Чтение онлайн

– Так он про вас несколько раз спрашивал. И дорогу до Ферма. Уже хотел ехать к вам, но к нему какой-то гонец приезжал и что-то привёз. Он поездку отменил. И пока живёт в "Птичке".

– Понятно. Похоже и правда интересная личность. Ладно. Видимо, мне завтра надо будет с утра в Брог скакать. Поедешь со мной. Иди пока отдыхай. Что-нибудь хочешь?

Увидев взгляд девушки после своего вопроса, Олег почувствовал засаду. И не ошибся.

– Полковник Агрий нас всё время учил, что единственный человек, которому надо всегда говорить всю правду, это барон Ферм. А хочу я, если честно, вымыться с дороги и лечь с вами в постель.

Сказав, девушка покраснела и опустила голову. Ждала решения своего барона.

Гостиница при постоялом дворе "Птичка" была двухэтажной и внешне невзрачной.

Несмотря на тёмно-серый цвет зданий и незамысловатое название, этот постоялый двор был лучшим в Броге.

Перед гостиницей была большая, вымощенная камнем площадка, в центре которой размещалась коновязь на пятёрку лошадей. Сама конюшня, вместе с сеновалом и сараем находилась слева от площадки. Справа располагался трактир.

Когда Олег с Нирмой и двумя егерями из ритиного полка въехали через ворота и остановились возле коновязи, из конюшни к ним выбежало двое шустрых мальчишек-рабов, которые стали помогать привязывать лошадей.

Двери гостиницы открылись, и в них показался дородный мужчина в новом красном камзоле, белой рубашке и чёрных брюках. Наряд не совсем подходящий установившейся летней жаре, но, видимо, тут так было принято.

– Добро пожаловать, уважаемые, - произнёс он баском, но, увидев у Олега баронские знаки - цепь с медальоном на шее и перстень с гербом на пальце, поправился, - И вас прошу, господин барон.

Он поклонился и выжидательно посмотрел на Олега. Олег в ответ поприветствовал и его:

– Приветствую, уважаемый...?

– Паснер, господин барон. Я хозяин этого постоялого двора.

– Места найдутся, Паснер?

– Найдутся, и для вас, господин барон, и для ваших спутников. Прошу вас, проходите.

Вечер ещё только вступал в свои права. Олег устроился в комфортных, по здешним меркам, условиях, взяв себе номер с широкой двуспальной кроватью и ванной комнатой. Своим спутникам он заказал номера попроще, но тоже на каждого отдельный.

По барону и его спутникам никто бы не определил, что менее, чем за два дня, они преодолели почти двести лиг - Олег использовал Малое Исцеление несколько раз в пути и непосредственно перед въездом в Брог, применяя его не только на себя и своих спутников, но и на коней.

Несмотря на то, что усталости не было, отказать себе в удовольствии полежать в тёплой воде он не смог. А вот на предложение Паснера воспользоваться услугами молодых девушек, пока ответил отказом.

Когда он из своего, расположенного на втором этаже, номера спустился в гостиничный холл, его спутники уже дожидались его там.

Обеденного зала в гостинице не было. Была только небольшая барная стойка в самом конце холла и пара небольших столиков перед ней. Один из этих столиков пустовал, а за другим сидела Нирма и оба егеря, которые, при появлении своего барона, вскочили на ноги.

По словам хозяина постоялого двора, гостиница была заполнена больше, чем наполовину, а на вопрос, где все постояльцы, ответил, что все сейчас в его трактире, где сегодня выступают приезжие менестрели.

Услышав про менестрелей, Олег еле сдержал гримассу тоски. Местное творчество его совсем не привлекало. Хотя он относился с пониманием, что на вкусы и цвет, как говорится, товарищей нет. В принципе он принимал, что кому-то и горловое пение нравится, но себя под чужие вкусы переделывать не собирался.

Оставив егерей в гостинице, выделив им, при этом, деньги на заказ еды и девок в номера, чем, и привёл в смущение, и обрадовал молодых парней, Олег с сержантом отправился в трактир.

В трактире, действительно, было много народа. Судя по его количеству, тут были не только постояльцы, но и горожане.

Кроме большого, человек на пятьдесят - шестьдесят, общего зала, здесь были и отдельные кабинеты для желающих уединения. Один из таких кабинетов Олег и заказал.

Когда они шли в выделенную им комнату, Олег поймал на себе немало заинтересованных взглядов, хотя большинство, всё же, пялилось на небольшую сцену, справа от входа, где трио гитаристов, если, конечно, доски с грифелем и пятью струнами, можно таковыми назвать, извлекало какофонию звуков из своих инструментов и пела что-то, навроде, а ты опять сегодня не пришла. Но народу, кажется, нравилось, а присутствующие за столами немногочисленные женщины и вовсе плакали.

Маркиза Орро ни,Ловена он опознал сразу же. Что и не удивительно. Повязка на левом глазу, одежда с манжетами, чем-то напоминающая ту, что носили во времена Петра I - даже завязанный бантом шейный платок, всё выдавало в нём иностранца. Он сидел за столом в одиночестве, если не считать за компанию бутыль вина, тарелку с окороком и большой серебрянный кубок.

Встретившись с ним взглядом, Олег ему учтиво кивнул, получив в ответ не менее вежливое приветствие поднятым вверх кубком.

В зале были и другие благородные, но, судя по скудости заказанного и потёртости одежды, не из богатых. Некоторые из них смотрели достаточно дерзко, явно не прочь затеять ссору. Олег их проигнорировал.

В кабинете было две лавки, на которых лежали подушечки, набитые чем-то вроде сена, стол и небольшое, открытое сейчас, оконце. На столе стоял металлический подсвечник на пять свечей, пока не зажжёных.

– Что будете заказывать?

Симпатичная, опрятная, но явно заморенная рабыня приняла заказ и убежала на кухню.

– Вы позволите к вам присоединиться?
– в проёме - дверей в кабинетах не было - стоял маркиз, - Извините, что решил вам навязаться, и если скажете, я уйду без всяких обид. Просто, я подумал, что нам будет о чём поговорить. Барон Ферм? Баронета?

Тому, как его быстро вычислили, Олег удивился. Даже ошибка маркиза насчёт Нирмы не отменяла его непонятной прозорливости.

– Вы позволите?
– усмехнулся ни,Ловен и показал на край лавки, на которой сидела сержант.

– Конечно. Присаживайтесь. Рад буду знакомству, маркиз Орро ни,Ловен, - вернул подачу Олег. Пояснять про ошибку с Нирмой не стал. Пусть пока побудет в неведении.

Некоторое время сидели и рассматривали друг друга. Вполне, впрочем, доброжелательно. Ни,Ловену было, где-то между тридцатью и сорока, но, всё же, скорее, ближе к сорока годам. У него было тонкое, чуть ироничное лицо, аристократический вид которого, не портил даже шрам, рассекший часть лба и оставивший маркиза без глаза. У маркиза были чёрные волосы, завязанные сзади в хвост, и короткая ухоженная бородка.

– Позвольте узнать, как вы догадались, с кем имеете дело?
– первым нарушил молчание барон Ферм.

– О, тут ничего удивительного, - рассмеялся маркиз, - Я здесь, в баронствах, пусть и недолго, но уже столько много удивительного наслушался о вас и вашей очаровательной сестре-магине, столько удивительных новинок потрогал своими руками, а мылом так и вовсе теперь каждый день пользуюсь, что, как только увидел, как много разных молодых и не очень людей стали крутиться вокруг меня, так сразу понял, что кому-то очень влиятельному в этих краях стал интересен. А кто здесь влиятельней барона Ферма? Растинцы? Их влияние закатилось тут. Они, можно сказать, еле дышат, насколько им позволил дышать барон Ферм. Ведь так?