Чтение онлайн

В начале и середине 90-х годов в Петербурге никто не разделял Игоря Минакова и Александра Снеткова, прослужившего 12 лет в особых группах захвата МВД (о нем подробно рассказывается в главе "Авторитет «Батя»). Однако на самом деле в конце 94-го года Александр Снетков фактически отошел от руководства предприятием (он тогда сильно переживал по поводу гибели одного своего друга и сотрудника), и в 1995-м году «Защита» практически раскололась. Из 24 подразделений, входивших в ассоциацию, 13 ушли к Снетку, который являлся президентом ассоциации «Защита», и 11 остались с Минаковым, который по официальным документам являлся всего лишь консультантом ассоциации. Правда, из тех 13, что остались у Снеткова, два он выкупил у Минакова, поскольку владели они ими совместно. Минаков зарегистрировал одноименный концерн «Защита», и с тех пор в Петербурге на самом деле действуют две «Защиты» – ассоциация и концерн, между которыми отношения, конечно, не грубые, но достаточно ревнивые. Александр Снетков – прекрасный рукопашник, всегда тяготел к силовым методам решения вопросов, может быть, это и предопределило его отход от Минакова и сближение с некоторыми из тех, с кем он в свое время стоял по разные стороны баррикад.

Что же касается Минакова, то у него, несмотря на раскол «Защиты», именно с 1995 года произошел резкий всплеск в бизнесе – он вкладывался в туризм, в финансовый бизнес, отстроил и отремонтировал два ресторана, занимался недвижимостью и постоянно развивал и совершенствовал собственно охранную деятельность. Постоянно вкладывая собственные деньги в собственное же дело, Минаков иногда урезал себя и свою семью даже в каких-то личных запросах, но по большому счету выиграл. К 1998 году концерн «Защита» можно было по праву назвать «главным монстром» охранного бизнеса Петербурга. Развивая предприятие, Минаков проявил себя очень тонким политиком, вступив в чрезвычайно тесные отношения с рядом правоохранительных структур и особенно с РУОПом, – им был создан Фонд по борьбе с организованной преступностью. К 1998 году годовой бюджет этого фонда составлял один миллиард двести миллионов старых рублей, в то время как весь годовой бюджет РУОПа (вернее, та его часть, которая шла на технику) не превышал одного миллиарда. Идея Минакова была проста – он хотел, чтобы его «Защита» рассматривалась как то предприятие, куда сотрудники РУОПа могут устроиться на работу после увольнения со службы. Эта идея успешно осуществлялась на практике, что не могло, конечно, не дать «Защите» больших возможностей маневра в своей непосредственной деятельности. «Защита» сумела выйти на тот уровень, когда она уже могла осуществлять постоянную работу в сфере коммунальных платежей и взаимозачетов, – знающие люди поймут, какие цифры стоят за этими словосочетаниями.

Еще одним показателем успешной деятельности Минакова стало то, что де-факто к 1998 году он стал рассматриваться многими серьезными людьми в Петербурге не только как лицо, за которым стоят физическая сила и солидные финансы, но также и как фигура уже политическая, хотя и не вышедшая еще до конца из тени.

«Торнадо» – если «Защита» всегда считалась организацией проментовской, то «Торнадо», безусловно, была прокомитетовской. В 1998 году после официального признания таэкван-до в России появился спортивный клуб «Торнадо», из которого потом выросла общественная организация – Федерация таэкван-до, а в 1990 году на базе клуба «Торнадо» было создано общество «Торнадо». Официальным и бессменным руководителем охранного предприятия «Торнадо» всегда был Сергей Львов, также «комитетчик», работавший раньше в подразделении по борьбе с организованной преступностью.

В свое время, кстати говоря, именно «Торнадо» обеспечивало безопасность делегации Теда Тернера, когда в Петербурге шла подготовка к Играм Доброй Воли. «Торнадо» наряду с «Защитой» начало развивать частные пульты централизованной охраны в городе. Прежде монополией на этот вид охраны владело Управление вневедомственной охраны ГУВД. В 1998 году «Торнадо» стало активно осваивать Ленинградскую область, заняв прочные позиции во Всеволожском районе, Пушкине и Петродворце. Между «Торнадо» и «Защитой» неоднократно проходили переговоры о стратегическом партнерстве, и на практике у них получалось иногда «совместное зарабатывание копейки», однако дальше этого дело не пошло, да, наверно, и не могло пойти, поскольку между бывшими комитетчиками и бывшими ментами всегда останутся некие противоречия.

«Балтик-эскорт» -это предприятие, конечно, нельзя сравнивать по объемам деятельности с «Торнадо» или «Защитой», однако оно, безусловно, достойно упоминания, в том числе из-за личности его владельца и генерального директора Романа Игоревича Цепова. Цепов родился 22 июля 1962 года в Санкт-Петербурге, закончил Высшее политическое училище МВД СССР, после чего служил во внутренних войсках, занимая должности заместителя командира роты, батальона и помощника начальника политотдела полка по комсомолу. Позже Цепов перевелся из войск в научно-исследовательскую лабораторию МВД Российской Федерации, где работал научным сотрудником. Закончив экстерном три курса Академии МВД, Цепов был как раз одним из тех, кто с группой единомышленников разрабатывал Закон о частной детективной и охранной деятельности, который впоследствии был направлен в Верховный Совет. Предприятие «Балтик-эскорт» и создавалось под этот закон, оно должно было получить лицензию номер один в Петербурге, однако генералы, конечно, не могли пустить вперед бывшего капитана, и в результате «Балтик-эскорт» получило лицензию за номером четыре. А вот боевое оружие «Балтик-эскорт» получило первым – решая проблему достаточно жестко, они столкнулись с серьезным противодействием неформальных силовых структур и вооружились сначала спецкарабинами, которые позже были заменены на пистолеты Макарова. В «Балтик-эскорте» с самого начала был смешанный состав сотрудников – там работали и бывшие менты, и бывшие комитетчики, и бывшие сотрудники других, самых разных силовых структур. В 1993 году «Балтик-эскорт» сопровождало машину с грузом и реэкспортные автомобили из Ужгорода до Москвы и в Санкт-Петербурге. В те годы на трассах свирепствовал натуральный бандитизм, и сотрудники «Балтик-эскорт» были вынуждены изначально по всей протяженности трассы устраивать «силовые представления».

Достаточно большую известность «Балтик-эскорт» и его руководитель Роман Цепов обрели в результате сближения в первой половине 90-х годов с Александром Невзоровым, который, собственно говоря, способствовал приходу в охранное предприятие людей из рижского и вильнюсского ОМОНа. Однако со знаменитым Мльшником Цепов не сработался и уже в середине 90-х годов вошел в серьезный конфликт, в результате которого большая часть людей Мльшника осталась в «Балтик-эскорт», а сам он стал намного реже появляться в Петербурге. Впоследствии Цепов разошелся и с Невзоровым, по крайней мере их отзывы друг о друге изменились от восторженных до труднокомментируемых. Фирме Цепова помогали развиваться серьезные люди из службы безопасности Президента (СБП) – именно они натаскивали сотрудников «Балтик-эскорт» и обучали их профессиональной охране. Сотрудники «Балтик-эскорт» в разное время осуществляли физическую охрану членов семьи Собчака, вице-мэра Щербакова, губернатора Ленобласти Густова, Пьера Кардена, господина Ригли (владельца фирмы, производящей знаменитые жевательные резинки), господина Флика (крупнейшего производителя оружия), звезд шоу-бизнеса Пугачеву, Леонтьева, Титомира, Распутину и даже Бориса Березовского. «Балтик-эскорт» охраняло также и некоторых лидеров организованной преступности – в частности, «пермских» и членов семьи Александра Малышева. Однако в силу особенностей характера Цепов не сумел избежать ряда серьезных конфликтов в Питере, которые чуть было не привели к трагическим последствиям. В 1993 и 1995 годах в Цепова стреляли, а в 1996 году пытались взорвать. Однако еще более действенной едва не оказалась попытка устранения Цепова с арены реальных действий другими способами – во время выборов губернатора в 1996 году в городе много говорили о якобы реально готовившемся покушении на Владимира Яковлева – того самого, кто, собственно, и победил на выборах. Так вот, по запущенной в определенных кругах дезинформационной версии одним из исполнителей этого убийства как раз и должен был быть Цепов – человек, известный своей снайперской стрельбой из всех видов стрелкового оружия. Официального развития эта версия, конечно, не получила и не могла получить, однако жизнь и лично Цепову, и его фирме смогла подпортить. К 1998 году «Балтик-эскорт» сумело практически полностью оправиться от нанесенных ударов. Предприятия продолжают оставаться серьезным субъектом на рынке оказания охранных услуг, осуществляя свою деятельность под девизом: «Работаем на грани фола, но дружим с законом».

«Скат» – эта охранная структура была создана в начале 1994 года. Его организатор и руководитель Павел Болдырев в свое время начинал телохранителем в одном из первых охранных предприятий России – в «Алексе». «Скат» начал свою деятельность с того, что взял под охрану «Киришинефтеоргсинтез», а позже его клиентами стали холдинговая компания «Гранд», АОЗТ «Феникс-Петротрейдинг», банк «Москва-кредит», городской реабилитационный центр «Дюны» и другие солидные предприятия. «Скат» выступал одним из инициаторов создания и одним из учредителей Фонда социальной поддержки и адаптации работников правоохранительных органов и служб безопасности, в частности, именно из средств этого фонда финансировалась подготовка поездок отряда «Тайфун» в Чечню. Через фонд были также оборудованы две палаты в Военно-медицинской академии для лечения бойцов спецназа и их семей. Руководитель «Ската» Павел Болдырев закончил в свое время Ленинградский политехнический институт, а позже дважды проходил спецобучение в Англии в известной фирме «Task Service», которое занимается подготовкой высокопрофессиональных частных охранников.

«Комкон» – охранное предприятие «Комкон» появилось в Петербурге в 1992 году, и организовано оно было бывшими чекистами (в основном бывшими прапорщиками). При этом в определенных кругах ни для кого не было секретом, что за генеральным директором предприятия Андреем Морозовым на самом деле стояли фигуры высших генералов КГБ Блеера и Кедрова. Ориентация на структуры бывшего КГБ определила специфику «Комкона» (кстати, название было позаимствовано у братьев Стругацких, в серии романов которых действует спецслужба будущего Комкон – комиссия по контактам). Упор в работе с самого начала делался прежде на аналитику, а уже потом на физическую силу. Уже в первый год работы «Комкон» начал успешное сотрудничество со Сбербанком в деликатной сфере организации процедур возврата кредитов. Личный состав «Комкона» проходил обязательное обучение в клубе русских боевых искусств – этот клуб возник в Петербурге при непосредственном финансовом и организационном участии самого «Комкона». Долгое время «Комкон» считался элитным предприятием на рынке силового партнерства, и очередь желающих поступить в эту фирму, достигала 20 человек на место. Однако в 1997 году из состава учредителей «Комкона» вышел Сергей Васильев, и по городу немедленно прокатилась волна слухов, что фирма развалилась. На самом деле Васильев создал собственное охранное предприятие «Цитадель», а «Комкон» продолжил свою работу, даже развил некоторые направления – например, в сфере оказания консалтинговых услуг, а также в направлении создания собственной системы связи и пульта видеоэлектронной охраны.

«Барс-протекшен» – эта фирма была создана в марте 1994 года, она является членом Региональной ассоциации профессионалов безопасности предпринимательства и деловой разведки. Руководитель фирмы Владимир Николаевич Жуков закончил в свое время ЛИИЖТ, после службы в армии учился в спецшколе КГБ и до 1992 года проходил службу в отделе по борьбе с организованной преступностью УКГБ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Несмотря на славное чекистское прошлое руководителя фирмы, в некоторых информированных кругах она считается достаточно скандальной. В частности, ей всегда припоминают тот факт, что генеральный директор и водитель «Барс-протекшена» были задержаны 10 сентября 1996 года в офисе ОАО «Петроторг» опергруппой 5-го отдела РУОПа. Задержанные подозревались в том, что в июле 1996 года они вымогали у генерального директора «Петроторга» 35 процентов акций. Позже следствие выпустило сотрудников «Барс-протекшена» на свободу, посчитав, что для общества они не опасны, однако, что называется, неприятный осадок остался.

«Секьюрикор-охрана» – это практически единственное на 1998 год совместное охранное предприятие в Санкт-Петербурге. «Секьюрикор» – одна из очень известных английских охранных фирм. Питерский «Секьюрикор» возглавляет Андрей Леонидович Григорьев, подполковник милиции. Сотрудники фирмы – в основном, бывшие сотрудники милиции. Работая совместно с англичанами, Андрей Григорьев в короткое время сумел довести оборот в фирме до цифры, сопоставимой с оборотом такого гиганта, как «Торнадо». «Секьюрикор» сумел получить под охрану такие объекты, как скандально известный финский бензиновый концерн «Несте» (после того как у них не сложилась любовь с «тамбовскими»), Академию им. Макарова, сеть магазинов «Литтлвудс».

В 1998 году в Петербурге работало и еще много разных солидных и не очень официальных охранных структур (рассказать обо всех в рамках «Бандитского Петербурга», конечно, не представляется возможным, эта тема, видимо, для отдельной книги), и почти у каждой из этих фирм была пусть не очень долгая, но достаточно интересная история…

Очень быстро многие созданные под эгидой правоохранительных органов структуры оказались втянутыми в игры на бандитском поле и по бандитским правилам. Процесс пошел дальше – действующие сотрудники, которых душила нищета и которых уже не сдерживали (по причине отсутствия) идеологические рамки, начали переходить от оказания разовых содействий бывшим коллегам из охранных структур к самостоятельному «крышеванию». И как следствие, они тоже начинали играть на бандитском поле и по бандитским правилам. В Петербурге эта тенденция приобрела такой размах, что где-то с середины 1996 года город все чаще уже называли не бандитским, а ментовским. Кто-то может возрадоваться и сказать: но ведь ментовский – это же лучше, чем бандитский! Это хорошо, что бандитов потеснили – беспредела меньше стало! Так, да не так… Во-первых – ментовский беспредел иногда страшнее бандитского бывает. А во-вторых… Любой профессионал знает – нельзя одновременно служить и Богу, и Мамоне. Истинный хозяин – это тот, кто реально платит. «Крышующие менты» получают реальные деньги не от государства – оно платить реально и чисто конкретно не в состоянии… И в-третьих – на самом-то деле бандитов вовсе не вытеснили со сцены, просто на подмостках появились новые действующие лица. И в этом театре, где бандиты начинают перемешиваться с ментами, на авансцену иной раз выходят личности вовсе странные, которых нельзя отнести ни к тем, ни к этим, которым больше всего, наверное, подходит слово «мутант». В городе на Неве есть одна фигура, мимо которой трудно пройти, рассказывая о бандитском Петербурге. Это Руслан Артемьевич Коляк, помощник депутата Государственной Думы Александра Невзорова.