Чтение онлайн

— «Наверх вы, товарищи, все по местам!» — и я навел плазмомет на СКР.

Впервые я стрелял плазмой такой мощности. До этого вполне хватало самой малой. Файербол понесся к корпусу СКР, ударился в борт и растекся нестерпимо жарким пламенем по всему корпусу. Корабль, словно лампочка, засветился изнутри нестерпимо белым светом. Через мгновенье все люди на его борту превратились в перегретый пар, а ещё через мгновенье детонировало всё топливо во всех танках, детонировал весь боезапас корабля, все глубинные бомбы, снаряды и прочие патроны, включая неприкосновенный запас спирта в большом бидоне в лазарете и, по совместительству, кают-компании офицеров. Море вокруг бывшего корабля моментально вскипело на удалении пятидесяти метров, образуя наполненный перегретым паром пузырь, который лопнул к небу вертикальным фонтаном пара, огня и расплавленного металла. Громадное грибовидное облако черно-красного дыма закрутилось в гигантскую баранку вокруг торчком летящего к небу яростного столба из пара, остатков металла, газообразного пластика и пепла людей. Окружающая вода моря ринулась в пустую воронку с гулом и грохотом, часть воды тут-же вскипела и окружила место взрыва плотным облаком обычного пара. Звук взрыва был настолько сильным, что за 50 миль в домах Зеленоградска и Светлогорска, стоящих на берегу, вылетели все стекла поранив людей, попавших не туда и не в самый хороший момент их жизни, Грибовидное облако было видно даже из Калининграда. Меня от контузии спасла «Золотая лань». Пока упавшие на палубу и оглушенные люди на борту РТМс приходили в себя, второй сгусток плазмы понёсся к его борту. С траулером произошло почти тоже самое, что и с СКР, только взрыв был несколько менее мощный, но не менее громкий. Второе грибовидное облако и вертикальный столб остатков понёсся к стратосфере.

Я не ожидал такого эффекта. Надо было ставить на малую мощность, а я поставил чуть менее средней. Впредь надо будет быть немного аккуратнее. Лишняя реклама нам ни к чему. Хорошо, что я не захватил никого из тех, кто знал о наличии у нас «Золотой лани». Даже Банщик, я был уверен, не позволил бы мне дезинтегрировать судно и корабль. Пусть этот грех будет на моей совести.

К моменту описываемых событий общий временной поток разделился на множество более мелких. В каждом, если брать за отсчет наш «родной», были свои отличия. Основных потоков мы выделили всего три. Наш «родной» был наименее проблемным, а вот за этим приходилось следить почти постоянно. Он оказался самым радикальным во всех отношениях. Здесь и санкции к России были наиболее радикальными, и сама Россия была наиболее радикальной страной, попавшей в полную изоляцию от общего мира. Делиться на потоки время стало в девяносто первом году, сразу, как только мы стали использовать массу денег из взорванных ракетных шахт для скупки флота, разваливающегося СССР. Какой из потоков шёл в нужную нам сторону мы не знали и могли это узнать только после пандемии. Самый радикальный поток был для нас наиболее удачным, как это ни странно. Здесь мы скупили всё, что нам требовалось. Успели построить восемь секретных убежищ. Здесь мы по чертежам нацистов, с современными доработками, успели построить пять подводных лодок — спасателей. Лодки были совершенно мирными и не несли никакого оружия, кроме того, которое мы припрятали в другом измерении, открытом для каждой в отдельности. Попасть в арсенал можно было только из замаскированного лаза в жёстком корпусе лодки, туда-же можно было укрыться, если бы случилась авария под водой и ждать помощи хоть пять лет. Потом тоже можно было ждать, только вышли бы все запасы пищи и воды. Был ещё один, закрытый для нас, четвёртый поток времени. Все попытки туда попасть оставались неосуществимыми. Нас на «Золотой лани» просто выбрасывало в наш, родной, поток и всё. Вполне возможно, что закрытая от нас струя времени просто захвачена не дружественной цивилизацией, сравнимой с цивилизацией Творцов. Во всяком случае я прекратил всякие попытки туда проникнуть. На это не было ни сил, ни времени.

Отдельным эффектом деления временного потока стало отсутствие всякого присутствия всех нас, прошедших инициацию, во временах после начала июля 2018 года. Нет, конечно, мы существовали на самом деле, но вот наших временных линий не существовало вовсе после моментов инициаций. Мы жили как-бы во всех потоках сразу, но ни в одном конкретно. В каждом бывая только дискретно. Нас не было «много», как всех нормальных людей. Нас было пока только четверо на все временные потоки, насколько бы они не различались. Мы существовали только тогда, когда перемещались из потока в поток, дискретно в каждом. Это несколько напрягало, но было нам только на руку. Мы считали нецелесообразным выдавать наш общий главный секрет ещё кому бы то ни было. Практически мы почти не жили в нашем основном потоке времени. Был и еще один удивительный эффект. Проросшая в матрицу моей души легендарная «Звезда» тоже «дискретно» кочевала вместе с нами и давала нам кров в любой параллельной реальности быстро текущего времени, появляясь, как Сивка-Бурка там, где она нам была нужна по первому требованью пользователя с правами администратора. Что при этом делалось с Джасиком и Цыганком я даже боялся себе представить.

После эпохальных событий с дезинтеграцией двух судов в южной Балтике я ждал каких-либо действий против нас со стороны России, но их не последовало. На следующий день не было никаких громких заявлений со стороны правительства России, а наша «Глобал Фишинг Ко. Лимитед» тоже помалкивала. Через неделю всем уже было не до этого.

Через неделю начались бои на Одесском и Донбасском фронтах. Одновременно с этим две эскадрильи штурмовиков СУ-39 произвели налет на Литву.

Были превращены в руины аэропорт Вильнюса и Шауляя. Окрестности Клайпеды тоже подверглись бомбардировке. Летчики не знали где точно находится вход в убежище, которое уже было готово к приему людей. По чистой случайности вход не пострадал. Это убежище соединялось с убежищем в Калининградской области, которое было готово к приёму людей самым первым, все следы входа в него были замаскированы ещё в двухтысячном году за месяц до прихода к власти партии Российский Выбор. Открыть вход не представляло особого труда, но на всякий случай к нему мы заканчивали подземный переход из Клайпедского убежища.

Мир встал на порог ядерной войны с обложенным санкциями и всеобщей блокадой монстром. Опять собрался Совет Безопасности ООН, опять президент Памп негодовал, а Айприл обличала. На все упреки из Москвы пришел ответ, что Литва произвела два сильнейших неядерных взрыва в экономической зоне России. Литовское правительство опровергало и ссылалось на то, что это было падение астероида. НАТО привело свои войска в готовность, но Россия больше не повторяла бомбардировок и сосредоточилась на боях на территории Украинской Федерации.

Пока шли бои на западе, Россия окончательно продала на Дальнем востоке Сахалин и все Курильские острова Японии. Эти земли с две тысячи пятого года были «открытыми территориями» под двойным «управлением Японии и России». Остатки русского населения, те кто не имел возможности уехать на материк и в Европейскую часть России, давно влачили жалкое существование в пяти резервациях, без средств к существованию и спиваясь. Владивосток тоже был под двойной юрисдикцией Южной Кореи и России. Там вовсю отыгрывался сценарий резерваций. Проще было с Китаем. Там резерваций не было. Захватив южную часть Сибири по аренде на пятьдесят лет, он провёл неприкрытый геноцид русского населения и перерезал железнодорожное сообщение Дальнего Востока с остальной Россией. Только вследствие этих уступок Россия получала какие-то остатки старых технологий и имела возможность ещё продавать кому-то по дешёвке углеводороды, лес и другие остатки полезных ископаемых.

Нам, знающим о скорой пандемии, совершенно не нужна была война. Поэтому нами был выбран план оптимального решения проблемы. На акцию мы пошли вместе со Славой. Через три дня после бомбардировки Литвы, понимая, что Литва тут вовсе не при делах, а спецслужбы России охотятся за нами, мы пошли на отчаянный шаг. Мы решили обезглавить Россию, страну агрессора против Хранителей, на оставшиеся до пандемии Сирийской Чёрной лихорадки не полные два месяца.

Вылетели мы в Москву в субботу. Покружились над центром Москвы выявили места, где находятся руководители государства и силовых ведомств. Воскресенье мы провели в Москве. Я побывал на могилах мамы и сестрёнки в Раменском. Посмотрели Третьяковку, поели в хорошем, но совершенно безлюдном ресторане, откуда нас вели какие-то агенты наружного наблюдения из какой-то спецслужбы. Конечно без результатов. Наша ошибка была в том, что в такие рестораны даже в Москве ходили только самые богатые и избранные, их было по пальцам пересчитать. Остальное население получало продукты по карточкам и давно забыло о существовании ресторанов.

Ночевали мы благоразумно на борту «Золотой лани», в другом измерении, которое мы уже давно обжили. Там у нас были и кровати, и продукты, и компьютеры. Там было совершенно безопасно.

В десять часов утра мы уже были в полной боевой готовности. Первый удар мы нанесли по зданиям бывшего и настоящего КГБ. Я сегодня шарахнул четыре заряда половинной мощности. Один за другим с разных сторон зданий. Досталось по два заряда каждому зданию. Заряды влетали в окна и пропадали внутри. Затем очередное здание, раскалённое до бела со всем содержимым, взлетало высоко вверх. Они были настолько прочными, что рассыпались уже в полете в стратосферу Земля тряслась как при семибалльном землетрясении. Грохот вышибал окна вместе со стеклами и рамами в домах в радиусе двадцати километров от эпицентра. Срывало крыши с домов и превращало отдельные стены в груды кирпичей. Конечно гибло не мало людей, не без этого. На месте зданий КГБ образовался котлован тридцати метров в глубину и более двухсот метров в диаметре с абсолютно ровными оплавленными на глубину полуметра краями. Пахло озоном, гарью и омерзительно смердело войной и смертью. Через три минуты первые раскалённые обломки начали падать на город, как лавовые бомбы при извержении вулкана. Сгустки жидкой земли, камня и металла падали в окружности радиусом полтора километра, проламывая крыши домов и разлетаясь огненными брызгами по округе. Такого апокалипсического эффекта мы не ожидали вообще. Мало этого, часть обломков, как показывала защита «Золотой лани», неимоверно фонили. Видимо в зданиях или под ними находился ядерный реактор и теперь радиоактивные продукты заражали всё в округе. Этого мы не учли. Мы хотели нанести ещё удары по Кремлю и Главным Штабам армии и Национальной Гвардии, но теперь решили, что и такого удара вполне хватит. Если они будут продолжать нам мешать, то нанесём дополнительные. Красная площадь, вместе с парком Зарядье, Гумом и Мавзолеем Ленина превратились в один сплошной радиоактивный костёр, перед которым Чернобыльская трагедия меркла совершенно, как мерцание светлячка перед стоваттной лампочкой. Весь центр Москвы превратился в радиоактивную помойку. И в этом ужасе, там, внизу, где всё сильнее разгорался пожар, метались, пытаясь найти безопасное место, тысячи, сотни тысяч людей. Многие из них уже были обожжены и травмированы. Находящиеся на набережных Москва реки кидались в её воды, чтобы спастись от нестерпимого жара и многие там тонули. Если вы считаете, что утонуть легче, чем сгореть, спешу вас обрадовать, вы не правы. Утонуть тоже необыкновенно мучительная смерть, особенно в её последние моменты, когда вода рвёт легкие. Я бы точно не сказал от чего лучше, по мне так лучше сгореть, только чтобы огонь был необычайно горячий, всё быстрее прекратятся мучения.

Даже ужасы Хиросимы и Нагасаки, городов в Японии впервые испытавших на себе атомные бомбардировки в сорок пятом году прошлого века, померкли перед трагедией, которую я, своими руками принёс в этот мир. Вы подумаете, что я кровавый и сошедший с ума маньяк если не сбрендил при виде такой картины. Но вы забываете, что я уже видел последствия пандемии почти во всех самых крупных мегаполисах планеты к этому моменту.

Да, сейчас гибли миллионы белковых тел людей, но за редким исключением тех, кто был в самих зданиях КГБ России, все матрицы душ этих людей сейчас потоком шли на накопители Творцов для перерождений, для вселения в почти бессмертные тела Хранителей, Деструкторов и Искателей, а отдельные счастливчики, которых всегда больше на грядке России, чем где бы то ни было на Земле, сразу шли в бессмертные тела Творцов. Да, это был незапланированный сбор урожая, но на такое количество душ штатных накопителей Творцов ещё вполне хватало. Вот после пандемии матрицы душ вообще пропадали, вот там была настоящая трагедия и конец всех жизней. Там, где улицы Москвы были завалены горами бесполезных и совершенно конкретных трупов людей, многие из которых были только зародышами и младенцами Хранителей, Деструкторов и Искателей.

В этой трагедии, которая разворачивалась перед моими глазами сейчас была, как это ни жутко странно, великая победа жизни над окончательной смертью. Многие миллионы душ людей, умиравших белковых тел сегодня, уже через несколько минут после смерти тел, понимали, чего они избежали на самом деле. Здесь и сейчас добро и зло, тесно переплетаясь в танце жизни и смерти, переходили одно в другое и наоборот. Поэтому не надо меня судить за добро и награждать за зло. Всё в этом мире существует в борьбе и единстве противоположностей и не всегда первое впечатление верно и не обманчиво, скорее наоборот.

По секрету открою вам тайну тайн великих. Её мне нашептали на политинформациях коммунисты-помполиты в долгих рейсах по всему свету белому, да первые помощники капитанов. Нет, не путайте со старпомами, старпомы те отродья хамские, но дело свое разумеющие, делающие все профессионально и правильно, почти капитаны. Помполиты да первые помощники — это балаболы, несущие чушь под правду замаскированную, правду пролетариата в эти самые широкие массы последнего. Мы открывали последние тайны морей, искали затерянный остров Подеста, а взамен открывали подводные горы и, в дури своей неуемной, называли их именами любимых. Осадили нас по приходу. Сдали мы свои кроки, свои выстраданные промеры глубин на краю Ойкумены. Получили взамен карты точные от картографов умных, а на картах нет имен наших, что мы горам да поднятиям давали. Мудрые люди коммунисты были, они везде совали свой нос и похерили имена наши да назвали подводные горы именами великих вождей пролетариата, тех, что и принесли на Землю тайну великую до неизбывную. Чтоб людям жить в счастье, да без голода надо сначала их поубивать, да не мало, а ровно столько, чтоб оставшиеся в страхе своем перед теми, кто убивает, не перечили и общими стройными рядами шли к недостижимому светлому и прекрасному далеко. Дивился я мудрости великих, но не перечил, пока и надо мной и семьей моей не замаячила эта самая курносая с косой. Опомнится от морока вовремя успел, увёз всех своих на край света, подальше, к тем берегам от которых всего ближе были те самые подводные горы, что названы и сегодня именами великих убийц, а ведь я знаю их истинные имена. Никогда бы не поверил, что совершу и сам такое вот величавое действие во имя счастья на земле. Видно и вправду, чтобы счастье кому принести поубивать надо немерено.