Чтение онлайн

– Но…

– У вас нет выбора, – перебил его полковник. – Мы выбираем между огнем и раскаленной сковородкой. Ведь мы оба хотим, чтобы ребенок де Мерсеро живым вернулся к родителям. Но чем дольше тянется расследование, тем меньше шансов на его удачный исход. Разработанное мною преступление избавит нас от этой опасности.

– Каким образом?

– Мы подбросим прессе почти такую же сенсационную историю, и, пока газетчики будут в ней копаться, они вряд ли доберутся до настоящего похищения.

– Господи! – прошептал детектив и снова глотнул из своего стакана.

Известно, что перно, особенно в больших дозах, способствует озарениям. А в некоторых случаях этот напиток может придавать смелости.

– Господи, Пьер! – повторил Скубайд и беспомощно посмотрел на полковника.

Рокбрюн понял, что победил. Сработали сложная ситуация, выпивка и тот факт, что, работая шефом детективов в таком районе, как Ривьера, Скубайд не мог оставаться прямолинейно честным.

– Это будет поддельное похищение, – утешил его полковник. – Мы просто ненадолго одолжим ребенка.

– А чьего ребенка вы собираетесь, как вы сказали, одолжить? – печально спросил капитан.

Рокбрюн ответил не сразу. Он поставил стакан и задумчиво постучал по столу пальцем, на котором не было ногтя. Ему уже не в первый раз пришло в голову, что скорее всего его выдал гестаповцам тот же человек, из-за которого погиб несчастный Антилопа.

– Мы решили взять ребенка Флорентов, – наконец сообщил он.

– Флорентов? Ювелира Флорента? Почему именно его?

– Они богаты. Они всемирно известные ювелиры. Их ребенок примерно того же возраста, что и ребенок де Мерсеро. Такого младенца гораздо легче выкрасть и спрятать, чем ребенка постарше. А вообще, – губы полковника сжались в тонкую линию, – я не люблю месье Флорента.

Почему-то именно эти последние слова и то, как они были сказаны, окончательно убедили Скубайда.

– Как вы собираетесь это сделать? Полковник изложил ему свой план.

Невероятная дерзость задуманного вызвала у капитана новые сомнения.

– Я все понимаю, Пьер, – сказал он, – но боюсь, что мы…

– Клод, – прервал его полковник. – Клянусь тебе своей честью француза, что через четыре дня после этой операции ребенок де Мерсеро будет живой и невредимый лежать дома в своей коляске. Ты мне веришь?

Скубайд тяжело вздохнул. Если с ребенком де Мерсеро что-нибудь случится, на его карьере будет поставлен крест, и он вообще лишится работы. Но если когда-нибудь всплывет его участие в авантюре, которую предлагает полковник, ему придется еще хуже. И все же в этом была его единственная надежда.

– Я верю тебе, Пьер, – сказал капитан Скубайд.

Ферчайлд недоуменно смотрел на полковника. Хотя Флорент пострадал, но эта вендетта могла закончиться и убийством. А теперь еще выяснилось, что все это было сделано при попустительстве полиции. Этот полковник и его друзья – опасные типы. Можно представить, что они сделали бы с пособником гестапо, если бы он в сороковые годы попался им в руки.

– Все хорошо, что хорошо кончается, – пробормотал Ферчайлд. – Оба ребенка благополучно вернулись домой. Никому не пришлось платить выкуп. Все счастливы. Но в вашем рассказе, друг мой Рокбрюн, осталось не меньше дырок, чем в швейцарском сыре. Эта история не закончена, не правда ли?

– Правильно! – возбужденно подхватил Сэлмон. – Ухо! Это проклятое ухо! Об этом вы нам не сказали, полковник, и о многом другом тоже.

Успокоившийся Ферчайлд улучил момент и украдкой оглянулся на девушку за соседним столиком. Блондинка, которую полковник назвал Эльзой, задумчиво рассматривала пузырьки, поднимающиеся со дна ее бокала с шампанским. Ферчайлд подумал, что ему придется под каким-нибудь предлогом заплатить за это шампанское. Но это его нисколько не расстроило, особенно когда девушка подняла взгляд и улыбнулась ему. Она была очаровательна, и Ферчайлд был очарован. Он быстро отвернулся, чтобы его взгляды не заметил Сэлмон. Лучше, чтобы продюсер ничего не узнал.

– Да, да, ухо, – повторил полковник и вспомнил, как едва не провалился весь их замысел.

С полным составом банды «Зоопарк» капитан Скубайд встретился в задней комнате бара «Рыжая шевелюра». Прошло уже два дня после похищения ребенка Флорента. Сейчас капитан выглядел еще более худым и несчастным. Он даже чем-то напоминал голодного терьера. Первая фраза полковника не улучшила его настроения.

– Я пригласил вас, капитан, – начал Рокбрюн, – для того, чтобы вы помогли нам достать ухо.

– Что-о-о? – вопль детектива, наверняка, был слышен в баре, где жена Волка угощала посетителей. К счастью, за общей болтовней и звоном посуды никто не обратил на него внимания.

– Нам нужно детское ухо, – абсолютно хладнокровно повторил полковник.

– Ухо ребенка? – удивление Скубайда уступило место страху. – Ради Бога, объясните мне, кому и зачем оно может понадобиться?

– Мы пошлем его месье Флоренту, – добродушно объяснил ему Слон. – Это поможет ему решиться уплатить выкуп.

Друзьям показалось, что глаза Скубайда вот-вот вылезут из орбит, лицо капитана стало белее, чем его новенькая футболка.

– Ты что, Пьер, совсем сошел с ума? Ты хочешь сказать, что вы потребовали от Флорента выкуп? Ведь мы же договорились…

– Послушайте, капитан, – перебил его Рокбрюн, – что это за похищение без требования выкупа? Нам бы никто не поверил.

– Что вы от него потребовали? – голос капитана стал хриплым.

– То, что месье Флорент не захочет отдавать, пока не получит ухо.

– Пьер, это совершенно отвратительно!

– Это идеальная сенсация, – сказал полковник. – Эта история попадет во все газеты Парижа, Лондона и Нью-Йорка. А вы говорите «отвратительно».

Тут Рокбрюн заметил, что его старый друг впервые в жизни посмотрел на него с отвращением.

– Полковник Рокбрюн, – сказал капитан. – Мой друг. Человек, которым я восхищаюсь, герой, джентльмен, человек чести. И вы хотите причинить невероятные страдания несчастным родителям, прислав им ухо их собственного ребенка? Нет, этого не может быть! Я, наверное, просто схожу с ума!

Он встал и, шатаясь, направился к выходу. Но в дверях уже стоял огромный Леопард.

– Я не говорил о их ребенке, – возразил Рокбрюн. – Нам нужно любое ухо.

– Что вы имеете в виду? Это должно быть настоящее ухо?

– Обязательно! – ответил полковник. – Начинается уикэнд, а в эти дни, тем более летом, французские водители безжалостно калечат друг друга в бесконечных авариях. Ставлю пятьдесят против одного, что в каком-нибудь из этих столкновений будет убит или искалечен ребенок.