачей ещё одного немца, долгое время жившего на Ближнем Востоке, была охрана двух учёных археологов и их сопровождение в Египет, в местность недалеко от Долины Царей для проведения секретных раскопок в предполагаемом месте гробницы одного из бесчисленных фараонов древнего Египта. Уже через три дня после приезда они вчетвером были готовы выехать в Египет. Переоделись в местную одежду паломников, договорились с караванщиком и успели уйти с караваном далеко на юг Палестины в сторону Египта до начала боев и бомбардировок Сирии.

Так «паломниками» они и прибыли в Долину Царей. Само место раскопок находилось в труднодоступной холмистой местности в 25 километрах к западу от самой Долины. Связавшись с «чёрными» археологами, и раздобыв проводника, они дошли до места предполагаемой гробницы. В отрогах гор была неприметная ложбинка. Именно в этой ложбинке они и стали копать. А на месте раскопа разбили шатёр. Только через месяц раскопок, на дне тридцатиметровой штольни, ведущей почти вертикально вниз, они нашли каменную плиту без иероглифов, но явно искусственного происхождения. Без крана поднять её не представлялось возможным. Пришлось искать деревянные брусья или брёвна, что было не таким уж легким делом. Попутно требовались крепкие канаты, домкраты и блоки. Всё это они искали и закупали долгих четыре месяца.

Война в Северной Африке уже полыхала вовсю. Только этим объяснялось везение группы. Англичанам просто не было дела до каких-то бедуинов, остановившихся в долине и разбивших шатры. На Англичан наступали сначала Итальянцы, из своих колоний Триполитания и Киренаика на территории современной Ливии, которых они отогнали, а затем пошёл стальной кулак танков Эрвина Ойгена Йоханнеса Роммеля. Тут уже англичане прогибаться стали.

Мухаммед не любил англичан. Они постоянно пытались разрушить жизнь всей его семьи столетиями, захватить бизнес и низвести всех людей на Востоке до положения прислужников и рабов. Не любовь к ним уже была заложена в его генах и не иначе. А вот немцы, те были более приветливы, более демократичные к его народу. Ещё и Французов побили. Хотя Французы тоже были почти своими. Но реально он даже не задумывался особо об этом. Это было само собой и всё тут.

Подняли они плиту и залезли в пустую гробницу, скорее погребальную камеру, что было необычно. Гробница не была разграблена, в ней просто не было драгоценностей и прочих описаний побед и поражений фараона иероглифами. Были иероглифы, конечно, но всего пара и значили они просто: «Тот, кто всех нас спас.» Сам саркофаг был не совсем обычным, похож на вытесанный из базальта, но на самом деле не базальтовый, а из какого-то неизвестного довольно тяжелого вещества. Ни одной крупицы этого вещества им отколоть или отпилить не удалось. Алмазные сверла этот материал не брали совершенно. Они не оставляли на совершенно гладкой поверхности даже малейшего следа. Вес крышки саркофага был более тонны, но им всё же удалось его приподнять и немного сдвинуть в сторону. Оказалось, что крышка лежала на каком-то уплотнителе по виду, похожем на резину, но настолько прочном, что от него тоже невозможно было отрезать даже малейшего кусочка, материал не горел и не плавился даже от пламени паяльной лампы. В саркофаге лежало существо, похожее на человека, только пятиметрового роста и с необычно громадной и вытянутой вверх черепной коробкой. Тело гиганта плавало в розовой жидкости необычного вида и очень приятного запаха, похожего на запах жасмина, но только нежнее. Образцы жидкости они взяли в несколько герметично закрывающихся сосудов. Само тело было одето в просторную розовую от жидкости и, видимо, изначально белую тунику. Материал туники они смогли отрезать с большим трудом, применив переносные гидравлические ножницы для резки металла, но на ощупь он был необычайно мягким и каким-то тёплым, впрочем, как и жидкость в саркофаге. Лицо гиганта носило ярко выраженные черты белой расы, если бы не вытянутая и громадная черепная коробка. Цвет волос был золотисто-белым. Кожа тоже была розовой. Тело, однако, носило следы нескольких серьёзных переломов конечностей и, видимо, имело несколько переломов позвоночника и травмы внутренних органов. Препарировать тело на месте они не стали, ограничившись взятием образцов волос, кожи, крови и мяса трупа. Кровь была вовсе не свернувшейся, а места порезов прямо на глазах затянулись. Было совершенно не понятно почему не срослись поломанные кости этого человека, когда он был ещё жив. Рядом с ним лежали именно те артефакты, которые я потом нашёл на дне Балтики. Только находились они в специальных карманах туники, примерно, как у меня сегодня в моей разгрузке. Только были они для трупа при жизни маленькими, лёгкими, удобными и карманного исполнения, как для нас зажигалки или ключи от машины. Ноги были одеты в сандалии из неизвестного пластика и крепились на ногах наподобие сандалий времён Древней Греции красивыми золотистыми ремешками. Обувь они снять с трупа не смогли. Но забрали неизвестные предметы, выполненные из драгоценных металлов. Я показал фотографии объектов, чтобы не показывать Мухаммеду сам скафандр и спросил его не было ли ещё подобных вещей возле саркофага. Он ответил, что больше они ничего в гробнице не нашли.

Задание было выполнено, они уложили обратно тело в жидкость и задвинули крышку саркофага. Затем положили на место плиту, закрывающую вход. Подорвав, засыпали штольню, заровняли поверхностный слой земли и убрали шатёр над местом раскопок. Предметы и образцы, взятые в гробнице, уложили в железный чемодан и стали готовиться к переходу или встрече войск генерал-фельдмаршала Роммеля в Египте.

Между тем у Роммеля пошли нескладушки. Следовало торопиться. У них был проводник из семьи Арабов Сенуси и связанный кровными узами с одним из приближённых короля Египта Фарука первого, который не скрывал своей симпатии к странам Оси Берлин-Рим-Токио.

Когда уже всё было готово появилась совершенно непредсказуемая помеха. Ею стала «частная армия Попского» (РРА). На самом деле это был 1-й Истребительный эскадрон 8-ой армии Англичан под командованьем сорокатрёхлетнего Пеньякова. Он был выходцем из русской эмигрантской среды. В его эскадроне только он был русским. Это воинское формирование было лучшим разведывательно-диверсионным формированием войны в Северной Африке. В Африке вообще против немцев и итальянцев воевали сотни, если не тысячи русских белогвардейских и советских офицеров. Среди них были и Зиновий Пешков, старший брат Якова Свердлова. Его крестный отец — писатель Алексей Максимович Пешков, он же известный под псевдонимом Максим Горький, и военврач Толстой — внук Льва Николаевича Толстого, погиб в Африке и 25 летний внук Пушкина, и русский летчик Касев, и Федоров, Харламов, Шаров, Александров, Груненков, Юргенс. Многие, многие другие простые русские люди воевали в песках пустыни Сахары. В Северной Африке сражались князь Сергей Урусов, Ващенко, Гайер, Гомберг, Золотарёв, Попов, Регема, Ротштейн, Земцов, награжденный двумя Военными Крестами (вторым Крестом посмертно) и другие. Одни сражались в составе французского Иностранного легиона, другие вместе с англичанами создавали спецназ. Ведь, война без русского человека вообще не война, так уж, к сожалению, повелось издревле. Но Пеньяков был самым настоящим совершенно непревзойденным партизаном на манер гусара Дениса Давыдова. Он был очень удачлив и совершенно безбашенно бесстрашен. И вот этот спецназовец поднял все племена арабов Северной Африки, включая Сенуси, на борьбу с немецко-итальянскими войсками.

Сахарская Одиссея

Открыто следовать на соединение с батальоном под командой подполковника Хиппеля, который входил в армейскую группу Роммеля, уже не представлялось возможным. Пришлось долго доставать документы и форму английских офицеров и солдат. Легенда была о том, что они следуют на пополнение этого самого неуловимого истребительного батальона. В этом батальоне сражались даже немцы против гитлеровцев. Батальон был полностью интернациональным. С помощью приближенных короля они смогли получить один грузовик и мотоцикл. В отряд они взяли ещё двоих итальянцев.

До 10-го июня 1940 года в Каире проживала большая колония итальянцев. В этот день практически все итальянские мужчины были арестованы, а их имущество было конфисковано англичанами. Женщины и дети остались в мусульманской стране без средств к существованию. Практически все семьи погибли в страшных мучениях. Нескольким итальянцам удалось выжить. Вот двое из них и примкнули к группе Мухаммеда.

Они выдвинулись в сторону немецко-итальянских войск двадцать первого октября 1942 года. А уже 24-го англичане перешли в наступление под Эль-Аламейном, но Мухаммед об этом не знал. Первым оазисом на их пути стал оазис Эль-Харга. Дойти до него скрытно с грузовиком и мотоциклом было очень непросто. Практически не техника их везла, а они технику несли на руках. Техника в пустыне для небольшой группы людей была просто обузой. Мало этого, если брать по прямой, то через 25 километров от них проходила дорога, но добирались они до неё сутки и выбрались в неудачное время. По дороге следовал небольшой охранный отряд шестой австралийской дивизии в составе одной трофейной итальянской САУ Semovente da 75/18 довольно тихоходной, но вооружённой мощной 75 миллиметровой гаубицей и пятерки солдат. Отряд Мухаммеда залёг, но у одного из итальянцев взыграла кровь, и он открыл огонь по австралийцам. Он успел уложить троих солдат на броне, прежде, чем австралийцы опомнились. И тут уже не поздоровилось нашим «пилигримам».