Чтение онлайн

– У вас тут пол холодный, сейчас заболею, умру, так вам спасибо не скажут, – решил я развеять возникшую тишину. – Если можно, принесите какое-нибудь одеяло, пожалуйста. Хоть укроюсь.

– Ага, может тебе еще и кофе принести? – грубо бросил охранник, но его локтем толкнул один их техников.

– Петрович, парень дело говорит. Сидеть голой жопой на полу не очень приятно, – оторвался от наладонника техник.

– Вставай, – обратился он уже ко мне. – Я тут мельком посмотрел твой файл, убийца коллекторов. Вроде нормальный, сам явился с повинной. Ты вообще как себя чувствуешь?

– Замерз, рукам неудобно, пусть я и чистый, но просто мечтаю о теплом душе. Вы не представляете себе, что такое три месяца жить на пыльном руднике, – честно ответил я.

– Так это тот самый? – удивился охранник, опустив пистолет. – То-то мне его лицо знакомым показалось. Его же пару месяцев назад по всем каналам показывали. Ох, и натворил ты дел, парень. Мой знакомый работает в службе эксплуатации зданий, так говорит, ремонтировать пришлось столько, что чиновники за голову хватались, не зная, откуда деньги брать.

– Да знаю я. На меня весь этот долг и повесили. Ни много, ни мало – сто миллионов игровых золотых нужно внести. Либо сидеть все восемь лет.

Охранник и техники даже присвистнули, представив себе такую цифру. Согласен, по финансам влетел я неплохо. Помолчали.

– Что думаешь делать, Сергеич? – спросил охранник старшего техника.

– А что тут думать? Если мы наручники снимем, глупостей не натворишь? В душе с наручниками неудобно.

– Оно мне надо, глупости творить? Мне сидеть еще семь с лишним лет. Добавки мне не нужно, – заверил я его.

– Повернись, – сказал Сергеич, после чего расстегнул мне наручники. Петрович непроизвольно опять направил на меня пистолет, но через пару десятков секунд успокоился и вовсе засунул его в кобуру.

– Душ прямо, мыло и все принадлежности там есть. Все одноразовое. Давай быстро. Одна нога там, другая здесь.

Никогда не думал, что душ может дарить такое удовольствие. Я стоял под водой и наслаждался каждым мгновением, каждой капелькой, пока в кабинку не начали стучать и требовать, чтобы я выходил. Переодевшись в белье, предложенное мне аппаратом, я вышел в общую комнату и уселся на диван, завернувшись в лежащий на нем плед. Теперь можете отправлять меня куда угодно, я готов.

– Ты чего вылез из игры-то? – спросил меня Сергеич, расположившись на стуле.

– Откуда я знаю? На руднике, где работал, оказалось Подземелье с порталом. Я в портал нырнул и оказался в какой-то технической локации. Потом вспышка света, и я тут. Все.

– Так это твоих рук дело? Переполошил ты наших админов, переполошил. По внутренней сети такая ругань пошла, ищут, кто оставил вход в техническую локацию, – некоторое время Сергеич молчал, после чего продолжил, – а вообще ты молодец. Заработать Уважение за три месяца не каждому удается, всего пару человек таких было на моей памяти. Да и Подземелье, что прошли без подсказок, внесло вашу пятерку в историю Барлионы. Все топ-гильдии на уши встали – заключенные попали в Зал Славы первопроходцев. На форумах пишут, что несколько кланов объявили на вас охоту – мол, вы в любом случае будете в клане: либо в его составе, либо в черном списке.

– Как пятерых? Четверо же было, – удивленно спросил я.

– Ну да. Проходило Подземелье четверо, а достижение получили пятеро. Это тоже в достижении написано. Сам уж думай, как у вас так получилось.

Корачун! Я же его не удалял из группы! Он так все время и висел во фреймах. Получается, Корачун тоже получил достижение и повышенный интерес от ведущих игроков этого мира? Здорово мы его подставили, да и сами неслабо влетели. Таким игрокам, как тот же Хелфаер из Феникса, отказывать очень нехорошо. Вот предложит он вступить в клан, чтобы в гонке первопроходцев и это Подземелье в свою копилку добавить, и если мы откажемся, то он огорчится. Быть в черном списке топ-гильдий – не очень приятное занятие, убивать будут при первом удобном случае, ничего купить у них, даже на аукционе, нельзя. Наверняка еще что-то есть нехорошее, о чем я не знаю, все в гайдах прописано. Стоп! А откуда Сергеич знает, что я и Махан в игре, это одно и то же лицо? Это же подсудное дело, вытаскивать такую информацию!

– Сергеич, а откуда у тебя информация, что это я прошел Подземелье? Что у меня Уважение за три месяца?

– Неужели у самого мозгов не хватает, чтобы догадаться? Ты же сказал, что был в Подземелье. Подземелье из всех рудников есть только на Долме. Это первое. Второе – на Долму отправляют только тех, кто скоро получит Уважение, это как проверка на готовность работать в команде. Причем отправляют туда заключенных сразу со всех параллельных рудников.

– Кстати, а что это за параллельные рудники? – спросил я Сергеича. – Да, встретился я на Долме с парочкой, что были с параллельного Прика. Но почему?

– Да потому что невыгодно на одном руднике держать более 250 заключенных. Контроль ослабевает. А плодить рудники – тоже не выход. Зачем лишнее пространство занимать? Вот и ввели параллельные – куда-то же вас сажать надо. Общий начальник, общий сборщик нормы, а все остальное строго индивидуальное. Так проще.

– Хорошо, но это еще не объясняет, как ты сопоставил меня и Шамана.

– А, ну да. Самое главное. Сам подумай, как звучит: игрок Махан, вошедший в Зал Славы, и заключенный Василий Махан, побывавший в Подземелье. Неужели ты думаешь, сложно догадаться, что он – это ты?

Вот я дятел! Зря только хорошего человека в чем-то подозревать начал.

– Прости, как-то я не подумал. Ты про подсказки упоминал, скажи, а можно мне как-нибудь получить к ним доступ, а? Я же уже вышел с рудника, теперь буду жить в большом мире, а без гайдов в нем, как без рук.

– Ты бы еще доступ к форуму попросил, – усмехнулся Сергеич. – Из всей документации, заключенным предоставлен доступ только к законодательным актам. Хотя…

Я с замиранием сердца ждал решения. Если Сергеич поможет мне, то игра станет легче сразу на порядок.

– Если тебе привезут новую модель капсулы, то по умолчанию в ней прописан доступ к гайдам и внутриигровому форуму. Только заключенным ставят на него заглушку. Причем не программную, а просто небольшой штырек в корпусе капсулы… Он и выпасть может при транспортировке… – глядя в никуда, сказал Сергеич, потом встрепенулся и продолжил, – кстати, спасибо тебе, что помог мне внука понянчить!

Я недоуменно уставился на Сергеича. О чем это он?

– Когда ты озеро запоганил, дети вспомнили, что у них старик за городом живет. Вмиг приехали, хотя до этого три года допроситься не мог, чтобы внука привезли на травке побегать. Высокотехнологичным его делают, даже, прости господи, в туалет с наладонником ходит. В четыре-то года! Ему же в кубики да солдатики играть надо, а он мне про обработку изображений рассказывает. Совсем ребенка портят! Ой, ладно, засиделся я тут с тобой, тебе же отдыхать надо, – сказал Сергеич, поднимаясь со стула. Я уютней завернулся в плед, закрыл глаза и неожиданно для себя мгновенно погрузился в сон.

– Где он? – разбудил меня чей-то встревоженный голос.

– Спит, где ему еще быть? Он же пробыл в капсуле три месяца, вот и отсыпается за все время, – ответил ему голос Сергеича.

– В смысле, отсыпается?

– А, вы же не знаете. Сон в игре не обеспечивает нужного психологического расслабления, поэтому заключенных раз в три месяца отключают и обеспечивают им обычный сон. Десяти часов сна как раз хватает на следующие три месяца. Что касается самого содержанта, то для него в игре внезапно наступает завтра.