Чтение онлайн

«К северо-востоку от тебя».

Так. Понятно. Если козлы не хотят идти к колонне, то я их сам сюда приведу. Мысленным приказом подозвал Альфачика и взобрался зверю на холку, крепко обхватив его мускулистый торс ногами. Повинуясь моей воле, Лютоволк с радостью побежал в указанном направлении.

— Эй, куда это он? — возмутился один из дружинников, но Мечников его одёрнул:

— Не твоё дело! Значит, так надо! Вперёд, в атаку! Дадим прикурить гадам!

Я не видел, но знал, что бойцы и девушки с Гошей двинулись сквозь заросли к колонне. Те перед ними услужливо расступались — спасибо дриаде.

Бронированные козлы в количестве двух десятков паслись в нескольких сотнях метров от выхода из тоннелей. Бронированными их называли за пластины природной, тёмного цвета с синим отливом брони, покрывавшей всё их тело. Эти монстры напоминали броненосцев. Только в сочленениях между пластинами росла бурая курчавая шерсть. И рогов у них не было.

Зато были два больших нароста, которыми козлы легко могли пробить небольшое дерево насквозь. Или стену толщиной в несколько кирпичей. Правда, пробивали они только головой, поэтому легко застревали в дырах, которые сами и сделали.

В целом, как и броненосцы, они были безобидными. Если не подходить к ним ближе чем на дюжину метров. Если всё же это сделать, то у этих травоядных включался какой-то режим берсерка, и они начинали преследовать не осмотрительного человека. Преследовать до победного конца.

Сейчас двухметровые козлы мирно сдирали кору с деревьев и с тупым выражением морд жевали и чавкали. Мягко ступая лапами, Альфачик прошёл под низко нависающими ветками, заставив меня пригнуться, и вышел на крохотную полянку. Через нашу связь я чувствовал, что он всё это воспринимает как увлекательную игру.

Ну, почему бы и нет?

Вдруг под лапой Лютоволка хрустнула ветка. Козлы синхронно подняли головы и уставились на нас горизонтальными зрачками. Довольно зловеще уставились.

Странно, что они на бой никак не реагировали. Вообще, это довольно тупые твари. А тут ещё и густой лес хорошо глушил рокот боя. Словно где-то далеко просвистела ещё кучка снарядов, и глухо, будто за много километров, донеслись взрывы. Козлам было по фиг. Их куда больше интересовали мы.

— Р-р-р? — взрыкнул Альфачик, приглашая поиграть.

— МЕ-Е-Е-Е!!! — тут же взревел самый мощный, толстый и с самим большими наростами на лбу козёл. Вожак, стало быть.

Вспоров копытами землю, бронированная тварь устремилась к нам.

— Погнали! — завопил я Альфачику прямо в ухо.

Но зверь уже оттолкнулся от земли лапами и вбежал в чащу.

Деревья, ветви и корни уступали нам дорогу. С грозным грохотом копыт козлы преследовали нас. С каждым скачком шум битвы становился громче. А вскоре последний ряд деревьев расступился, и Альфачик выскочил на выжженную просеку.

И как раз вовремя! Здесь уже развернулось сражение. Миномёты сумели застать врага врасплох. Несколько машин горели, и валялись трупы деникинцев. Но погибло их относительно немного. Всё-таки это лучшая дружина в стране.

Была. И я позабочусь, чтобы это «была» закрепилось навсегда.

Многие дружинники имели при себе артефактное оружие и защитные артефакты. Ещё и шли в полной боевой броне, готовые сразу же вступить в бой. Это и спасло большинству жизни.

Небольшой отряд Мечникова открыл по врагам огонь из всех орудий. Завязалась жестокая перестрелка. Деникинцы уже опомнились после атаки с воздуха и стягивали силы к месту боя. Несколько броневиков и танков поддерживали пехоту.

Подруги тоже уже сражались. Лакросса запускала взрывающиеся морозом копья в огромных количествах, Лизины сферы упорно разряжали защитные артефакты врага, Агнес в одиночку поливала свинцом так, как будто вместо неё атаковала целая рота. Графиня Вдовина не отставала. Её духовные иглы летали чуть ли не чаще, чем копья Лакроссы. Но у деникинцев оказались и свои духовные практики! Они окружали воинов духовной бронёй.

К тому же нас было всего около трёх десятков, а их несколько сотен. Мятежников в смысле. И подтягивались ещё.

Также немилосердно хлестала метель. Колючий снег врезался в глаза, мешая видеть и своим, и чужим. Что-то Василиса там разошлась.

Всё это я увидел за доли секунды. Альфачик взмыл в воздух и перемахнул через броневик, экипаж которого заметил нас. Его башня уже наводилась на Лютоволка. А потом из леса выскочила стая бронированных козлов.

— Мать твою! — услышал я испуганный голос из броневика.

Сразу несколько козлов врезались в бочину машины. Броню не пробили, но оставили хорошие вмятины, а затем и перевернули её. Стая понеслась дальше, преследуя Альфачика. А мы скакали по полю боя, внося сумятицу в ряды врагов. Я ещё и зелья разбрасывал, сколько мог. Они взрывались, окатывая мятежников огнём, холодом и кислотой. А несколько дымовых бомб заставили врагов кашлять и хвататься за глаза. Да, этот дым помогла сделать Агнес, добавив в него какой-то перец. Глаза жгло просто немилосердно.

Ещё и Альфачик добавлял молниями. Враги, артефакты которых уже сдохли, умирали поджаренными его электричеством.

Козлы пробивали путь сквозь строй врагов, как нож сквозь масло. Топтали солдат так, что ни один артефакт не выдерживал. Переворачивали технику и ломали орудия. Простые пули не брали их броню. А вот артефактные…

В какой-то момент даже стало немного жаль бедных монстров. Одного за другим их начали убивать. Пули из трабеллуниума, заряженного магией, легко пробивали броне-пластины и оставляли рваные кровоточащие дыры.

Постепенно дезорганизованный первым нападением враг приходил в себя. Вдруг дорогу нам преградил целый взвод солдат с крупнокалиберными винтовками, направленными на меня. Их возглавлял мощный воин со сверкающим золотой маной мечом. Десятник. Если не сотник.

— Пли! — скомандовал он.

Альфачик шарахнулся в сторону. Большинство пуль свистнули мимо, но некоторые задели его по касательной. К счастью, шкуру не пробили, но всё равно было больно. Часть агонии передалась мне по нашей связи. Зато ему легче, а я потерплю. Да покромсаю ублюдков.

Заскулив, Лютоволк перекатился через спину, сбросив меня. Я вскочил на ноги, мгновенно вводя в Инсект всё тело.

— За Альфачика вы мне ответите! — прорычал, доставая топор с молотом.

Не знаю, на кого я сейчас был похож, покрытый морёной плотью с зелёными трещинами, но в глазах стрелявших мелькнул страх. Даже с учётом, что большинство дружинников там бывалые.

— Целься! — снова заорал десятник (предполагаю, что он, сотники обычно отрядами покрупнее командуют). Высокий, мускулистый, седой. Лицо пересекали три длинных шрама, как от удара когтистой лапой. — Пли!