Чтение онлайн

Он поднялся с нар, вытолкнул тугую дверь и оказался во дворе.

Вокруг избушки темной непроглядной стеной стоял густой лес - Валентин даже не разобрал были тут дубы или сосны. Небо надо головой было белесые, звезды только-только просвечивались. Где-то чуть в стороне проблескивало пламя костра. В десяти шагах от крыльца стоял сруб колодца и готовое ведро с водой на обрубке дерева рядом Вода была холодной до ломоты в зубах.

Словно мотылек, Валентин пошел на свет костра и обнаружил, что возле костра сидит незнакомый ему седой мужчина в теплом ватнике.

– Добрый вечер.
– сказал Валентин.

– Добрый вечер.
– кивнул мужчина.
– Как охота?

– Хорошо.

У мужчины было темное лицо, задубевшая кожа, тяжелые руки с короткими грубыми ногтями.

– Садись, погрейся.
– сказал он.
– Я здесь хозяин. Ты мой гость. Выпить не хочешь?

– Если немного. Вы и есть здесь егерь?

– Егерь тоже.

Он достал большую бутылку зеленого стекла - Валентин таких никогда не видел - в два стаканчика налил какой-то мутной жидкости, и - выпили. Нечто пахучее, не понятно приятное или отвратное.

– Вы здесь и зимой живете?
– спросил Валентин.

– Конечно.

– Без телевизора?

– Зачем?

– И радио нет?

– Нет.

– Ну... Газеты получаете?

Егерь улыбнулся своим темным лицом от чего оно словно осветилось изнутри:

– Зачем себе нервы портить? Нет, газет не получаю.
– он говорил с сильным акцентом и с явным трудом подбирал русские слова.

– И так здесь круглый год?

– Да... Дочь приезжает, привозит соль, хлеб... Йонас и друзья тоже на охоту...

– А сами в город часто ездите?

Егерь пожал плечами и снова улыбнулся.

Больше они ни о чем не разговаривали. Даже выпили ещё пару раз молча. Разговоры здесь как-то были и не нужны, а Егерю хватало для полноты жизни всего, что его окружало. И не нужен был ни телевизор, ни газеты. Как он достиг такого совершенства в жизни Валентин даже и не думал спрашивать, поскольку твердо понимал, что не поймет сущности любого ответа.

Когда совсем стемнело и стало холодно, он вернулся в избушку и лег на нары. Во всем своем теле и душе он ощутил небывалую легкость, а настроение было "на всё наплевательским". В конце то концов хорошо уже то, что ты одарен великим счастьем жизни, попросту сказать - "хорошо, что живешь" За последней гранью не будет ничего, а потому и все поражения или победы сегодняшнего дня ровным счетом ничего не значат. Живи пока дышится и дергайся в соответствии со своей натурой и своими желаниями..

...Поутру Флин глянул ему в лицо тревожно.

– Ну, как ты сам, Валя?

– Нормально, Флин.

– Гоним домой?

– А куда ж мы денемся.

– Тогда, с богом.

Простились со своим егерем и - погнали. Но прежних скоростей набрать не удалось, поскольку от Минска на Москву трасса оказалась загруженной, а патрульные машины автомобильной инспекции торчали чуть не на каждом километре.

К своему дому подкатились в кромешной темноте и остановив на дворе машину, Валентин подумал - были ли эта поездка, охота, егерь у костра - или ему всё только приснилось?

Фонарь под козырьком над крыльцом вспыхнул и на пороге, в одной коротенькой ночной рубашке появилась Алла. Крикнула обидчиво.

– Могли бы и позвонить, куда вас черти занесли!

Маугли прыгал вокруг машин и Флин кинул ему кусок кабаньего мяса, после чего тут же прекратился радостный лай и только кости захрустели в мощных челюстях собаки.

– К непотребным девкам что ли ездили?
– спросила Алла.

– Зачем?
– засмеялся Валентин.
– Куда ездить, когда своих непотребных полон дом. Налей мне горячую ванну и дай сегодня поспать спокойно. Завтра тяжелый день!

– Эрна Янсон придет к тебе в банк в девять часов... Кстати, Валя, должна сказать, что тебе очень повезло с первой любимой женщиной.

– Уже перемыли с ней все мои кости?

– А как же! Чудесная женщина! Для мужчины первая женщина много значит, правда?

– Пожалуй.

– Ну, а я буду у тебя последней!

Отвечать на эту самоуверенную глупость было нечего и Валентин ограничился кивком.

глава 3. Авторитет умер, а дело его живет.

Вторник, с утра, начался с острого желания ввязаться в какую-нибудь драку и - проливного дождя за окном.

Алла не проснулась и Валентин вместе с Флином позавтракали на кухне молча и нервно. Оба были напряжены, но никакими мнениями ни о чем не обменивались.

Когда выехали в Москву дождь пошел с такой яростной силой, что перед МКАД пришлось остановиться - казалось, что не разглядишь пальцев собственной руки, если её вытянешь. Встала вся трасса, только предельно сумасшедшие, включив фары и сигналя, медленно ползли по левой полосе.

К своему банку подкатились около десяти утра и оставили машину во дворе.

Едва Валентин вошел в приемную, как навстречу ему подняла Эрна Янсон - в строгом костюме, с кейсом в руке. Сказала весело, но сдержанно.

– Опаздываете на бизнес, господин банкир! Жду уже час!

– Оставь, всего три минуты.
– он распахнул перед ней дверь в кабинет.

Она изящно уселась в кресло, перекинула ногу на ногу и подмигнула, что оказалось на сегодня последним напоминанием о той Эрне, которая в субботу выступила в паре с Аллой, исполняя лихой стриптиз.

– Я рада, что у тебя такая интересная женщина. Мы проболтали с ней всю ночь. А теперь к делам?

Всё кокетство с неё тут же слетело, даже женственность исчезла, а проявилось нечто мужское, даже грубое.

– К делам, Эрна. Только не знаю к каким...

Он решил, что сообщать её о том, что банк стоит на пороге краха будет преждевременно, а вслед за тем мелькнула и другая, ещё не сформированная мысль, которую следовало обдумать, по мере того, как Эрна излагала свои диспозиции. Он слушал её очень внимательно одной половиной мозга, а вторая напряженно вытраивала стратегию параллельного дела.

– Ситуация такая, Валя. Волна национализма в Латвии потихоньку спадает, а вместе с ней и неприязнь к России, которую последние десять лет подряд иначе как "оккупантами" и не называли. Причина, как всегда материальная. Обнаружили печальный для себя факт. Вся сельская продукция Латвии - на Западе не нужна. И наш бекон, и сыры - плевать там на них хотели. Весь рынок продовольственных товаров Европы - это сто пятьдесят сто семьдесят миллионов долларов. И туда уже никто по настоящему не влезет. Хотят мои соплеменники или нет, а придется не только получать деньги за то, что через Вентспилс качают русскую нефть, но и торговать с Россией. Так что вступим мы в НАТО или нет, работать с соседом придется.