Барби для Мажора
Шрифт:
— У меня теперь есть семья. Я очень тебя прошу, не порть мне жизнь, — попыталась образумить его она.
— Хочешь я куплю тебе домик около моря, ты же хотела? Всё будет так, как мы мечтали, — предлагал он, срывающимся от волнения голосом.
У него всегда голос дрожал, когда он очень волновался. Она до сих пор помнила эту его особенность.
— Зачем ты это делаешь?
— Потому что я люблю тебя!
— Правда, любишь? — с сомнением взглянула на него она.
Сейчас глупо его в чём-то убеждать, нужно просто плыть по течению. Затуманить его бдительность. Вдруг у неё получится сбежать? Но оглянувшись на дверь, за которой стояли в коридоре, привезшие её сюда, она поняла, что далеко убежать всё равно не сможет.
— Конечно, правда! Я очень тебя люблю! Сегодня мы переночуем в гостиничном номере, а завтра поедем туда, где я живу. У меня там есть свой особняк, в котором ты станешь хозяйкой, — горячо заговорил парень, целуя её руки.
В углу комнаты, где лежала её сумка, в очередной раз зазвонил мобильный, который за последнее время трезвонил уже раз десять. И, наверное, столько же раз приходили смс. Он встал и, подойдя к сумочке, достал его оттуда. Выражение его лица сразу поменялось.
— Так значит любимый?! — прочитал он то, что высветилось на экране.
Телефон с оглушительной скоростью полетел в стену и сразу заглох. На его лице пробежали десятки эмоций, в которых она разобраться так и не смогла. От страха она вжалась в кресло, а он, стукнув кулаком в стену, вышел из комнаты, предусмотрительно закрыв её на ключ. Через час он вернулся, они просидели несколько минут в тишине, каждый думал о своём. Она не знала, какие мысли лезли в голову этому ненормальному, но к ней приходили только те, которые всё время просились домой. Молчание прервала мелодия на его мобильном, по разговору она поняла, кто это звонит.
— Что ты хочешь? Жену свою? Только она больше не твоя! И не надо сейчас мне всё это говорить. Ты сам виноват, не нужно было её трогать. Ты же знал, что она моя. Скажи спасибо, что я сразу тебя не пристрелил, ничтожество! Хочешь разборок? Хорошо, приходи в «Джаз», она здесь. Посмотрим, как ты сможешь её забрать, — вне себя от ярости кричал в телефон он.
Сбросив звонок, он дерзко посмотрел на неё:
— Он сейчас придёт за тобой. Только радоваться не нужно, ты всё равно останешься со мной! Слышишь? Ты моя!
Её супруг сорвался с работы, даже толком ничего не объяснив Антону, поведав лишь, что это очень важно и уже через полчаса примчался на такси к ночному клубу. Когда он попытался войти в комнату, где находилась она, охранники сначала предварительно обыскали его, а затем, получив разрешение босса, расступились, позволяя войти.
— Любимая, ты же прекрасно меня знаешь. Я бы в любом случае за тобой приехал. И не важно, сколько времени прошло — год или два, — ласково говорил Андрей, накрыв её ладонь своей.
Приятных ощущений и мурашек по телу от его прикосновений она не чувствовала, потому что их не было. У неё не появилось непреодолимого желания накинуться на него с объятиями. Ей не хотелось, чтобы его губы коснулись поцелуем к её устам. Сейчас она убедилась, что его время уже давно прошло. Она освободилась от него. Он ей не нужен!
Немного погрузившись в свои мысли, она не сразу поняла, что здесь не так. А когда пришла в себя, увидела в дверях своего благоверного. Он с ненавистью смотрел на её руку, которую она так и не высвободила.
— Что это значит? Вернуться к нему решила? А мне это сообщить ты не посчитала нужным? Я пока ещё твой муж, — его глаза горели, а кисти были сжаты в кулаки.
— Бывший, ведь теперь у неё есть я, — самоуверенно вёл себя похититель.
— Рома, всё не так, как ты подумал, — резко выдернув ладонь, стала оправдываться она.
Руки у неё тряслись, а перед глазами стоял туман. Девушка поняла, что Мажор подстроил это специально. Вот же сволочь!
— А, как я должен думать? Он тебя за руку держит, и любимой называет, и по твоему виду не скажешь, что тебе это не нравится. Захотела к нему? Так сразу же надо было мне сказать. Я ненавижу, когда меня обманывают! Ненавижу! — заорал тот.
— Она всегда любила, и будет любить только меня! Ты был всего лишь досадной ошибкой в её жизни, мимолётным увлечением, потому что меня не было рядом. Завтра я всё исправлю и увезу её с собой, — утвердительно выдал его противник.
— Нет, я не люблю тебя! И никуда не поеду с тобой, отпусти нас, сейчас же! — посмотрев ему в глаза, воскликнула она.
— Это из — за него? Он во всём виноват, да?
— Никто не виноват, кроме тебя! Она больше не хочет быть с тобой. Ты её уже давно потерял! — отозвался, имеющий на неё официальное право.
Он собрался подойти к ней, но в это время соперник раздвинул полы пиджака и достал оттуда пистолет.
— Стой, где стоишь! — грозно выпалил безумец, направляя дуло на него.
Она похолодела от страха. За, что ей всё это? Он, ведь не выстрелит? Иначе она этого не выдержит! По её щекам покатились слёзы, и она стала упрашивать его убрать, то, что он держал в руках и выпустить их.
— Не надо, пожалуйста, — умоляла она.
Но он не обращал внимания на её мольбы, его лицо покрылось красными пятнами гнева, а глаза бешено сверкали.
— Я знаю, как нам решить эту проблемку! — снял с предохранителя оружие он.
— Он тут ни при чём! Дело во мне. Мои чувства к тебе давно прошли, — поднялась со своего места она.
— Я в это не верю! Неужели тебе плохо со мной? Я не поверю! Нам было так хорошо вместе. Мы сможем всё вернуть, — пристально вглядывался он в её, наполненные слезами глаза.
Страх начал немного отпускать, и она сделала несколько шагов в сторону своего супруга.
— Не смей к нему подходить, слышишь?! — запретил Андрей, продолжая держать разлучника под прицелом.
— Прошлого уже не вернёшь! Нужно жить настоящим и строить своё светлое будущее. А это самое будущее я хочу с ним. Я люблю его! Неужели это так сложно осознать? К тебе я больше уже ничего не испытываю. Пойми же ты это! — зарыдав, сорвалась она на истерический крик.
— Если его не станет, ты снова захочешь вернуться ко мне, — прорычал он, прицеливаясь в виновника своих бед.
Сейчас он убьёт отца её ребёнка! Только не это! Анжела могла многое пережить, но только не его смерть. В этот момент она перестала, что-либо соображать и кинулась к мужу, повиснув руками на его шее. Раздался выстрел, а затем наступила тишина. Сознание спуталось, перед глазами всё поплыло, какое-то время она не понимала, что происходит. Затем поняв, что до сих пор ещё жива, она подняла глаза на него — с ним тоже оказалось всё в порядке. Они смотрели друг на друга, пока их не прервали: