Бамбук шумит ночью
Шрифт:
«Подлинной столицей Королевства миллиона слонов и главным административным центром страны является Вьентьян; город расположен на юге, у границы с Таиландом. Королевской же столицей и основным религиозным центром является город Луангпрабанг, расположенный примерно в часе полета от Вьентьяна… Третьей столицей называют город Самнеа, находящийся на севере этой страны. Это главный центр „красных партизан", оказывающих сопротивление королевскому правительству…» (из сообщения французской печати).
Город Вьентьян, название которого означает «редут из сандалового дерева», расположен на берегу реки Меконг и напоминает большую деревню. Все здесь серо и блекло. На сером небе огненный шар заходящего солнца. Ни капли дождя. Тяжелая, давящая духота просто невыносима. Меконг кажется невзрачным, едва различимым, почти убогим в обрамлении серых, песчаных берегов. Трудно представить себе, что всего два месяца назад его вспененные волны угрожали затопить город.
Растрепанные султаны пальм, дома на сваях. Хижины из бамбука и черных досок. Узкие галерейки балконов и деревянные веранды. Лиловые и красные цветы. Здесь все иное, чем во Вьетнаме или в Камбодже. Не похоже и на то, что я видела в непроходимых тропических джунглях, которые окружают третью столицу Лаоса — город Самнеа.
Вьентьян — на первый взгляд город спокойный и мирный, словно он не лежит посреди сотрясаемого постоянными бурями полуострова. Кажется, что пожар войны, достигший кульминации ранней весной 1970 года и не пощадивший даже прежнего «оазиса» — Камбоджи, не дошел до этих мест. А между тем…
6 марта 1970 года Ричард Никсон публично, на весь мир, заявляет: «В Лаосе нет никаких американских войск».
6 марта 1970 года американский сенатор Скрентон опровергает заявление Р. Никсона: «Американцы воюют в Лаосе. Тот факт, что некоторые из них не носят военного мундира, ничего не меняет».
21 марта 1970 года в ответ на интерпелляцию подкомиссии сенатской комиссии по делам вооружений министр обороны США Мэлвин Лэйрд подтверждает: «Командование американских вооруженных сил в Южном Вьетнаме имеет право посылать свои части в Лаос для оборонных целей».
В небольшом книжном магазине, похожем скорее на ларек, я купила путеводитель по Юго-Восточной Азии, изданный в Гонконге в 1969 году. Из пего можно почерпнуть некоторые полезные и интересующие меня сведения. Путеводитель информирует своих читателей о том, что каждый путешественник, желающий посетить Королевство Лаос, должен прежде всего позаботиться о визе. И легче всего (разумеется, для граждан капиталистических государств) получить ее в Бангкоке, от которого около часа полета до Вьентьяна. Есть и оговорка: «Лица, по внешнему виду похожие на хиппи, могут быть не впущены в страну, даже если они имеют визу». Удивительно: чем же хиппи угрожают Королевству Лаос?
Из путеводителя я узнаю, что один американский доллар равен 500 лаосским кипам и что доллары (в чем я вскоре убедилась), а также таиландские баты (чего я не проверила, поскольку не имела их) принимаются всеми магазинами и торговцами. Кстати, во вьентьянских магазинах (как указывает путеводитель) «…можно приобрести различные товары западного производства, в том числе фотоаппараты и кинокамеры, радиоприемники и магнитофоны, особенно же дешевы часы и будильники…»
Магазины преимущественно маленькие, преобладающая их часть принадлежит китайцам или индийцам. И еще дополнительная информация из того же путеводителя, которая может заинтересовать наиболее предприимчивых туристов: «Золото во Вьентьяне очень дешево. Можно купить и вывезти в Сайгон до полу-килограмма, получив от продажи его там прибыль, вполне покрывающую расходы на поездку».
Не знаю и не пытаюсь узнать, насколько широко используют предприимчивые туристы «добрые советы» гонконгского путеводителя, который, видимо, не зря назван… «золотым путеводителем».
2
Вьентьянский аэродром Ваттай выглядит идиллически, почти мирно. Здесь встречаются разные люди, перекрещиваются многие авиалинии. Отсюда можно вылететь в Бангкок и Сайгон ежедневно, в Гонконг — два раза в неделю и даже в Ханой — раз в неделю. Знаменательная деталь на провинциальном с виду аэродроме: с него стартуют и сюда приземляются удивительно знакомые самолеты. Даже моя близорукость не мешает мне их узнать. Ведь это машины компании «Эйр Америка», которые я видела на аэродроме Тансоннят в Сайгоне! Напомню, что «Эйр Америка» — это камуфляжное название линии, целиком принадлежащей Центральному разведывательному управлению США… Мой бесценный путеводитель открыто сообщает о «ловких пилотах „Эйр Америка", частной линии ЦРУ, которые ночью перевозят оружие и радиоприемники». Почтенные составители этого справочника умолчали кое о чем: не только оружие, но и боеприпасы, мины, взрывчатку. Не только радиоприемники, но также вышколенных шпионов и диверсантов!
В противоположность Сайгону на вьентьянских улицах редко можно встретить американцев, одетых в военную форму. Но, листая свой путеводитель, я узнаю из него о процветающих в этом городе американских организациях с очень знакомыми названиями: АИД, ЮСАИД… Путеводитель предупреждает: «Поездки по Лаосу весьма рискованны. Но иногда можно получить от воепных властей (хотя такие ходатайства поступают к ним довольно редко) разрешение на поездку в Луангпрабанг, Такек, Саваннакет и Паксе в долине Меконга». Далее сообщается, что в получении пропуска и других хлопотах, связанных с данной поездкой, «обычно хорошо помогают организации ЮСАИД и они хорошо информированы».
Верю этому, но… не воспользуюсь! Не воспользуюсь и предложением индийского купца, который приглашает меня зайти в его лавчонку. Резким гортанным голосом он обращается ко мне по-польски:
— Пожалуйста, войдите, пани! У меня есть очень красивые костюмы.
Нет, не костюмы интересуют меня, а то, что предприимчивый индийский купец говорит на нашем языке.
— Не так уж трудно научиться польскому… — улыбается купец. — Сюда приезжает немало поляков.
Вьентьян. Кого только нет в этом городе! Отсюда близко до Бангкока, Сайгона, Пномпеня, Ханоя. Посольство США здесь не столь многочисленно, как в Сайгоне, американцы почти не бросаются в глаза. Но вскоре мне доведется узнать, какую роль они тут играют и как умело маскируются. В столице есть посольство СССР, Французский институт, миссия Патет Лао и… широко разветвленная сеть ЦРУ! Здесь скрещиваются не только наземные коммуникации, линии воздушных сообщений, но и… пути многочисленных разведок! Сюда поступают газеты и периодика с двух сторон баррикады — из обеих частей нашего разделенного мира: социалистической и капиталистической.
Вьентьян — город, застроенный хаотически и неудачно. Он полон контрастов. Рядом с роскошными лимузинами — двуколки, запряженные волами или буйволами, блекло-серыми, как песок на берегах Меконга. Огромные колеса, традиционный воз — такой же, как и те, что столетия назад тянулись по дорогам этой страны. Бок о бок с такси — «циклисты», то есть рикши. В отличие от сайгонских, их пассажиры сидят позади рикши, а не спереди. Деревянные хижины на сваях соседствуют с каменными современными зданиями. Последние в основном принадлежат иностранцам — американцам и французам. Утонченная французская кухня но враждует с китайской даже в самых дорогих и фешенебельных ресторанах с «эйр кондишен», а аромат европейских яств смешивается с терпким запахом жареного красного перца. На одном прилавке с ананасами и бананами, апельсинами и виноградом мирно лежат ядовитые лекарственные растения. Ювелирные магазины предлагают огромный выбор искусно сделанных предметов из золота и серебра, кораллы, драгоценные и полудрагоценные камни. На базарах рядом со всевозможными электролампами соседствуют коптилки и керосиновые лампочки. В ларьках вам предлагают сувениры — фигурки демонов (очень редко настоящие, в основном поддельные), чертовски дорогие обломки скульптур из древних святилищ, поглощенных джунглями. Ритуальные бубны умещаются на одной полке с лучшими японскими транзисторами. Многие сувениры украшены стилизованными головами слонов. В XIV–XVI веках слоны использовались лаосской армией, и до сих пор они служат средством транспорта. Недаром ведь Королевство миллиона слонов!
Индийский купец сует в мою сумку карточку со своим именем и адресом магазина. Текст на двух языках — лаосском и английском. Название улицы — Самсентаи, а я живу в отеле на улице Сеттатират. Эти названия выписаны на перекрестках на лаосском и французском языках.
Вьентьян — город, местное название которого Виенг Чан, — появился в летописи и на исторической арене в 1566 году. За двести лет до этого, в 1353 году, принц Фа Нгум после длительных битв с внутренними врагами короновался в городе Луангпрабанг, заложив основы суверенной монархии, получившей название Лан Санг — Королевство миллиона слонов. Его сыном и наследником, который укрепил власть нового королевства в дельте Меконга и на обоих берегах великой реки, был король Сам Сен Таи, чьим именем и названа самая оживленная магистраль в центре столицы. После его смерти произошла серия дворцовых переворотов, которые ослабили и притормозили дальнейшее развитие королевства. Лишь с 1520 года при энергичном короле Потисарате и его преемнике Сеттатирате (на «его» улице я как раз и живу) начался новый этап в истории страны. Король Сеттатират превратил Вьентьян в столицу края и построил святилище Тат Луанг, где была помещена знаменитая статуя Пра Кео — «Изумрудного Будды».
В начале XIX века святилище Тат Луанг было разрушено сиамскими захватчиками, вторгшимися в страну из соседнего Таиланда. Статую «Изумрудного Будды» грабители увезли в Бангкок, но во Вьентьяне осталась пагода Пра Кео, гораздо более древняя, чем сама статуя Будды. В 1930 году французские мастера реставрировали святилище Тат Луанг, и теперь напротив него высится статуя короля Сеттатирата.
3
Близкие соседи — таиландцы с юга, а бирманцы с северо-запада — не давали покоя Королевству миллиона слонов. В 1574 году вторжение бирманцев во Вьентьян повлекло за собой семилетнюю оккупацию этого города. XVII век — последний период относительного покоя, царившего во время долголетнего правления короля Сулинья Вонгса. Этим временем и датируются первые официальные сведения о Королевстве Лаос, привезенные в Европу путешественниками, главным образом голландцами.