Бархатные горы
Шрифт:
Стивен тряхнул головой, словно вернувшись в настоящее.
— Позволь мне подержать крестника, ладно? Он и без того слишком много времени проводит с женщинами!
Но Бронуин ловко ускользнула от него.
К вечеру следующего дня они подкатили к дому родителей Керсти, обычному арендаторскому коттеджу с чисто выбеленными каменными стенами и черепичной крышей, окруженному полями ячменя и лугами, на которых паслись несколько коров и небольшая отара овец. Границу владений отмечала крутая скалистая гряда.
На пороге появились родители Керсти: отец, Харбен, маленький скрюченный человечек без правой руки, зато с пышной бородой, густой шапкой седых волос и, казалось, навеки застывшим в сердитой гримасе лицом, и мать, Неста, крошечная женщина с седыми, скрученными в тугой пучок волосами. Она в отличие от мужа так и излучала тепло и умудрилась одновременно обнять дочь, младенца и Бронуин, после чего несколько раз поблагодарила ее и Стивена за то, что помогли принять ее единственного внука. Она даже расцеловала Стивена с таким же энтузиазмом, как и зятя.
Стивен спросил, нельзя ли провести у них ночь, добавив, что утром они уйдут.
Вид у Харбена был такой, словно ему нанесли величайшее в мире оскорбление.
— Только на одну ночь? — проворчал он. — Что ты за человек? Эта твоя жена тоща, как палка, и где, спрашивается, ваши дети? — И, не дожидаясь ответа Стивена, добавил: — Мое домашнее пиво мигом зародит ребенка в ее плоском животе!
Стивен кивнул, словно Харбен только что изрек поразительную мудрость.
— Знаешь, я тут давно думал о том, что не мешало бы и нам завести ребеночка, а уж домашнее пиво — первое для этого средство.
Харбен издал звук, могущий сойти за смешок.
После простого ужина, состоящего из молока, масла, сыра и овсяных лепешек, они все расселись вокруг очага, в котором горел торф. Стивен сидел на табурете, вырезая игрушку для Рори Стивена. Бронуин пристроилась на полу, опершись о его колено. Керсти и ее мать сидели по другую сторону. Доналд и Харбен смотрели в огонь.
Доналд, уже показавший себя хорошим рассказчиком, только сейчас весело поведал о Бронуин, продававшей напиток, и реакции Стивена на ее вызывающее поведение. Закончил он историей о встрече Бронуин с Макгрегором.
Бронуин вместе со всеми смеялась над собой.
Но тут Харбен вскочил, перевернув табурет.
— Отец, — встревожилась Керсти, — опять рука болит?
— О да, — с горечью бросил он. — И боль ни на секунду не утихает, с тех пор как Макэрроны ее отсекли.
Стивен немедленно сжал плечо Бронуин.
— Но теперь не время… — начала Неста.
— Не время! — завопил Харбен. — Когда это не время ненавидеть Макэрронов? — Он повернулся к Бронуин и Стивену. — Видите это? — спросил он, показывая на пустой рукав. — На что годен мужчина без правой руки? Сам Макэррон отрубил ее. Шесть лет назад он украл наш скот и унес с собой мою руку.
— Шесть лет назад, — прошептала Бронуин. — Но разве Макгрегор, в свою очередь, не совершил набег на земли Макэрронов? Тогда он убил четырех человек.
Харбен небрежно отмахнулся:
— Так ему и надо за то, что крал наш скот.
— Неужели Макэррон должен был сидеть и смотреть, как убивают его людей? Должен же был он отомстить!
— Бронуин, — остерег Стивен.
— Оставь ее в покое, — отрезал Харбен. — Жена у тебя молодец! Что ты знаешь о Макэрроне?
— Он…
— Бронуин живет у самой границы с землей Макэррона, — вмешалась Керсти.
— Должно быть, у вас немало бед из-за этих негодяев, — посочувствовал Харбен.
— Вовсе нет, — улыбнулась Бронуин.
— Ты должна сказать мне… — начал Харбен, но Керсти поспешно встала:
— Думаю, нам всем пора спать. Не забывайте, завтра придется доить коров.
— Да, — согласился Харбен. — Утро с каждым годом наступает все раньше.
Позже, когда Бронуин и Стивен улеглись на соломенный тюфяк и укрылись пледами, она обреченно прошептала:
— Только не нужно читать мне наставления.
— Я и не думал, — заверил Стивен, прижимая ее к себе. — Мне нравится слушать ваши споры. По-моему, ты встретила свою ровню, и нашла коса на камень. Ни ты, ни Харбен не в силах поверить, что в другом клане может быть что-то хорошее.
Она хотела ответить, но он поцеловал ее, и они мирно заснули.
Наутро гонец привез вести, помешавшие Стивену и Бронуин покинуть дом Харбена. Стало известно, что лэрд клана Макэрронов вместе со своим мужем-англичанином таинственным образом пропали. Макгрегор объявил награду за их поимку.
Стивен ухмыльнулся, когда Харбен объявил, что был бы рад привести к Макгрегору уродливую ведьму, связанную по рукам и ногам, но улыбка тут же исчезла, поскольку тот же Харбен назвал англичанина ничтожным павлином, не стоящим той земли, в которой его похоронят. Бронуин горячо согласилась с его мнением, после чего Стивен помрачнел, как ночь. Но Бронуин продолжала издеваться над мужем, пока Керсти не положила конец разговору.
— Я отплачу тебе за это, — прошептал Стивен, когда они пошли в загон, где стояли молочные коровы.
— Подвергнув меня своим алчным английским ласкам? — поддразнила она и пошла вперед, зазывно покачивая бедрами.
Стивен хотел было достойно ответить, но неожиданно ощутил, что просто сгорает от алчности, и поэтому только молча улыбнулся и подошел к корове.
Бронуин всю жизнь провела рядом с арендаторами и по крайней мере была немного знакома с работой на ферме. Но Стивен умел только вести солдат в бой. Сев на табурет, он озадаченно уставился на корову.
— Вот смотри, — тихо сказала подошедшая Керсти и показала, как дергать корову за соски. Милая женщина даже не обратила внимания на его проклятия, когда он ухитрился опрокинуть молоко на себя.
Позже они слили все молоко вместе, так что ведро Стивена оказалось таким же полным, как и остальные. Неста, правда, удивилась, что коровы дали так мало молока, но все же решила не придираться и послала молодежь на поля. Нужно было собрать зимние овощи и починить ограду. Доналд и Бронуин долго смеялись при виде физиономии Стивена, остановившегося перед каменной оградой. Он был доволен, как дитя, что наконец-то нашлось дело, в котором он хоть что-то понимает, и потому принес больше камней, чем все они, вместе взятые.