Чтение онлайн

И вот я уже развернулась лицом к нему, наши губы встретились в жарком поцелуе. Его руки распахнули полы моего, как он говорит, "шелкового безобразия", а я величаю домашним халатиком, и, обхватив мою талию, усадили меня мягким местом на то самое место на рабочей поверхности кухонного гарнитура, которое только что освободили от ненужных предметов. Развел мои бедра в стороны и встал между ними.

А я…, а мне… В общем, я не отвлекалась от поцелуя. Бандерос всё равно сделает так, как захочет, а мне всегда нравилось, что он хочет, поэтому я не мешала, не противилась его самоуправству, а, наоборот, поощряла все его действия.

Вот и сейчас я поняла, что первым блюдом на ужин буду я, а уже потом мясо, запечённое с овощами, и салат. Красное вино и десерт тоже будут потом.

После того как мы утолим нашу жажду друг в друге.

Я не успела надеть новый кружевной комплект нижнего белья, лишь накинула халат после душа, и сейчас Бандеросу это очень понравилось.

– Ты ждала меня? – прошептал он мне на ушко, накрывая ладонями пышную грудь.

– Конечно, но только немного позже, – отвечаю я, но на последнем слове срываюсь на протяжный стон.

– Да, я смог освободиться раньше, – объяснил он своё появление и, уже наклоняясь, прошептал: – Как же я скучал по моим красавицам.

Это уже было сказано не мне, а моей груди. Да, моя грудь была его эрогенной зоной. Он мог ласкать и смаковать ее часами, то нежно и ласково, то требовательно и почти на грани боли, жёстко, и вообще, обе мои окружности (что были немного больше чем кем-то общепринятые стандартные 90) вызывали в моём мужчине очень сильные животные инстинкты.

Иногда, вот как сейчас, казалось, он хочет меня реально съесть. И начнёт свою трапезу с груди, а потом уже опустится ниже.

Я так соскучилась, это были самые длинные восемь дней в моей жизни. Поэтому сначала я просто кайфовала от всех его действий: он сжимал руками мою грудь, дразнил языком и губами соски, задевая уже безумно чувствительные вершины зубами, и облизывал их, при этом я чётко слышала, как он рычит. Его ласки на грани фола только ещё больше возбуждали, и я просто не могла оставаться безучастной. Требуя справедливости, начала так же планомерно ласкать и раздевать его.

Бандерос хотел насладиться моей грудью, но его желание было столь же неудержимо, как и моя потребность почувствовать его в себе. Когда мои ладошки уже добрались до его члена и начали не менее откровенные ласки, он оторвался от своей эрогенной зоны на моём теле и, притягивая меня к себе, перед тем как снова поцеловать меня в губы, сказал:

– Бог придумал эти ваши женские дни, чтобы наказать мужчин.

Опротестовать эти слова мне не дали, банально закрыв рот поцелуем.

Конец ознакомительного фрагмента.