Чтение онлайн

– Отойди от неё, – раздался спокойный, до боли знакомый голос.

Серёга замер, стряхнул с рук остатки льда и воды и обернулся:

– Ба! Кого я вижу! Решил присоединиться к нашему веселью? – радостно воскликнул он, кивая в мою сторону. – Замутим тройничок на посошок?

– Аня, – только и сказал Алекс. Громко, чётко и по существу.

Я мгновенно вскочила на ноги, пошатнулась, прижала к груди шампанское и всё-таки выбралась из-за стола.

– Стоять! – пророкотал Серёга.

Ага, хрен ему.

– Ешь полезную пищу, и будет стоять, – посоветовала умница я, бодро процокав каблучками к любимейшему шефу.

Тот внезапно ухмыльнулся, приобнял меня за талию и в ответ на сжатые кулаки Серёги сообщил:

– Я её забираю. Сегодня помоги себе сам.

– Так она – твоя баба?! – выплюнул бывший красавчик.

Мы уже шли к выходу. Краем глаза я заметила блаженно улыбающегося официанта.

– Водки! – пророкотал откуда-то сзади Сергей, скрипя стулом по кафелю. – И поживее, ты!

Сочувственно вздохнув, я проследила взглядом за парнишкой в униформе, безропотно отправившимся в бар. Вот уж работёнка у бедолаги…

Видит бог, как я радовалась огромному вездеходу Алекса! Едва ли не запищав от восторга, кинулась вперед, споткнулась и была поймана начальством за руку, бережно удерживающую бутылку.

– Расскажешь? – только и спросил он, помогая мне влезть на пассажирское сиденье рядом с водительским.

– Всё плохо, – печально отрапортовала я.

– Было плохо или до сих пор плохо? – деловито уточнил он.

– Сейчас норм, – улыбнулась я, отпивая прямо из горлышка и прикрывая от блаженства глаза.

Он уселся рядом, завел авто и тронулся с места, включая радио. Жаль, мне очень хотелось, чтобы Алекс вытягивал из меня правду, раскрутил на откровения и потом ещё пожалел, когда я разрыдаюсь от накала эмоций.

Вместо этого он включил какую-то иностранщину погромче, довольно кивнул и вжал педаль газа в пол. Меня вдавило в спинку сидения, а в желудке неприятно заурчало. Кроме противных физических ощущений пришли и моральные терзания. Где-то в глубине моей головы медленно трезвел мозг, он же услужливо воспроизвел воспоминания об условиях нашей с Алексом игры.

Я нарушила все запреты. Зачем? Не знаю. Жалею ли? Жалею. Что будет дальше? Хочется верить в лучшее, но вряд ли лучшее возможно.

До встречи с Алексом судьба била меня нещадно, влюбив в жадного ленивого красавчика, способного только на вечное нытье, обвинения и измены. Я работала, готовила, стирала и мечтала, чтобы этот мудак взял меня в жёны, ведь все мечтают о семье и детях. Так было надо. А потом застала его с молоденькой девчонкой, студенткой последнего курса какого-то элитного института. В нашей кровати, в квартире, которую оплачивала я, ведь он никак не мог найти работу по душе… И выяснилось, что я – обуза, а у него с той умницей любовь.

Сначала я сильно переживала, рыдала и билась в истерике с криками: «За что?! Как теперь жить?!», прижимаясь к Дашкиной объёмной груди. В дополнение к уже случившемуся, спустя три дня меня уволили с работы. По собственному желанию, добровольно-принудительно. Пришел новый босс, привёл с собой новых метёлок, они-то меня и вымели даже без выходного пособия. В обычных условиях я могла сопротивляться, угрожать судами и вообще выбить свое место назад, но увы, в том состоянии, когда всё случилось, не была способна сказать даже «мяу».

Что было дальше? Я рефлексировала, выла, ныла, страдала и собиралась домой, в свой Мухосранск, под бок к маме и папе, как побитая собачонка. Не вышло из меня столичной штучки… И тут снова вмешалась Дашка. Она нашла мне непыльную работенку секретарем у одного молодого щёголя-бизнесмена. Через знакомых узнала что и как, прочитала мне лекцию о вреде самобичевания и устроила экстренную реанимацию длиной в три дня. Мы гуляли по магазинам за счет её любовника, смотрели новинки в кинотеатрах, сходили в роскошный салон… А потом она меня выперла, сообщив, что папик возвращается из командировки, а мне пора на первый рабочий день.

Тогда же позвонил бывший с просьбой занять ему денег и признаниями всех ошибок разом. А потом появился Алекс…

Не знаю, сколько мы ехали, но, обдумывая случившееся, я успела задремать. Проснулась от резкого торможения и, больно стукнувшись головой, вскрикнула:

– Какого лешего?!

– Приехали, – ответил Алекс, заглушив двигатель. – Оставь бутылку у бордюра.

Я непонимающе осмотрелась, щурясь от света фонаря и растирая ушибленное место свободной рукой.

– Где мы?

– У меня дома.

Он вышел первым, закрыл дверь и остановился. Пришлось последовать его примеру. Прижимая к груди алкоголь ценою в тысячу баксов, я обошла машину и встала напротив хмурого Алекса. Тот опустил взгляд на мои руки, недвусмысленно намекая на то, что его просьба осталась невыполненной.

– Это очень дорогое шампанское, – объяснила я.

– Серьёзно?

– Угу?

– Тогда тебе придется остаться здесь и охранять его, чтобы с ним что-нибудь не случилось.

– Не поняла.

– Весёлой ночи, Аня.

Он развернулся и пошел к дому, расположившемуся за высоким забором.

С тяжёлым сердцем я сделала выбор. Аккуратненько приземлив бутылку на бордюр, печально вздохнула, взглянула на неё в последний раз и поплелась за шефом.

Алекс стоял у двери, встроенной в раздвижные ворота, и внимательно смотрел на меня.

– Хочешь войти? – уточнил он.

– Хотелось бы, – буркнула я, обхватив себя за плечи и зябко поежившись. Было холодно и немного не по себе. Кажется, я трезвела.

– Замерзла?

– Нет. Просто очень люблю себя! – огрызнулась я.

Поведение шефа ужасно раздражало. Для чего все это? Не хочешь впускать меня? Тогда зачем привез?!

– Ты нарушила правила, – словно в ответ на мои вопросы отозвался он. – Хотел оставить тебя на улице, но…

– Но пожалел?

– Именно так. Ты – как слепой котенок, тыкающийся всюду своим маленьким носом в поисках более комфортного существования.

– А ты у нас кошатник, – зло ухмыльнулась я.

– Напротив. Ненавижу их. Всюду оставляют шерсть и много гадят, при этом пользы от них никакой.