Чтение онлайн

Ее зрачок сузился, вытянулся и стал вертикальным и узким, как у дракона или… как у змеи! На скулах проступила чешуя, из-за алых губ вырвался раздвоенный черный язык! Я застыла марионеткой, сердце глухо бухало от ужаса, но шевельнуться я не могла. Кажется, именно это называется “гипноз”? Тонкая полоска языка потрепетала возле моего лица, но не коснулась кожи, зрачки леди расширились и снова сузились, с губ раздалось шипение:

– Интерес-с-с-сно!

После этого леди меня отпустила, вернулась на свой стул и выпила новый шот, закусив орешком.

Окружающие делали вид, что не заметили преображения гостьи. Я некоторое время стояла столбом, потом взялась дальше резать фрукты. Оставался только один вопрос – как же гостья стояла, перегнувшись через стойку? Рост у нее средний для женщины…

Ответ я получила очень скоро – допив последний стаканчик, дива тряхнула копной кудрей и заявила:

– Эрик, маякни мальчикам, я хочу спеть! Эта малышка меня вдохновила!

Бармен тотчас нажал кнопку на маленьком магофоне, прикрепленном к его фартуку, и забормотал что-то в гарнитуру. Через пару минут свет на сцене погас, потом зажегся вновь, и эльф-квартерон объявил с придыханием:

– Дамы и господа, сегодня наше скромное заведение посетила дива Шиара! Она пожелала спеть для вас!

Тут же раздались бурные аплодисменты, и леди, покачивая бедрами, вышла на маленькую сцену. Стихли звуки, откуда-то сверху полилась мелодия скрипки, а платье леди вдруг слегка вздулось и опало, превратившись в изумрудно-зеленый хвост!

Я замерла, не веря своим глазам. Про нагов я слышала вскользь, но никогда не видела! В нашей деревне даже люди появлялись редко, а в школе “расоведение” вел заспанный старик, давно забивший на работу.

Впрочем, Сэл учил меня – приносил откуда-то журналы, показывал ролики по истории государств, требовал, чтобы я знала географию и расоведение лучше, чем требовалось в школе. Даже политические беседы со мной вел и очень сожалел, что я не обучена “женским делам”. Старик даже водил меня к одной старой волчице на окраину, чтобы она научила меня готовить и шить. Старая Альма была разумной женщиной – она научила меня штопать дыры, пришивать пуговицы и делать петли. Еще варить похлебку, жарить яйца и блины.

– Этого тебе хватит, детка, а остальному научишься, если захочешь, – сказала она, отпуская меня к Сэлу.

Почему-то я вспомнила все это, когда леди Шиара поднялась на хвосте, распахнула абсолютно змеиные глаза, уставилась мне в лицо и запела.

Клянусь, вся моя жизнь промелькнула передо мной! А чарующий голос между тем рассказывал о боли, разочаровании, обидах… Слезы выступили на глазах! А ведь я не плакала уже много лет!

Потом мелодия стала тревожной. Послышался рев мотоцикла, вой волков, испуганный стук шагов и… Я могла поклясться, что я слышала смерть. Ужасную, одинокую смерть на дороге, в окружении равнодушных существ.

Слезы вскипели сильнее. Захотелось свернуться в клубок, поплакать, но… Упрямо сжав губы, я шмыгнула носом и вытерла глаза – не дождутся! Я не буду рыдать! Я убежала! Я сумела! У меня впереди новая жизнь!

Голос нагини взвился и опал, а потом… тихо-тихо, едва слышно начал новую историю – о любви, тихом семейном счастье, благополучии и удаче.

Я почти не слушала – скорчилась под барной стойкой, размазывая по лицу слезы, а Эрик меня не трогал – он, как и все посетители, не сводил взора со сцены.

Когда мелодия оборвалась на какой-то особенно чистой, хрустальной ноте, зал взорвался аплодисментами, а потом все потянулись к бару – выпить.

– Каждый раз, как леди Шиара поет судьбу, меня до костей пробирает, – пожаловался один из гостей. – Налей-ка мне “Дыхание дракона”, друг, а то до утра ознобом колотить будет!

Эрик проворно наполнял рюмки, а я утерла слезы, тихонько высморкалась в подсунутые мне бумажные салфетки, провела по лицу кубиком льда, чтобы убрать покраснение и отек, и встала рядом с барменом – насыпать орешки на блюдца, забирать пустые бокалы и протирать стойку.

Леди Шиара – потускневшая, утомленная, допивала свой шот, глядя куда-то за плечо Эрика. Ее никто не трогал, но смотрели все с благоговением – еще бы, такой талант!

– А что значит “поет судьбу”? – осмелилась я спросить у бармена, когда гости разбрелись по бару, а леди Шиара ушла.

– То и значит! – отозвался он. – Иногда леди Шиара выбирает кого-то и поет о нем. Все-все, от рождения до смерти. Если ей не нравится то, что она видит, леди способна изменить будущее, но только если сама захочет. Такое случается не часто, так что гордись, сегодня ты слышала чью-то жизнь.

Я молча кивнула. Неужели никто не догадался, что нагиня пела обо мне? Я обвела взглядом просторный бар. Кажется, нет. Все заняты своими делами – пьют, курят, обнимают девчонок… Спрятав довольную улыбку, я ушла в подсобку – на стойке кончились орешки и оливки, пора обновить запас!

Мистер Джонсон, как обычно, проводил вечер в своем кабинете. Лето. В клубе тишина. Большая часть сотрудников в отпуске. Он и сам недавно вернулся с русалочьих островов, поверив предсказанию пряжной пророчицы, и не прогадал – мисс Леда Брансуик оказалась крайне интересной девушкой. Несомненно, красивой, как и все кандидатки клуба “Огненный дракон”, но еще необычной и талантливой. Не каждая девица двадцати с небольшим лет сумеет правильно смешать Б-52, не испортив красивые слои! А уж привлечь внимание леди Шиары – это надо обладать изюминкой. Шармом.

За спиной управляющего открылась дверь, пропуская мисс Вайс. Полусильфида вошла, как всегда, принеся с собой волну тонкого аромата. Склонилась, целуя халфлинга в макушку и одновременно заглядывая в мониторы:

– Новенькая? Как держится?

– Неплохо. Отработала смену, помогает Эрику прибирать стойку. Видно, что действительно работала в баре. Нервы крепкие, темперамент холодноватый. Вот только… у нас нет под нее заказа.

Мисс Вайс всмотрелась в девушку, провела кончиком пальца по нагретому пластику, обрисовывая контур ее лица, и кивнула своим мыслям:

– Есть вариант. Лорд Вердан.

– Вердан? Вдовец?

– Ему не нужны эмоции, только результат. Леда желает избавиться от сородичей. После ночи с драконом ни один волк к ней не подойдет.

– Это мысль! – мистер Джонсон повернулся и поймал губами длинные белые пальцы своей помощницы. – Раз уж вопрос решен, мы можем уделить немного времени себе?

– Почему немного? – чувственно прошептала полусильфида, встряхивая головой, чтобы шпильки вылетели из строгой “ракушки”, и светлые волосы рассыпались по плечам. – У нас есть целая ночь!